Фильм «Рокки — это я» показывает, как рождается шедевр, и условия его создания ничуть не лучше ринга, где сражаются за свой статус и право быть замеченным. Или рыночных торгов, где нужно тщательно взвесить все за и против: тут боссы, там ограничения, здесь профсоюзы.
Привлекательность фильма — в его грубости, каком-то бесстрашии быть банальным, в позволении проговаривать прописные истины, затертые и классическим, и постклассическим кинематографом в самых разных жанрах: от лобовых боевиков до слезливых драм.
Даже самые безрассудные эпизоды «Вампиров-зомби» пронизаны креативом.
За хаотичным бумом суперкомпьютеров и нейросетей всегда сохраняется превосходство старой школы — и Джеки Чан, то носясь с оружием, то пристально вглядываясь в цифровой морок нашего времени, доказывает именно эту истину, знакомую еще по былым кунг-фу-боевикам.
Слепая уверенность в собственном новаторстве делает «Казнить нельзя помиловать» Бекмамбетова опытом почти трагикомическим.
Фильм знает, в какую мужскую аудиторию целиться и как вызвать олдскульный эффект, загрузив в один кадр и мышцы, и рок-хиты, и автопогони, и, куда без нее, поучительную мысль о необходимости братства.
Эти житейские новеллы о дискоммуникации, неловком ступоре и о несостоявшемся разговоре по душам очаровательны, но лишены панчлайнов. У Джармуша их не происходит. Потому что его истории ближе к дзенской коане, нежели к ударному анекдоту.
«Бунтарь без причины» Николаса Рэя — фильм, впервые посмотревший на проблемы подросткового возраста, — с чутким, исследовательским и, главное, талантливым подходом.