всё о любом фильме:

Жертвоприношение

Offret
год
страна
слоган-
режиссерАндрей Тарковский
сценарийАндрей Тарковский
продюсерАнна-Лена Вибом
операторСвен Нюквист
композитор-
художникАнна Асп, Ингер Перссон
монтажМихал Лещиловский, Андрей Тарковский
жанр драма, ... слова
сборы в США
премьера (мир)
возраст
зрителям, достигшим 12 лет
рейтинг MPAA рейтинг PG рекомендуется присутствие родителей
время149 мин. / 02:29
Номинации (1):
Чем надо пожертвовать, чтобы спасти мир от надвигающейся катастрофы? Своим имуществом, своим образом жизни, а может быть, своей жизнью? Что положит герой фильма на алтарь Всемогущего Творца, если последний, конечно, существует?!
Рейтинг фильма
Рейтинг кинокритиков
в мире
81%
26 + 6 = 32
7.5
о рейтинге критиков

Послать ссылку на email или через персональное сообщение

    * КиноПоиск не сохраняет в базе данных e-mail адреса, вводимые в этом окне, и не собирается использовать их для каких-либо посторонних целей
    Знаете ли вы, что...
    • Почтальон Отто, как персонаж картины, является своеобразной данью памяти Тарковского одному из своих постоянных актерских талисманов Анатолию Солоницыну, умершему в 1982 году от рака легких.
    • Внимание! Дальнейший список фактов о фильме содержит спойлеры. Будьте осторожны.
    • Тарковский в течение нескольких дней искал место для сцены атомной катастрофы, паники. Он нашёл это место, и это был тоннель, лестница и небольшая площадь перед ними. Там и была снята эта ужасная и прекрасная сцена. А через некоторое время был убит премьер-министр Швеции Улоф Пальме. Убийца стоял на том самом месте, где находилась камера во время съемок фильма.
    • Сцена горения дома снималась два раза — в первый раз у камеры (Arriflex) отказала грейферная система, и пленка встала. Дом сгорел впустую. Через неделю декорация дома была вновь выстроена, и съемку провели снова. На этот раз тремя камерами.
    • еще 2 факта
    Знаете похожие фильмы? Порекомендуйте их...
    Порекомендуйте фильмы, похожие на «»
    по жанру, сюжету, создателям и т.д.
    *внимание! система не позволяет рекомендовать к фильму сиквелы / приквелы — не пытайтесь их искать
    Отзывы и рецензии зрителей rss-подписка
    • Добавить рецензию...
    • Обсудить на форуме >
    • Опросы пользователей >
    • 171 пост в Блогосфере>

    ещё случайные

    Да, именно монолог, потому что на протяжении всего фильма режиссёр говорит сам с собой. Данное умозаключение стало напрашиваться уже спустя первые двадцать-тридцать минут, хотя, предварительно настроив себя на то, что мне предстоит просмотр очень сложного кино, я всё же был нацелен на то, чтобы не допустить в период времени, которое было отведено фильму, у самого себя возникновения внутреннего диалога, который зачастую мешает. Как оказалось, это было невозможным. Именно монолог Тарковского делает «Жертвоприношение» «больным» кино, но не тем, что ведёт диалог между автором и аудиторией, поднимая на обсуждение темы тех проблем, от которых страдает человек, общество в целом.

    «Жертвоприношение» — «больное» кино в самом недоброжелательном смысле данного словосочетания, потому что оно создано искажённым восприятием самого автора, что было вызвано у него переживаниями по поводу всем известному. Более того, данное кино стремится претендовать на гениальность, что, на мой взгляд, является оскорбительной «выходкой»: Тарковский не оставляет надежды не только самому себе, но и всех хочет вовлечь в своё отчаяние, в безысходность, в свой страх, который, вероятно, ему не удалось подчинить, хотя устами главного персонажа он твердит обратное. И последний кадр никак не говорит о том, что режиссёр решил всё-таки подарить надежду на лучшее. То, каким образом «уходит» главный персонаж, ясно демонстрирует, что для самого себя режиссёр решил в каком свете выступают перспективы будущего. И, если это соответствует действительности, получается, он был прав.

