Мы часто говорим фразу: «Такого кино больше не снимут», — и это случай, когда она уместна во всей своей буквальности.
В «Томе на ферме» остается все то, за что этого молодого режиссера обычно любят и не любят, только все это теперь можно смотреть без извиняющих комплиментов. В конце концов, надо признать, сегодня мало кто умеет так точно снимать хрупкую нервическую мужественность.
«Что теперь? Напомни мне» — 165-минутная мозаика без единого случайного кадра, который бы выбивался из общей картины или не был бы вовлечен в множественную паутину связей с каждым предшествующим ему и каждым следующим за ним изображением. Пинту за это время осуществляет такое глубокое погружение нас, зрителей, в пространство своих размышлений, что ему удается камерой передать, запечатлеть сам процесс произрастания мыслей и идей.
С коммерческим успехом «Bet Raise Fold» пока ничего не понятно, зато уже ясно, что более достоверный, эмоциональный и при этом доступный фильм про онлайн-покер снять вряд ли возможно.
Налицо кризис сюжета. Надо было артисту забыть, что мир есть театр, просто побыть на месте, выжить в том самом заснеженном поле, так сказать, замеряя углы транспортиром, как крутит его Россию. Видимо, дело в том, что сценарий Павлом Финном и Константином Лопушанским был написан давным-давно.
Никогда еще, кажется, не снимали кино про людей, отдавших свою жизнь за теорию театра. И напрасно. Если вдуматься — есть в этих людях все же что-то героическое, даже жертвенное.
Выход на орбиту без риска что-нибудь себе отморозить обеспечивает покупка билета на «Гравитацию», предпочтительно в «аймакс», и 3D-очки, как никогда уместные. Как иному изуверу удается изумить скорбными делами рук своих видавших виды оперативников, так и авторы вершат в кадре натуральное, живое чудо.
Почти полтора часа мы видим очень старого человека, страдающего от прогрессирующей неизлечимой болезни… Но герой в фильме не страдает. Он витален, а подчас и бодр. Он остроумен, ироничен и саркастичен, даже тогда, когда уже ничего не может сказать.
«Уроки гармонии» — фильм о школьном насилии, в котором самое главное не сюжет и не тема. Само явление — школьное насилие — стало обыденностью… В работе Эмира Байгазина самое важное, как фильм об этом рассказывает. Содержание «Уроков гармонии» — в их форме.
Одно из редких украшений невзрачной программы последнего Венецианского фестиваля и, возможно, самое убедительное доказательство исключительного таланта португальского режиссера.
История Сони Шаталовой, которая уже была одной из героинь другого фильма («Клеймо») тех же авторов, здесь выходит на первый план. Оглушает с первых кадров картинками и звуками большого города. Зритель в какой-то момент и сам становится немного аутистом.
С содержанием этих тонких черепных коробок рациональное не справляется. Недаром Мэтью говорит, что атомы и молекулы человеческого организма — это едва ли начало, скорее, финальная стадия. Да, молекулы, непослушные руки, вся эта упрямая машинерия человеческого тела… Что с нее взять?
«Малавита» — лучший пункт в фильмографиях режиссера Люка Бессона и актера Роберта Де Ниро за последние лет десять.
Вывести Богоявленье из самой бесчеловечной за два тысячелетия бойни, да еще путем смешения вражьих кровей, то есть без швов соединить ультранациональный миф с архиглобалистским — ход, воистину достойный величия.
Рыхлый, словно кекс «Столичный», фильм, конечно, одаривает зрителя многочисленными изюминами презабавных сцен. Если честно, смешно до колик… Однако нехватка постановщика, умеющего укрощать безбрежную стихию фантазии и налаживать ритм, чувствуется в этом кино, как мало где еще.
Верхувен же, как обычно, противоречит общепринятой точке зрения… В формате развлекательного кино он осмеливается говорить о том, что единственный способ выживания — вовсе не стойкость, а, наоборот, гибкость, способность мимикрировать, подлаживаться под обстоятельства, бежать.
Это завораживающее умение режиссера работать с течением времени, возвращаться к одним и тем же ситуациям из разных временных точек, возможно только в кино.
Режиссерская поступь Эпштейна и Фридмана в картине большей частью неверна, и дело не только в смене формата, но и в том, что лед биографии Лавлэйс зыбок, ненадежен и чуть что норовит проломиться.
Для нашей публики «Ледяной», думается, будет хорош именно как отменный фикшн, наследующий гигантскому корпусу классических высказываний о мелкопоместной мафии. Вромен аккуратно заимствует что-то из «Славных ребят», что-то из «Клана Сопрано», что-то из «Донни Браско».
Бакурадзе создает мир «бедного сознания», но этот мир пронизан глубокой эмоцией, которая не может найти выражения ни в словах, ни в действиях. В конце концов, мир «Охотника» — это мир гнетущей закрытости, из которой душа рвется наружу, но не знает путей в простор.
Нельзя избавить человека от ужаса его жизни, можно его от этого ужаса ненадолго отвлечь (искусство стрип-клуба: нагота, песни, воображаемые путешествия — это не какое-то бесхитростное искусство, которым простые бедные люди утешают друг друга: в фильме нет иерархической шкалы, с высшей точки которой можно было бы на это искусство умиленно смотреть; это искусство как таковое — красота, воображение, краткое забвение себя).
«Берту по прозвищу «Товарный вагон»», безусловно, невозможно воспринимать ни как второсортную кальку с драмы Артура Пенна про криминальных любовников, ни как авторское высказывание, сделанное на бульварном материале. Скорсезе подвели не столько непрофессионализм или скованность рамками жанра, сколько, напротив, широкие киноманские взгляды.
Авторы заранее выбрали, с какой стороны баррикад наблюдать за происходящим, и это сильно обедняет фильм: гонители Pussy Riot, кем бы они ни были, изображены в ироническом или отрицательном ключе. В кадре торжественно появляются защитники Pussy Riot — Мадонна, Йоко Оно или ликующий народ в балаклавах. Идеологическая заряженность лишает свободы восприятия. Той самой свободы, за которую не щадя себя борются участницы Pussy Riot.
Впрочем, не драма даже, а полноценное драмеди. Шутки, комические ужимки, черный юмор. «Машина» по большому счету составлена из обаятельных эпизодов, словно специально придуманных, чтобы хорошие актеры собрались в одном кадре и выкинули что-нибудь эдакое.
«Элитное общество» — тот случай, когда стоит идти не на режиссера, а на историю.
