Остановимся на том, что «Телохранитель жены киллера» и для жанра, и для собственной франшизы — однозначные сто шагов назад, и даже не тихо, и вовсе не на пальцах.
Кровь летит прямо на экраны, челюсти раскалываются, как грецкие орехи, а немцы в кои-то веки умирают не просто бесславно, но ещё и смешно.
Герои, как бы ни старались молодые актёры, так и остаются символами, а не личностями. Сценарий слишком легко делится на сцены-метафоры, необходимые не столько темпоритму или внутренней логике картины, сколько высказыванию режиссёра.
Но за всеми ужасами, крестами, детективными интригами и эксплуатацией пассажей Евангелия притаилась, пожалуй, самая романтичная картина всей франшизы.
Лобовые метафоры не мешают этой зловещей притче быть незабываемым опытом: не просто приятным бонусом к фильмографии мастера, а полноценной реликвией.
К сожалению, то, что поначалу кажется намеренным отсутствием авторской оптики, оказывается максимальным отдалением: Джиа на своих героев и в целом на поколение Фрэнки смотрит намеренно свысока.
Нам нужно привыкать жить по-другому и перестать цепляться за нежную ностальгию, и это самое «Воссоединение» сейчас выглядит скорее как унылый манифест нового времени, чем как долгожданное путешествие в прошлое.
От камерного и напряженного хоррора антиутопия движется к экшену, смещая оптику от родителей к детям и перемешивая палитру жанра: бояться теперь нужно не только монстров, но и других людей.
Слезать с иглы диснеевского одобрения даже после утомительных двух с лишним часов хронометража расхотелось.
На злых и скучных смотреть жалко, говорит кино, а на злых и энергичных — любо-дорого, неожиданно приятно. «Круэлла» в качестве ориджина не страшит, продолжает кормить ложечными обещаниями, старается не причитать. Ушли с маршрута? Так это здорово.
В общем-то, неважно, о чем снимает режиссёр: в его историях и о супергероях, и о зомби, и о, в конце концов, мультяшных совах есть одно общее свойство — это всегда фильмы Зака Снайдера. Стиль уже сложился в бренд, имя — в набор узнаваемых приёмов.
Авторы вроде бы затрагивают важную тему физического и психологического здоровья современной женщины, но избежать огромного количества банальностей им не удаётся.
Главное, все это сделано с повышенным уровнем самоиронии: герои всерьез рассуждают, почему за столько лет не получили ни одного ранения, клянутся, что проводят перед трюками инженерно-физические расчеты, и, да, летят в открытый космос.
Это всё, бесспорно, мило, стильно, опять же ностальгично и во многом злободневно. «Пищеблок» — и книга, и сериал — не столько про прошлое, сколько про вечно актуальное безвременье.
Изящно снятый и поставленный, но возмутительно глупый герметичный триллер, режиссёр которого подражает Хичкоку, а сценарист, кажется, — Донцовой.
Всё это, конечно, очень красиво придумано — и было бы наверное ещё эффектнее, если б огонь не был так ужасно нарисован на компьютере.
«Кислород» — один из самых романтичных и чувственных фильмов ковидной эры. Но при подступающей патетике Ажа удаётся точно балансировать гранями своего вымысла, не скатываясь в долину вычурных сантиментов и не захлёбываясь лавиной жгучих слёз.
Хотелось бы верить, что у авторов хватит воображения для того, чтобы держать внимание зрителя до конца сезона. Даже если всё основано на реальных событиях.
Универсальный в отношении аудитории, очень смешной и олдскульно остроумный фильм — вот чего так не хватало в последние годы хоррор-ребутам, ремейкам и постмодернистским продолжениям.
Подобно Рене Магритту и его любимому кинематографистами полотну «Репродуцирование запрещено», встречающему постояльцев в холле «Нормандии», Ахари не стремится развернуть историю лицом, заставляя зрителя блуждать по тёмным коридорам вместе с Бабаком, собирая углы новыми синяками.
Если наличие миллениаловских мудростей не останавливает вас, то «Секретам семейной жизни» стоит дать шанс: это необязательная и туповатая криминальная комедия, которая подкупает в первую очередь обаятельными актерами.
«Сопротивлению» в целом не хватает интонационной и творческой целостности, фильм будто изо всех сил стремится быть неординарным, но каждый раз останавливается на полпути и сбивается в трюизмы.
«Митчеллы против машин» не относятся к себе серьёзно и смеются вообще над всеми: прогрессивными хипстерами и скучающими бумерами, техномагнатами и насквозь фальшивыми парочками, создающими с помощью соцсетей образ идеальной семьи с обложки глянцевого журнала.
Один из продюсеров, Игорь Мишин, придал «Немцам» достаточную долю остроты. Настолько достаточную, что даже трудно вообразить, как это будет смотреться на федеральном канале.
Посыл у фильма очень правильный — в глазах зрителя он реабилитирует и героизирует человека, который этого действительно заслужил, но подвиг которого долго не признавала советская власть. Но то, как картина это делает, выглядит сомнительно.