    11 февраля 2014 | 07:57

    Андрей Тарковский в 1986 году снимает свой последний фильм «Жертвоприношение». Совершенно точно можно говорить о том, что фильм форматно напоминает притчу, а суждения героев (по большей части главного героя Александра) не только назидательны, но в некоторой степени даже категоричны, что, скорее всего, свидетельствует о полной уверенности, в данном случае, — творца киноленты — Тарковского — в правильности сказанного.

    «Жертвоприношение» — притча. В ней говорят о Достоевском, и, конечно, не случайно имя его возникает здесь. Федор Михайлович первый так остро поставил перед человеком это вопрос: технических прогресс досыта накормит человека и обеспечит его утварью, но, удовлетворившись материальными благами, люди однажды взвоют оттого, что в погоне за всем этим не задали вопроса — «зачем жить?». Когда Александр сжег мосты, рассчитавшись с прошлым, его сочли ненормальным и отправили в психиатрическую лечебницу. Так бытовое сознание сталкивается с историческим и берет над ним верх». Таким образом, весь фильм мы видим путь героя к достижению максимального душевного комфорта и гармонии, путь к нахождению ответа на вопрос «зачем жить» (в данном случае, можно в определенном смысле считать, что для Александра главной целью жизни становится спасения человечества от надвигающейся опасности; герой не сам изначально определяет цель своей жизни именно так, а внешние обстоятельства «объясняют» ему уникальность его предназначения на земле). Несмотря на то, что конечное состояние героя объективно противоречит общественным «нормам» и способ достижения, так называемое, гармонии не приемлем с точки зрения нравственности, герой достиг конечной цель — обрел внутреннее спокойствие, устоял в схватке против своих страхов.

    В центре сюжета история о нескольких днях из жизни одной семьи: в отдаленном месте в Швеции в загородном доме живет семья журналиста и ученого Александра. Сначала все идет по обыкновению просто: герой с сыном гуляет, философствует на вечные темы, встречает своего старого друга, возвращается домой и т. д. Однако повседневным покой нарушается страшным известием о том, что «запущены ядерные ракеты». Это не только нарушает привычный уклад жизни героев, но селит хаос во внутреннем мире Александра. Таким образом, внешние раздражители приводят к состоянию внутренней дисгармонии. Тогда главный герой начинает всеми известными ему способами стараться прекратит, остановить приближение очевидной катастрофы — он просит всевышнего прекратить весь этот ужас, вернуть безмятежное утро последнего мирного дня и пустить события по иному пути. Умоляет, обещая любую жертву — отказ от семьи, от благополучия, добровольное заточение, пожизненное безмолвие. Просит спасти его от «этого смертоносного душащего животного страха».

    Александр говорит сыну: «`Не бойся мой мальчик. Смерти нет. Конечно, есть страх смерти. И это очень плохой страх. Он часто заставляет людей делать то, чего не следовало бы делать. Но если бы люди вдруг перестали бояться смерти, всё было бы иначе`». Скорее всего именно этим словами героя можно объяснить его же поступки — движимый страхом перед надвигающейся возможностью смерти Александр решает принести жертву, чтобы, условно говоря, спасти мир (хотя сложно точно сказать насколько масштабно герой сам воспринимает свою жертву). Таким образом, абсолютная вера в свои убеждения, абсолютная уверенность в своей правоте приводит героя к жертве. Приводит героя к тому, что он заключает сделку с Всевышнем. С кем именно Александр заключает сделку понять в определенной степени нелегко, так как условия, так называемой, сделки герой придумывает сам, руководствуясь исключительно глубиной своей веры и уверенности в правильности своих взглядов.

    В данном случае именно эта крайняя уверенность Александра поражает. Ведь голос из радиоприемника предупреждал: « …единственный внутренний враг сейчас — это паника. Она заразительна и не поддаётся влиянию здравого смысла. Порядок и организованность, ничего иного дорогие сограждане. Только порядок. Только порядок. Порядок против хаоса. Я прошу вас. Я взываю к вашему мужеству. И не смотря ни на что, к вашему здравому смыслу…» Главный герой ни сколько не сомневается в наличии у себя здравого смысла и отсутствие хаоса в своем внутреннем мире. Однако в конечном счете результат заставляет задуматься и диктует двойственность восприятия жертвоприношения Александра: с одной стороны цель достигнута, с другой невероятно сложно понять оправдывает цель средства; к этому также прибавляется то, к чему эта жертва привело непосредственно того, кто ее принес.

