Картина начинается с хроники, в которой русская армия убивает местную семью. Первый же диалог на русском сыгран так плохо, что нет смысла обсуждать дальнейшее…
В каннском конкурсе показали фильм братьев Дарденн «Два дня, одна ночь». Ничего нельзя сделать, они снова лучше всех.
Кем был Ив Сен-Лоран? Только по-настоящему хороший режиссер — такой как Бертран Бонелло — мог найти ответ, пусть он и не понравится многим. Загадкой; больше нам знать о нем не дано.
«Звездная карта» начинается как аттракцион, а заканчивается как всхлип — после такого кино каждое животное грустит. Это фильм-стихотворение Кроненберга. Так же, как «Выживут только любовники» были стихотворением Джармуша, а «Корпорация Святые моторы» — стихотворением Леоса Каракса.
Польски оперирует стандартным набором документалиста — хроникой, интервью, музыкой, но делает это абсолютно виртуозно: саундтрек в фильме не смолкает, ни на минуту, но не раздражает, а задает ритм; архивные кадры отобраны и смонтированы так, что даже очевидцы событий почувствуют себя первооткрывателями на далекой планете.
Тернер видел — а Майк Ли показал, как именно видел — не на двадцать, на двести лет вперед. Наведите свой смартфон на солнечный диск — вы увидите плывущий в океане пикселей желток.
По нашим мелким меркам «Годзилла» — сделанный богато и с душой, пускай и избыточно серьезный (в отличие от японских фильмов и ленты Эммериха) блокбастер.
Посмотрел все четыре серии «Переводчика». Хороший фильм. И, конечно, очень одаренный режиссер Андрей Прошкин умеет так работать, что к разнообразным изъянам придираться нет желания. Ну, совсем нет.
Помимо актеров в эпизодах, «Двойник» имеет мало общего с предыдущей работой Айоади и так же мало похож на подавляющее большинство того, что идет в прокате, — но, вместе с тем, похож на слишком многое.
«Переводчик» на протяжении четырех серий упрямо и изобретательно смешит зрителя, воспитанного федеральными телеканалами. Так, что невозможно поверить, что все это всерьез.
Шансов, что этот фильм покажет российское телевидение, нет совсем. Режиссеры уже пообещали его выложить в сеть. Но он должен охватить всю страну — от поселка в Костромской области, из которого бежал Рома, до каждой квартиры одной новосибирской многоэтажки.
«Восьмерка» берется за третью основополагающую величину в мужской вселенной — друга. Познание дружбы, как и вражды или победы, проходит через открытый конфликт — через минимум слов и максимум гулких ударов, и еще — поступков.
Если просто пересказать сюжет бесконечного сериала — четыре года, 52 эпизода, — не видевший «Джека» человек, пожалуй, и не поймет, почему «Джек» — шедевр. Кстати, да, «Джек» — шедевр.
Двести часов отснятого материала за восемь месяцев монтажа ужались до выразительной и печальной истории о том, как ушло время и захудала жизнь.
Если бы нашелся такой отчаянный продюсер, который настоятельно посоветовал вырезать некоторые сцены из фильма Ганса, чтобы хотя бы элементарно его сократить, наверное, новая «Красавица и чудовище» от этого даже выиграла.
Спустя пятнадцать лет «Панцирь» приобретет безукоризненность форм, сквозь его тривиальную повседневность будут просвечивать потрясения и пожары Большой Истории, а нехитрая фабула обнаружит выдающуюся, никем в нашем перестроечном кино не превзойденную точность социального анализа.
«Оттепель» важна для современной российской культуры потому, что она осваивает в современных терминах материал советской эпохи (и как бы лучшего, наиболее привлекательного ее периода), которая, как мы знаем, продолжает занимать важное место в сознании людей, часто в идеализированном, а часто в демонизированном виде.
Фильм Даррена Аронофски «Ной» — увлекательная современная адаптация библейской легенды, которая не имеет отношения к религии.
Фильм дарит Расселу Кроу лучшую роль в его карьере. Все-таки самый перспективный маниакальный типаж — это не эстет-людоед или фантазер с трудным детством, а упертый крепкий хозяйственник…
Не первая экранизация: за плечами Эрмлера уже были «Катька — Бумажный ранет» по повести Михаила Борисоглебского и «Парижский сапожник» по повести Николая Никитина «Преступление Кирика Руденко». Но, пожалуй, первый случай, когда так равновелики гении режиссера и писателя.
«Национальная идея» фильма Сергея Сельянова «Духов день» только кажется русской, на деле же она латиноамериканская. Крестный отец этого фильма — нобелевский лауреат Габриэль Гарсиа Маркес.
От «Замри — умри — воскресни!» отмахиваются как от «чернухи», поговаривают о вторичности этого фильма по отношению к кинематографу Алексея Германа. Однако именно Каневский переживает в Канне триумф, в то время как Герман годы спустя встретит полное непонимание.
Показанный в мае 1986 г., фильм Лопушанского точно совпадает не только с установками официальной идеологии, но и с умонастроениями интеллигенции начала перестройки, со свойственными именно этому периоду катастрофическими ожиданиями
Это ощущение (и принятие) мимолетности, факультативности отдельной человеческой жизни перед лицом неуправляемой стихии, превращает «Отель «Гранд Будапешт»» в нечто гораздо более глубокое и важное, чем просто очередной фильм многолетнего кумира хипстеров.
В «Любить, пить и петь» Ален Рене оставил нам настоящий алфавит жизни.
