Конечно, фильм не мог охватить весь спектр тем и вопросов многослойного романа Водолазкина, но сумел собрать разные точки зрения.
В кинематографической вселенной Креггера привычные ожидания теряют предсказательную силу. Знакомые тропы, в иных фильмах ведущие прямо к маньяку или сверхъестественному злу, здесь лишь сбивают с толку.
«Xищныe твapи», к cчacтью, нe пpo aкул, a пpo людeй, кoтopыe, в oтличиe oт мнoгиx пpeдcтaвитeлeй жaнpa, тaк пpocтo нa cъeдeниe xищникaм нe cдaютcя.
Интерес к Вертову давно вышел за рамки киноискусства — его идеи вдохновили не только режиссёров, но и философов, медиатеоретиков и культурологов. Когда-то отвергнутая его современниками концепция «кино-глаза» стала актуальной в цифровую эпоху. Всевидящее око, стирающее понятие «интимного», обрело неожиданное родство с повсеместным видеонаблюдением.
Несмотря на немыслимый по нынешним временам сценарий, где комическое находит место то в харассменте на работе, то в расистских и сексистских шутках босса, «Офис» нисколько не утратил остроты и по-прежнему остаётся одним из самых пересматриваемых сериалов в истории.
Ларионова уже сейчас хочется поставить в один ряд с Борисом Хлебниковым и Наталией Мещаниновой. Его сценарный и режиссерский дебют изящно вписывается в строку больших трагедий маленьких людей — жертв социального уродства.
Гуань Ху обращается к новейшей волне рубежа веков, ныряет в эпоху катаклизмов — экономических, культурных, социальных, — когда мир выглядел большим и жестоким, а человек — маленьким и уязвимым.
Души, пребывающие в темных водах бессознательного, обретают тело и утаскивают на дно любого, кто ищет в них ответы. Страхи всех одиноких матерей выходят наружу, отращивают себе конечности, чтобы забрать с собой чад.
Возвращающийся к истокам своей культуры Хамагути напоминает: порой, чтобы хоть на время забыть о вселенском хаосе, нужно лишь остановиться и осмотреться вокруг.
Смена ценностных ориентиров и стремление к модернизации общественной жизни — далеко не новая концепция в политике Казахстана, о чем, вероятно, и хочет подспудно заявить режиссер, перекидывая зрителя от высокопарных речей к фарсу и обратно.