    Александра можно воспринимать либо как человек, который положил себя на алтарь спасения мира, принес себя в жертву ради спасения человечества; либо как пример человека, который оказывается на грани краха внутреннего мира, гармонии, спокойствия и здравого смысла, ликвидации рассудка под действием всепоглощающего страха смерти.

    14 января 2010 | 22:23

    Есть такие растения, которые абсолютно не переносят пересадку на другую почву. И пускай растут они на скудной земле или на каменистых склонах, если их посадить на хорошо удобренную почву и создать для них тепличные условия, они увянут…..

    Фильм «Жертвоприношение» снят в Швеции в 1986 году. Картина завоевала Гран-при Каннского кинофестиваля (1986), приз ФИПРЕССИ (1986), приз Британской киноакадемии (1988) и другие награды. Сюжет этого фильма очень странен, если не сказать абсурден.

    Вообще, если не знать что это снял Тарковский, трудно в это поверить. Картины Тарковского всегда полны глубочайшего смысла, они сложны и многогранны, а здесь какой-то театр абсурда, совершенно для него не характерный. Теперь хочу сказать об игре актёров. Они честно пытались играть русских интеллигентов, но у них не получилось. Сказалась разница в ментальности. Мне кажется, они так и не поняли, что от них хочет «этот русский режиссёр». Герои Тарковского это люди не от мира сего. А главные герои это те, кого в Средние Века на Руси считали юродивыми. Тогда это слово ещё не имело глумливо-презрительного оттенка, как сейчас. Их считали великими мудрецами и святыми. Даже самый грозный царь выслушивал от них дерзости и не смел причинить им вред, поскольку считал, что их устами сам Господь глаголет. Никто в мировом кинематографе не умел так блистательно показывать их в своих фильмах, как Тарковский. Вспомните гениальную игру Солоницына в «Андрее Рублёве» или Кайдановского в «Сталкере». Но для западного человека такого понятия не существует вообще. Нельзя сказать, что в западной христианской традиции не было юродивых (например Св. Франциск Ассизский), но эта традиция давно умерла. Западный человек и в Бога то не верит. Для него всё, что выходит за рамки привычного это ненормальность. В результате Эрланд Юзефсон в роли Александра, играет городского сумасшедшего. Не потому, что он плохой актёр, актёр он замечательный, а потому, что не понимает, что от него хотят. Тоже самое можно сказать и о Гудрун Гисладоттир в роли Марии. Остальные играют пустых и никчёмных буржуа в лучших традициях «Скромного обаяния буржуазии» Луиса Бунюэля…

    Грустно, что последний фильм великого мастера оказался неудачным. Глубочайшая философская притча осталась так и не реализованной на экране. Но один из персонажей не вызвал у меня сопереживания. Они все чужие и холодные. Их судьба мне абсолютно безразлична. Может быть, за исключением юного сына Александра, но его образ не достаточно прорисован. За весь фильм он появляется на экране всего несколько раз. Он поливает с утра до вечера сухое дерево, надеясь на то, что оно оживёт. Но чуда не происходит…. И произойдёт ли?…

    10 сентября 2015 | 14:56

    Я, как человек, не посвященный в детали и не имеющий обширного опыта в трактовках мирового кинематографа, оценивал фильм исходя с позиции того, что мое мнение будет субъективным и отталкиваясь от опыта ранее просмотренного, да и в целом взглядов и вкусов.

    Начало было крайне интригующим! Человек, уже, скажем, в преклонном возрасте и наверняка умудренный жизненным опытом, рассуждает о вещах вечных, не столь приземленных. Причем, как подчеркивает один из героев фильма, ведет действительно «монолог» — его маленький сын вряд ли сможет понять о чем идет речь. Многое из сказанного им пересекалось с тем, чем на данный момент занята моя голова — я приободрился. Были также интересные мысли, в один момент я даже из интереса припомнил имя автора сценария, указанного в начальных титрах — как ни странно, тот же Тарковский.

