Режиссерский дебют Антона Мамыкина «Космос засыпает» поднимает важную тему привязанности молодого поколения к малой родине.
Надо отдать должное мужеству режиссера Ивана Китаева и главное — сценариста Дарьи Грацевич, взявшихся за превращение в человеческую историю набора утешительных и успокоительных банальностей, которые обрушивает на измученную жизнью читательницу в своей книге Примаченко.
В целом Малкин с этой задачей справился: в слащавой сентиментальности его фильм точно не упрекнешь, режиссер и актеры постарались сделать своих молодых героев, безработных музыкантов Олега и Серегу, четкими пацанчиками, которые поначалу стараются относиться к Юре со здоровым цинизмом, но постепенно их рокерские сердца оттаивают.
Новый «Буратино» балансирует на грани гиньоля, довольно часто с удовольствием сваливаясь в жестокость и насилие, в том числе и по отношению к музыкальным шлягерам, наполнявшим старый фильм позитивной энергетикой.
Кроме толстых политических намеков, хаотичная мешанина, которую представляет собой «Алиса», складывается из скудных ошметков кэрролловской фантазии, музыкальных номеров из старого аудиоспектакля и попыток подать более или менее известных актеров в нарядных костюмах под соусом из легкого сюрреализма.
По сути «Дракула» Бессона, конечно, никакой не вампирский хоррор и даже не психологический триллер, а типичная мелодрама, где герою отчего-то втемяшилось в голову, что его покойная жена непременно должна рано или поздно перевоплотиться, причем в точно такой же физической оболочке.
Самое точное жанровое определение «Игры в кальмара» дает мужчина в маске барана: «Это похоже на какое-то семейное реалити-шоу».
Преданные фанаты «Джона Уика» в любом случае будут рады хотя бы такому, дамскому, облегченному и более гуманистическому, варианту погружения в любимую вселенную.
Главное, разумеется, сохранить свою внутреннюю идентичность и не бояться переменить изначально предначертанную судьбу, даже если ты родился демоном, — именно такова итоговая мораль «Нэчжа», пытающегося поженить китайскую мифологию с западноевропейской идеей свободы выбора.
Все эти назойливые психотерапевтические заходы ничуть не могут замаскировать основную цель фильма «Туда», ставящую его в тот же почтенный ряд, что и «Необыкновенные приключения итальянцев в России» Эльдара Рязанова, не слишком скрыто рекламировавшие итальянский автомобиль Fiat и родственную ему продукцию Тольяттинского автозавода.
В нынешнем варианте гораздо меньше следов режиссерской индивидуальности. Это сугубо продюсерский проект, вылизанный до блеска в плане зрелищности.
Экранный кракен получился уютным, но совершенно не страшным, вялым и безынициативным, уступающим в маневренности и агрессии голливудским аналогам.
Четверть века назад строгие рецензенты не упустили возможность попинать Соловьева за подступающую старческую немощь и угасание творческой потенции, однако теперь «Нежный возраст» выглядит динамичным и остроумным сгустком энергии по сравнению с немощью и апатией, разливающейся по экрану в фильме вроде бы еще молодого и полного сил Султанова.
«Мелочи жизни» представляют другой ракурс, не изнутри ада, в который попадают оступившиеся «магдалины», а со стороны — глазами человека, у которого все относительно хорошо, но который не может не задумываться: а что если кому-то из его пятерых дочерей тоже может однажды не повезти?
Неумолимой безжалостностью жестокой судьбы «Кончится лето» в своих самых лучших и энергичных моментах чем-то напоминает фильмы Алексея Балабанова (правда, без балабановского сочувствия и любви к героям).
В отличие от создателей «Челюскина», придерживающихся общеизвестных фактов, авторам «Северного полюса» удалось не только разнообразить поход К-3 мелодраматическими элементами, но и укрепить приключенческую составляющую.
Если в «Северном полюсе» за перемещениями подлодки ревниво следят американцы, то экипаж «Челюскина» ощущает: «весь мир смотрит», удастся ли русским проложить маршрут по Северному морскому пути на обычном пароходе, пусть даже и немного усиленном для навигации во льдах.
По сути, «Пророк» — это такие кинематографические «Пушкинкугельн», нарядная коробочка кругленьких, отполированных, приторных конфеток с музыкально-танцевальным марципаном.
Любовь эта мешает не только смерти, как утешал себя князь Андрей, но и в более широком смысле — любой реальности, которую неприятно осознавать, но с которой неизбежно приходится мириться.
«Что случилось осенью», фильм по-своему обаятельный, но поверхностный.
Надо признаться, что антигерои, и особенно антигероини, гораздо больше запоминаются в «Дороге из желтого кирпича», чем условно положительные персонажи, которых пока что и хорошими называть рано.
Во втором сезоне прежние волосы у героя отросли, но протестное настроение только окрепло, поскольку дело дедушки О живет, а значит, «Игре в кальмара» необходимо свежее «пушечное мясо».
Впрочем, режиссера, опасающегося выключить бодренький музончик хотя бы на несколько секунд, тоже можно понять: в гнетущей тишине от происходящего на экране можно окончательно расстроиться.
Возможно, «квартетчики» все-таки зря впустили Цыпкина в свое художественное пространство, потому что вместе с цыпкинщиной, над которой фильм вроде бы иронизирует, в него просочилась какая-то мягенькая безобидная доброта, ранее не свойственная насмешливому «Квартету И» — она очень приятна и комфортна в жизни, но не слишком интересна в комедийном искусстве.
Иван Янковский берет новую актерскую высоту и входит в поистине шаманский транс.
