А вся история заканчивается занудным и без меры затянутым твистом, который «Битва за Землю» выставляет как величайшее откровение, хотя читается он минуте эдак на нулевой.
Фильм хорош, когда он притворяется чисто ощущенческим кино, максимально использует своё необычное межстилевое пространство. Но, к сожалению, вся любопытная кинопоэзия в один момент тонет в чрезмерных и откровенно телевизионных сюжетных перипетиях
Обращаясь вдруг к конвенциональным страхам интернет-эпохи, «Детские игры», к сожалению, теряют всякую самоиронию и к финалу слишком всерьёз пытаются пугать очередным сбрендившим ИИ, попутно дидактично критикуя общество потребления (от коммерческого ремейка это вдвойне забавно слышать).
Смотреть этот фильм — как случайно открыть коробку, где хранятся цветные фантики, крышки от газировок, вкладыши, гладкие камешки и другие приветы из детства. Нет никакой необходимости в этом, но ведь приятно же, да?
Все это производит впечатление не то чтобы увлекательного высказывания, но симпатичного и лаконичного хулиганства, существующего по своим законам и в собственном контексте. Впрочем, зубами щелк скорее не получился.
«Пиксар» продолжает ловко играть со зрительскими нервами, одними и теми же, казалось бы, приёмами, удачно расставленными акцентами и мелодраматичной музыкой вызывая град слёз у всех, кто сохранил что-то хотя бы отдалённо похожее на человеческие чувства.
«Интернэшнл» — увлекательная кунсткамера, выставка народных достижений в сфере удивительного, странного и смешного. Это аттракционная поездка по мировым красотам и вселенским чудесам, в которой история остаётся где-то далеко на втором плане
Человек и искусственный разум состязаются, у кого из них тяжелее протекает синдром «яжмать».
Фильмов под названием «Домино» выходило предостаточно, и в случае с вот этим лучше притвориться, что его не было вовсе- в том числе и самому Де Пальме.
Попытка сделать сложную психологическую картину, воодушевившись успехом «Логана», обернулась провалом. Мутанты всегда были аутсайдерами внутри как собственной вселенной, так и мира кинокомиксов. Саймон Кинберг создал ещё одного аутсайдера — «Тёмного Феникса»
Догерти, как оказалось, и правда далеко не Гильермо Дель Торо, не Ролланд Эммерих и даже не Гарет Эдвардс. Его, прости господи, режиссура умудрилась собрать почти все грехи вышедших из моды постнолановских блокбастеров, вдруг решивших, что экшен надо снимать с максимально сложным выражением лица
В новый фильм Ксавье Долана невозможно не влюбиться по старой памяти, но после него все же хочется верить, что это не вынужденное возвращение к истокам, а попытка закольцевать первый этап своего творчества, попрощаться с ним и сделать долгожданный шаг вперед.
Пока другие боятся крайностей, Пон, кажется, только с ними и работает — его «Паразиты» сверхвыразительны в одних сценах и спартански скромны в других, его актёры (под предводительством великого Сон Кан-хо) экспрессивны и при этом удивительно точны в мельчайших деталях эмоций.
Раньше Тарантино убивал людей, чтобы кино оживить. Теперь он убивает, потому что не может дать кино умереть.
Все ключевые моменты фильма собраны из предельно тривиальных кусков, кино как бы прячется в жанровый «домик» старомодного фильма, который может позволить себе быть незатейливым и даже глупым — лишь бы работал.
Конечно, конкуренции с классикой новый «Аладдин» не выдерживает. Местами нескладный, слишком простой, наивный и нелепый, продавшийся зрелищу во имя зрительского развлечения — фильм практически лишён индивидуальности в угоду массовому потребителю. Но на большее он и не претендует, лишь бы бюджет отбил.
Талант Альмодовара миксовать мелодраму и яркую китчевую комедию здесь достигает высот его лучших фильмов — «Поговори с ней» и «Все о моей матери», которые также поднимали темы похоти, смерти, горя и сочувствия в жизни человека.
Красота проекта буквально гипнотизирует, вводит в некий транс, скрытные герои с мутным бэкграундом располагают к себе зрителя с первой же серии.
Уже очевидная законсервированность Дюпье в собственной кинематографической нише не мешает ему искать все новые и новые формы для самовыражения, которые «Оленья кожа» щедро предлагает зрителю, то и дело бросая вызов его морально-этическим принципам.
«Рокетмен» — не вспомогательный материал для песен, а оживший сборник лучших хитов, собранный по всем правилам хороших альбомов: он ловко чередует драйв с лирикой, грустное со смешным, бойкий рок-н-ролл и слезливые поп-баллады. И через них рассказывает историю, которую можно было рассказать только на языке музыки.
Пускай Кантемиру Балагову не удалось прыгнуть выше головы — вводных «Дылды» все равно хватит, чтобы стать настоящим откровением для отечественного кино.
В третьей части саги о похождениях неудержимого киллера Чад Стахелски вычеркивает из личного словаря глагол «хватит» и стреляет по нам из всех своих орудий. Плохая новость: орудий у него не так уж и много. Хорошая новость: работают они без промахов.
Главный успех «Чернобыля» как раз в том, что это коллективный портрет людей, оказавшихся в эпицентре катастрофы. Создатели расширяют оптику, чтобы дать экранное время всем участникам событий — от шахтеров и жен пожарных до номенклатуры и самого Горбачева.
Фильм вообще сильнее всего раскрывается в своих безмолвных сценах. Режиссёру гораздо интереснее работать с саспенсом, естественной пластикой событий, нежели с драматизированными (и полностью выдуманными) историями отдельных героев.
Баблуани говорит о необъяснимости и сверхъестественности русского мира и одновременно с этим отвечает на вопрос о том, почему же люди идут в секты, зачем ищут тайное знание — кажется, житель страны, где возможна любая темная магия, обречен на то, чтобы искать ответы на вопросы жизни и вселенной.