    Но что я увидел далее? То, что меня порядком удивило, и слегка разочаровало. Объявление по СМИ выбрасывает главного героя обратно в реальность и возвращает к делам, скажем, более будничным. Это первое что меня интересует — почему Тарковский не продолжил линию чего-то более философского, но оборвал её и продолжил иначе. Не его стиль? Задумка совсем иная (к чему тогда такое начало?)? Ну, наверное, от меня все же что-то ускользнуло… В принципе, после окончания фильма у меня такое чувство и осталось: «что-то ускользнуло». Судя по всему, так со всеми фильмами этого режиссера. Помимо основной сюжетной линии и идеи, у него идет поток абстрактных мыслей, используется язык ассоциации и прочие (быть может и не известные мне — а посему и не упомянутые) приемы, дающие эффект на подобие: «А что я вообще только что посмотрел?». Да, вот здесь вот герой сделал так, и так — ну понятно, жил себе жил, семья, дом, признание — жизнь удалась. И тут тебе глобальная неприятность, вынужденное жертвоприношение, печальный конец. Но ведь помимо этого в произведении присутствовало столько деталей (наверняка очень важных), которые я так и не смог расшифровать. А жаль…

    8 мая 2010 | 04:11

    О чём фильм, сказать очень турдно. Да, в первую очередь о человеческой жертве. О том, как трудно бывает сделать выбор между собственным воображением и страшной реальностью, которая тлеет у тебя на глазах. Здесь и локаничное сочетание тарковского умения «красть» у жизни моменты и показывать их нам + ко всему философия восприятия нами окружающей действительности.

    Фильм, несомненно, трудный, долгий, на любителя. Можно сказать сразу, что если после 10 минут вам скучно — можно смело выключать и не мучать себя. Здесь мало действий, они идут плавно, нет резких моментов. Это фильм — созирцание, его нужно чувствовать, этим фильмом нужно дышать.

    Перед нами герой Андрей, который в свой День Рождения, собравшись с близкими людьми, слышит страшную новость по радио: близится атомная война. И впервые в жизни Андрей обращается к богу, моля его предотвратить войну, отдав взамен всё, что у него есть: семью, друзей, сжечь дом и дать обед молчания. Однако появляется ещё один герой: ведьма Мария, которая якобы может помочь решить надвигающуюся проблему, если… Андрей с ней переспит.

    Для зрителя здесь будет много вопросов. Много ответов. Главная задача — сопоставить всё верным образом, и тогда перед вами раскроются грани тарковского видения, его мысль донесётся до вас, и она, поверьте, будет глубока и долговечна, ведь практически каждая работа этого режиссёра не что иное, как ещё одна раскрытая тайна на тему мира и Человека.

    21 января 2008 | 22:44

    Серые, промозглые норвежские равнины, холодный колючий ветер, тяжелое бетонное небо и одинокий дом посреди холодной европейской пустыни-именно эти компоненты наполняют картину «Жертвоприношение», последнее слово Тарковского, а может быть некое напутствие в вязкой свинцовой оболочке. Мысли в фильме- как шарики ртути, стоит им коснуться сознания, как они рождают сотни себе подобных и дают новые и новые вереницы вопросов.

    Тарковский повторяет и эстетические мотивы- так часто встречающиеся репродукции живописных полотен (как в Жертвоприношении, так и в Андрее Рублеве, в Зеркале) призваны подчеркнуть смысловой подтекст эпизода. Фильмы Т. отличает скорее строгость и минималистичность восточноевропейского кино, которое стремится к реализму, но весь романтизм и чувство прекрасного контрастом выливается в каких-то ярких эпизодических мазках-древнерусских иконах, музыке Баха и т. п.

