В целом режиссеру удается выдержать баланс между сдержанностью приемов и энергичностью действия. За счет последнего и точных актерских работ «Псих» умудряется держать внимание.
Режиссура Бондарчука любопытна тем, что перекликается какими‑то неочевидными мазками с режиссурой самого Богомолова.
Возможно, этот фильм слегка подслащает пилюлю принятия человеческой утраты, «на чем сердце успокоится», но на этом непростом пути еще пока существует выбор дороги со встречным движением — от просторного дома к маленькой кроватке в автодоме или же обратно.
«Глубже» распадается на отдельные удачные фрагменты, видимо потому, что Сегалу все-таки сподручнее думать мини-«Рассказами».
Как и «Незнакомцы» (да и остальное кино Бертино), «Пустошь» — далеко не самый изобретательный хоррор, он и пугает не так сильно, по большей части делая ставку на жестокость и практические эффекты.
В мини-сериале «Ход королевы» много пространства отдано под шахматные поединки, за которыми неинтересно будет следить даже специалисту, поскольку целиком и в развитии позицию показывают редко. Но монтаж огромных карих глаз Ани Тейлор-Джой и шахматных фигур, снятых в сложных ракурсах, открывает, как видно, почти безграничные возможности: вот оно наконец шахматное кино для миллионов.
«Ход королевы» — feel-good, что называется, воодушевляющее кино про вроде бы серьезные, сложные и даже печальные вещи: любимый рецепт оскаровских призеров, к которым «Ход», будь он кинофильмом (отчего бы только выиграл), наверняка бы присоединился.
Кукольные мыши (просто в силу своей рукотворности) выглядят намного живее, чем продвинутые, но бездушные цифровые модели.
За эти 14 лет мир радикально поменялся. Порог шока снизился в разы, YouTube переполнен видео, которые Коэну и не снились, «пранками» торжественно занимаются какие‑то упыри на госслужбе.
Но как быстро становится ясно, нет ни единой причины, по которой «Отыграть назад» — сериал, а не полнометражный фильм (поставленный, добавим, году этак в 1989-м). Здесь попросту нет материала, требующего шести серий: событий — часа на полтора-два, остальное, соответственно, — вода.
В несколько повисшем и приоткрытом финале Миша все-таки примиряется со своей реальностью и, кажется, напоследок проходится под снегом со своей гипнотической любовью.
Это нерешительный и неглубокий фильм, который в отличие от «Где‑то», например, не черпает силы в своей напускной незначительности, а вправду мельчит: маленькие характеры, маленькие чувства, маленькие поступки.
Впрочем, не из страны, где митинги фактически запрещены, полиция всегда права, а люди на судах сидят в клетках, жаловаться на либеральных зануд: для России, где так вовремя локализовался «Нетфликс», или, например, Беларуси американский произвол конца 1960-х выглядит почти что идиллией.
По-своему неотразим и фильм — говорящий о довольно общих вещах, но идеально встраивающийся в повестку дня; сделанный двумя немолодыми людьми, но щеголяющий и энергией, и свежестью взглядов; обреченный на сравнения с классикой, но подающий и собственную заявку на место в каноне.
Здесь есть десяток очень смешных эпизодов, и еще пара десятков — просто смешных; поверьте, это более чем достойная статистика для комедии.
Режиссер не открывает ничего нового, а лишь повторяет уже заезженные приемы подростковых квир-историй.
Будучи лишенным характерной атмосферы и налаженной интриги, сериал из фолк-хоррора вырождается в механический детектив-процедурал — именно этой участи когда‑то избежал «Твин Пикс». Увы, для успеха в этом новом жанровом качестве герои «Территории» слишком пассивны.
«Трудные пацаны» бурлят энергией, злостью и нежностью — дух молодости авторам удался на ура.
У самого фильма есть все шансы, чтобы сложить вокруг себя маленький культовый статус.
Четвертый сезон похож почему‑то не на «Фарго», а на не самый удачный сезон «Подпольной империи», куда вдруг наняли не в меру остроумного сценариста, поверхностно чувствующего жанр, зато упивающегося звуком собственного голоса.
Американская версия выглядит более конформистской, поскольку построена из понятных кубиков, от «Трех дней Кондора» и «Секретных материалов» до какого‑нибудь «Шоу Трумэна». Но все равно это яркое и незаурядное телевидение.
Раз за разом под победоносную музыку авторы с новой силой экранизируют повторяющуюся мизансцену под названием «и вот Стрельцов наконец-то появляется на поле», все остальные игровые моменты уже снимая без особого энтузиазма.
Все это было бы тяжело, если бы не чудесная Браун — единственный, по большому счету, но серьезный аргумент в пользу фильма.
Видя происходящее это на экране, в который раз убеждаешься в том, что отечественные сериалы сейчас, в отличие от русского кино, куда лучше ухватывают дух времени и осмысляют современность.
«ППЧМЗ» нельзя назвать несмелым сериалом. С одной стороны, неплохо, с другой — смелость эта слишком дробная и кумулятивного эффекта не достигает.
