«Левиафан» — картина не только о конкретной индустрии и о царственном месте человека в животной иерархии, но также и о трансцендентности всякой смерти, в принципе превосходящей любой, даже сколь угодно многогранный опыт всякого живого существа.
Можно говорить, что трагедия Линды в том, что она жила в неправильное время и в неправильном месте. А можно наоборот: что она попала в свое время в руки нужного человека.
Не могу избавиться от ощущений, что Цай увлекся «картинками с выставки». Надо пересмотреть.
Надо сказать, что при всем обилии малонормативной лексики и таких же шуток, «Пипец» — произведение большой воспитательной силы. Тинейнджерский комикс еще в 1970-х был поставлен на службу борьбы против всего плохого за все хорошее.
«Мисс Насилие» Александроса Авранаса — пока самый глупый и бездарный опус конкурса.
Так или иначе, но «Теорема Зеро» при всем мастерском визионерстве, технологичном «магическом реализме», гиньольной роскоши фактуры — от декораций, костюмов до грима — ложно актуальное кино.
84 минуты сняты одним планом, но какую радость от этого должна испытать публика — неизвестно.
Живое, простое кино. Полезное для формирования протестного гражданского сословия, солидарности и вообще для инспирации самого желания жить, даже если над тобой смеются или в тебя не влюбляются. Очень позитивная вещь, блестяще смонтированная, азартно сыгранная шведскими актрисами…
Вот уж мелодрама вышла у него без затей, хоть и английской выделки, и с английским юмором, угасающим, правда, по мере сближения двух малознакомых героев, на которых поставил Фрирз.
Если честно, то эта вымышленная сага о знаменитом авиаконструкторе Джиро Хорикоси 20-х годов, уступает тончайшей «Рыбке Поньо», показанной некогда в Венеции.
Вуди Аллен, скорее, со свойственной ему тонкой иронией лишь слегка напоминает о знаменитом и всем знакомом сюжете, выводя на авансцену сильно перелицованную, неузнаваемую Бланш эпохи экономического кризиса, сходную с той южанкой-аристократкой разве что крайней невротичностью и внезапной бездомностью.
«Роль» полна аттракционов ровно настолько, чтобы приучить зрителя видеть, замечать, задумываться.
Минималистская «Жена полицейского» обладает нестерпимым саспенсом, притом что дистанция взгляда режиссера и зрителей сочетается с глубинной погруженностью в экранную реальность.
История, рассказанная жестко, но тем не менее не без сочувствия к заглавному герою, который, кроме всего прочего, вынужден был идти на преступления и потому, что его шантажировал босс мафии.
Пока зрители щипают себя, чтобы не заснуть, Леоне Маркуччи демонстрирует свое «портфолио» в криминальной драме и социальной, в боевике, ромкоме и философической дребедени, которую представляет на экране бывший телеведущий, а ныне разговорчивый бомж неразборчивого на спаде карьеры Уокена.
Линия отца и сына в фильме прочерчена жирно, но неубедительно. Дело даже не в недостатке сценарного материала, в сюжете достаточно для того опорных точек, но не хватает режиссерской энергетики.
Биография step by step. Однако все, что вы всегда хотели узнать об Аллена, Уэйде забыл спросить у его жен, родственников и партнеров. Зато публика от такой документации в восторге.
Фильм начинается и развивается как мрачная антиутопия, чтобы стараниями главного героя Макса к финалу превратиться в утопию.
Дотошные киноманы разглядят в этой обаятельной конструкции цитаты из «Города бога» или даже вспомнят «Миллионера из трущоб».
В результате создается ощущение, будто перед тобой не хроника реальных событий, а ловкая подделка в духе «Ведьмы из Блэр», снятая дрожащей камерой Джона Р. Леонетти
В последние двадцать лет именно кинокритики, знающие фестивальную конъюнктуру, плетущие интриги с отборщиками, «дружащие» с прокатчиками, пиарящие за зарплату, возвели в ранг искусства огромное количество подделок и породили ряд абсолютно дутых имен. Внутри страны работает «телефонное право», за ее рубежами — принцип «там все равно не поймут». Но в итоге концы отдаст вовсе не зритель. Вменяемый зритель давно посмотрел «Меланхолию», и достаточно. Концы отдает «молодое отечественное кино».
Опасаясь социальных штампов, авторы невольно попадают в сеть жанровых клише.
Опыт знакомства с произведениями такого рода делает нас уязвимыми и сверхчуткими. Ведь то, что демонстрирует нам экран, — это человечно, слишком человечно.
Сказать, что «Труба» похожа на игровую картину, было бы неправдой. Но впечатление, отличное от просмотров и хороших документальных фильмов, здесь наличествует. Способ повествования, конструкция, монтаж и концепция порождают в данном случае образный документ.
В игре с японским колоритом у западного человека есть, пожалуй, только один выход — ирония. Но ирония то ли не далась, то ли не задумывалась как авторами сценария Марком Бомбэком, Скоттом Фрэнком и Кристофером МакКуорри, так и самим режиссером. Застывшее раз и навсегда с выражением внутренней сосредоточенности лицо Хью Джекмена, то есть Логана, исключает всякое пересмешничество и настраивает на сугубо серьезный лад…