    Вначале мы можем увидеть типичный человеческий «дуэт»- писатель, представитель интеллигенции, человек утонченного вкуса и сторонник некоторого декаданса и его собеседник- простой почтальон, который, тем не менее имеет отличительную черту- стремление к познанию и свою, бытовую и прямолинейную философию. И казалось бы, что взгляд писателя, у которого на плечах осела пыль сотен томов, должен быть более ясен, чем взгляд тривиального на первый взгляд и не слишком оригинального обывателя, но при ближайшем рассмотрении эпизода замечаешь- писатель в своих экзистенциальных рассуждениях запутан много больше, чем его собеседник. Он ищет глубину и ответы, почтальон же рассуждает риторически, при этом не требуя много от жизни и оставаясь при этом в своей мере счастливым. В этом плане дальнейший монолог профессора имеет некую взаимосвязь с их разговором- он вспоминает цивилизацию, которая в своем прогрессе и развитии потеряла нечто важное, возможно духовность, а может быть счастье. И в подтверждение этому не замутненность философских взглядов почтальона показательна, еще же более показательна не замутненность взглядов ребенка- они как-будто ступени на пути к интеллектуальному превосходству и потере душевного покоя. Декаданс и отсутствие целей- следствие переизбытка и устранения дискомфорта. В этом случае можно сочувствовать мыслям интеллигенции того времени, которые, устав от прогресса, главного символа конкуренции и выживания, стремились к спокойно созерцательности и душевному равновесию.

    И слова-слова-слова… Весь фильм Тарковского наполнен и пропитан диалогами, звуками, буквами, словосочетаниями, но вербальность уходит и сменяется кадрами серости и промозглости, грязи и упадка- символы заменяют слова, они тоже не есть суть, но они уже содержимое словесной упаковки. Так символ страха- ядерная катастрофа, показана всего двумя эпизодами. Они расплывчаты- запустение и толпа, два коротких мига, показывающих пустоту. Периодически мы видим эти промозглые, сырые кадры опустошения и сигнальные выстрелы перед ними- обмороки обоих мужчин, как предвестники чего-то более опасного.

    Стоит уделить внимание служанке-женщина в кинопроизведениях Т. всегда несет в себе нечто неземное, ведьминское, таинственное. Само по себе примечательно, что в типаже актрис, воплощающих на экране образы «ведьм», есть некоторые повторяющиеся черты- открытый взгляд, тяжелые веки, какая-то обреченность в глазах.

    Голос по радио- холодный и безликий вестник, сообщающий о чем-то страшном и кажется неизбежном, сначала будничным тоном метеоролога, а затем переходя к человеческим нервным интонациям обреченности и безысходности. Напряжение в кадре нарастает с каждой минутой- почти полное отсутствие музыки вначале теперь сменяет ядовитый тревожный звук, похожий на звук горна перед боем. Этот монотонный не то скрип, ни то лязг. И речь о сохранение спокойствия- в этом есть какие-то отголоски тоталитарности или той самой утраченной душевности. Простые слова. Слова, сообщающие намного больше, чем кажется поначалу.

    И вот им сообщают о боеголовках, которые вот-вот разрушат миллионы жизней, разнесут в осколки их, казавшийся таким крепким и непоколебимым, мир. На фоне истерики жены выделяется спокойное потрясение Александра- как-будто он потрясен не столько опасностью, сколько самим осознанием, что это событие становится кульминацией его существования, кульминацией его ожидания. И ссылка на разговор в начале- не нужно ничего ожидать.

    Близость смерти делает жизнь ярче. Осознание своего существования, ни где-то абстрактно, а осознание его ценности, приходит к нам лишь с угрозой потери. Мы слишком поздно начинаем ценить и слишком поздно находим ответы, иногда легко можем распрощаться с чем-то, но не смиряемся с потерями. Как всегда понимание настигает нас внезапно, нахлестывает едкой волной безысходности, с которой мы уже не в силах бороться.

    Каждый характер раскрывается с новой стороны при приближении опасности, люди как-будто сбрасывают все маски, как самоубийцы стоящие на краю обрывам — им все еще есть что терять, но потеря уже так близка и неизбежна, что все законы теряют смысл. Именно в этот момент в голове Александра и рождается эта идеальная схема, идеальная модель, о которой шла речь в начале фильма- он становится демиургом и пророком. Т. к. он теряет границы, границы цивилизации, границы морали. С одной стороны он приносит жертву- во имя мира, но на самом деле, во имя себя. Страх, все разлагающий, едкий, колющий глаза и режущий нервы, влажной рукой сжимает ему горло- и Александр готов совершить безумство, лишь бы забыть это чувство безысходности. У Тарковского классическая сделка с Дьяволом становится сделкой с Богом-Александр приносит в жертву себя, спасая и сохраняя, он прерывает связь с миром, как и обещал.

    И вот, как-будто подверждая некую библейскую окраску сюжета, Отто, почтальон, который поначалу кажется лишь простачком со странностями, являет собой некого заговорщика, змея-искусителя, вычисливовшего в странной служанке ведьму. Все это похоже на абсурд- то кажется вымыслом, то приобретает некоторый оттенок правды. Терять нечего, а стало быть границы доступного и явного стираются. и не зря тут упомянут Ницше- ведь именно «человеческое, слишком человеческое» разрушает этот страх смерти. И фраза Александра вначале, что смерти нет, есть лишь человеческая боязнь, как раскаленный гвоздь она помрачает разум и вырывает из недр животные инстинкты.

    Желание исполняется, все возвращается на круги своя- фильм начинается и заканчивается кадрами с деревом. Начинается и заканчивается молчанием- сначала сына, потом отца, начинается и заканчивается умиротворенностью.

    Подводя итог, нельзя не признать монотонной холодности и тягучести картины. Это своего рода проба терпения- хватит ли сил досмотреть до конца. Монохромность картинки только усугубляет этот давящий эффект. Каждый эпизод либо наполнен пространными философскими изысканиями, либо символикой- порой красивой и ясной, порой непонятной и чужой. Наверное все вместе это и создает двоякое впечатление- слишком абсурдным и бесцельным кажется моментами фильм, слишком много тут неземного и сюрреалистичного, а может быть личного и частного, чтобы понять зрителю.

    11 августа 2011 | 11:58

    «Я хотел показать, что человек может восстановить свои связи с жизнью посредством обновления тех оснований, на которых зиждется его душа… Жертвоприношение — это то, что каждое поколение должно совершить по отношению к своим детям: принести себя в жертву» Андрей Тарковский.

    Перед нами последний фильм Андрея Тарковского. Фильм, о котором можно говорить долго. Фильм, менее монументальный чем «Андрей Рублев», что, однако, не идет ему во вред и более многослойный чем «Сталкер». Фильм, который каждый понимает по своему.

    Я не буду долго рассуждать об актерской игре, операторской работе, режиссуре и. т. д. Скажу одно — это Тарковский, что является гарантией качества. Основние внимание я хочу уделить сюжету и его толкованию.

    «Жертвоприношение» является лабиринтов, где каждый найдет для себя что — то свое, где каждый будет понимать происходящее на экране в зависимости от своего мировозрения и жизненного опыта. Кто — то будет видеть реальность происходящего, кто — то считать действие бредом медленно сходящего с ума главного героя, терзяющего его разум. Правильного ответа нет.

    Лично мне ближе рациональная версия: у Александра, главного героя фильма, в силу тех или иных обстоятельств произошло помутнение разума. Атомная война не начиналась, ведьма, которая могла исправить положение, была так же плодом больного вооброжения Александра. Но за этим сумасшедствием стоят те идеи, которые через главного героя пытается передать Тарковский.

    Одна из главный мыслей фильма — никогда не бойся что — то исправить, в какой — то мере возвратиться в прошлое и вернуть жизнь в привычное русло. И если ты этого хочешь — то это с тобой и произайдет. Нечто похожее было в «Сталкере», но в нем все же основной идеей было то, что мы почти никогда не знаем чего хотим на самом деле. Снимая фильм в последнии годы своей жизни Андрей Тарковский все же несколько переминил позицию.

    Став своеобразным завещанием, самой личной работой режиссера — «Жертвоприношение» открывает перед нами те эмоции и чувства, что испытывал Андрей Тарковский перед смертью.

    Фильм созерцательный. Действие разворачивается плавно и немного напоминает тихую и размеренную, в которую порой вкрадываются испытания, проходя которые мы порой сами приносим себя в жертву.

    Моя оценка:

    10 из 10

    6 апреля 2012 | 19:11

    Фильмы Тарковского красивы и сверхэстетичны, но затянуты и скучны. Паузы между словами и сценами выдержит не всякий мхатовский зритель. Словам придается больший вес, чем есть на самом деле, как в пьесах Чехова (…если каждый день наливать стакан воды и выливать ее… — это о пользе самодисциплины). Отдаю себе отчет, что потревожила откристаллизовавшегося классика, но я предпочитаю Германа и Герасимова. Первого — за умение концентрироваться, второго — за душевное тепло.

    Из несомненных достоинств Тарковского — его внимание к деталям — каждая на своем месте, будь то лампа, плошка с молоком или стеклянная банка с цветами, кочующая из фильма в фильм. Природные порывы — ветер и дождь, деревья и трава у него натурализованы до предела. Красота мизансцен. Его герои чаще всего относятся к думающей, цивилизованной прослойке. А главное, он снимал фильмы о смысле существования, которые, по определению, должны затрагивать

    каждого. Смысл Жертвоприношения — в том, что никакие материальные ценности не эквивалентны возможности прожить правильную духовную жизнь. В фильме возникает вполне реальная угроза сгореть под шляпкой ядерного гриба, герои начинают себя переоценивать или недооценивать, а в конце приносится жертва.

    Почему-то кажется, что Жертвоприношение — это идеальная постановка для сцены, но вот беда — театр не предусматривает крупных планов, а это — серьезное оружие Тарковского… Бергман теплее Тарковского. Он не создает невидимой преграды между собой и зрителем, и можно ощутить себя привлеченной в то пространство, где его герои решают мелкобытовые и крупнобытовые проблемы, мучаясь и страдая духовно. Тарковский претендует на глобальность, он стремится придать философскую значимость всему, с чем соприкасается. А когда просто разговоров не хватает, призывает на помощь мистику. Вместе с тем он уникален, узнаваем, добротен и классичен. Он показал кино, оснащенное такой степенью серьезности и уровнем доверия к зрителю, какого до него не снимали.

    8 из 10

    20 июня 2013 | 09:26

    Думаю, сколько людей смотрело «Жертвоприношения», столько и версий есть на свете, о чем этот фильм. Видимо, в этом и состоит особенность работ А. Тарковского, превращающих просто кино в просто шедевр. Я же напишу свою версию, одну из последних — о чем со мною говорит А. Тарковский в своем фильме. В уста своего героя он вложил такие слова: «Когда-то давным-давно в одном православном монастыре жил монах по имени Панве. Он посадил сухое дерево на горе, такой, как эта. А своему послушнику Иоанну велел поливать его каждый день до тех пор, пока оно не оживет. И вот каждое утро на заре И. наполнял ведро водой и отправлялся в путь. Он взбирался на гору и поливал сухое дерево. А вечером, когда темнело, возвращался в монастырь. И так продолжалось целых три года. Но в один прекрасный день Иоанн поднялся на гору и увидел, что его дерево все покрыто цветами. Что ни говори, а метод, система — великое дело. Знаешь, порой я говорю сам себе, что если каждый день в одно и то же время делать одно и то же дело, как ритуал, неколебимо, систематически, каждый день, точно в одно и то же время, то мир изменится. Что-то в нем изменится. Иначе и быть не может».

    Послание в речи и послание в образе, образе действий не всегда совпадает. Иногда я путаюсь — не знаю, что же важнее. На что опираться: на то, что мне говорят, или на то, как мне говорят, а, может, на то, что мне делают. Где мы более искренни и последовательны? Сколько сил нужно, чтобы понять: человеческая правда во всем. Даже во лжи — чья природа также включается в человеческую правду, суть, сущность.

    Так и с «Жертвоприношением». Я слушаю текст. И в конце фильма вместе с Мальчиком задаю себе вопрос: «Папа, почему?». Почему мир меняется и систематическим ритуалом, и простым действием, единственным шагом за пределы системы, последовательности, метода? Где же истина? Где путь? И что же ты хотел сказать этим?

    11 сентября 2009 | 14:29

    Писать рецензию на Тарковского с одной стороны как-то даже странно — плохого ведь много не скажешь, ведь ни у кого нет сомнений, что это великий художник. С другой стороны, очень приятно, ведь это рассуждение об искусстве, а не об аттракционе. Это даже не рецензия, а попытка для самого себя построить образный ряд фильма и перевести язык воспринятых образов на язык разума.

    Скажу сразу, фильм по-моему очень хорош, может быть только немного многословен, такое ощущение, что в сердце режиссера накопилась вся уже вот эта тоска по всему миру вокруг, что он просто решил нам ее излить. Шведский остров с бедной суровой растительностью, бледные оттенки северного лета служат фоном для обличительной роли главного героя.

    По мне так главная линия фильма — это разрыв между духовной и материальной сущностью человека. Александр сидит в небольшом леске прямо на земле и рассуждает о нас, о нашем обществе. Мы насилуем природу и потребляем, мы неугомонны и ничто нас никогда не остановит, а более того, мы об этом говорим, мы вообще столько говорим, мы все такие умные, что просто хочется чтобы просто в раз все стали немыми. Чтобы мы послушали звуки вокруг, чтобы наше «я» вдруг перестало разрастаться.

    Александр не верит в Бога в начале фильма, у него день рождения и все гости собираются к столу. Но в этот момент праздника, когда уже подарены подарки начинается ядерная война и в этот полуоткрытый легкий домик врывается ветер страха. Все, теперь всему конец, теперь новый человек — «малыш» будет жить в страхе, он уже будет жить в новой жизни, ужасной жизни. Главный герой просит не будить малыша, когда все поддаются панике, он произносит молитву к Богу, то есть как бы обращается к духовному. Интересно, что в молитве он говорит о тех, кто не верит в Него. Он говорит, что они просто не были «по-настоящему несчастливы». Как только всему видимому грозит конец, как только спадает пелена с глаз человека, он начинает видеть, в нем откуда-то просыпается забытая когда-то вера. Искренняя молитва льется из уст Александра, он готов отказаться от всего материального, от всей своей болтовни, всего что было ему дорого, лишь бы все вернуть, лишь бы малыш жил в другом мире.

    Его молитва услышана, Мария — как имя матери Божьей жалеет его, жалеет его за его несчастье, хотя даже не знает до конца, что с ним приключилось. Но в этом и сильнее ее любовь — она любит страдание человека, душу его и спасает его.

    Все возвращается на круги своя, катастрофы нет, но Александр исполняет свою жертву.

    Наш мир уже стоял ни один раз на пороге массового уничтожения, две ядерные державы, огромные арсеналы оружия, огромные заводы и машины. И все мельчающие души, все приземленнее наши мечты, все бездуховнее наши жизни. Когда-то за это придется заплатить, быть может уже никаких жертв принести не удастся.

    В фильме также важна тема страха — страха смерти. Ведь смерть состояние неизвестное, она даже не страшна сама по себе, но перед ней стоит завеса неизвестности и эта неизвестность и пугает всех. Из страха смерти мы порабощаем все вокруг, мы заботимся о еде, одежде, пропитании, экологии, комфорте. Мы часто просто руководствуемся им как будто что-то ужасное ждет нас. А нам не нужно бояться, нам нужно верить, тогда и дом перестает быть цитаделью, а становится просто жертвой.

    В фильме часто показывается картина с Божьей матерью, как бы обращение к истинной ценности, к Богу. Мальчик начинает говорить со слов «В начале было Слово». И верно и нужно обратиться к такому началу — к духовному, к Слову, ведь мир наш согласно Библии словом сотворен. Тогда вопрос малыша правилен, по-краней мере можно надеяться, что жертва отца не напрасна.

    23 апреля 2013 | 22:34

    ещё случайные

    Заголовок: Текст:


    Смотрите также:

    Смотреть фильмы онлайн >>
    Все отзывы о фильмах >>
    Форум на КиноПоиске >>
    Ближайшие российские премьеры >>