Впрочем, то, ради чего это на самом деле стоит смотреть — Аня Тейлор-Джой.
Это тот случай, когда простота не оказывается изъяном — а наоборот помогает зрителю отбросить всю лишнюю шелуху и сосредоточиться на архетипическом конфликте, пусть и догадываясь о его исходе.
Такая же наивная вера в чудо отличала и дебют Гавраса «Наш день придет» с вполне сказочным полетом на воздушном шаре в духе «Дома под звездным небом». И это смещение интонации отдаляет «Жертву обстоятельств» от многочисленных современных комедий про чудовищный мир бездушных капиталистов.
Что ж, старания одного большого артиста не делают его лучше, но как минимум дают ему право на существование.
Смех над сетевыми псевдоактивистами и вооружёнными реднеками оборачивается слезами. Желательно на публику и при грамотно выставленном свете.
Для хоррора — чересчур претенциозно, для сатиры — слишком драматично, а всякую драму отменяет fat suit в духе «Чокнутого профессора», который носит на себе первую треть фильма актриса Мидори Фрэнсис.
«Последний дом» Луи Летерье нельзя назвать очень оригинальным, однако при этом он умудряется обманывать ожидания.
В новой картине Джоко добавил в традиционную тюремную драму со знакомыми по десяткам фильмов сценами в душевой и столовой брутальный хоррор…и комедию.
«Настройщик» канадского документалиста Дэниэла Роэра названием, разумеется, напоминает о фильме великой Киры Муратовой, хотя более уместно вспомнить скорее фразу «Мне нужны уши», неподражаемо прогнусавленную Максимом Сухановым в «Стране глухих».
Когда стареющие ловеласы в шейных платках заигрывают в баре с молоденькими девушками, испытываешь обычно сложную гамму эмоций, в основе которой заложена все-таки неловкость.
«Её личный ад», выпущенный студией Neon, чуть ускорился по сравнению с рефновскими сериалами и собрал все фирменные и узнаваемые черты его стиля.
При интригующих вводных у Марчелло получилось скромное и неброское костюмное кино с хорошо играющей актрисой в главной роли, отличающееся от типовых образцов жанра разве что обилием крупных планов и электронной музыкой в саундтреке. Хотя поклонников «Мартина Идена» и «Алых парусов» таким точно не удивить.
Зловещие мертвецы Ваничека именно что жгут, если перевести оригинальное название буквально — только не в одобрительном смысле.
Для картины с названием «Пасть» обещанной пасти тут катастрофически мало. Поклонники голодных бегемотиков негодуют.
Главный же минус, роднящий «Долину улыбок» с легионом постхорроров — навязчивая фиксация на чувстве вины, причем католическом.
Такой демонстрации боевых искусств вы давно не видели.
Те, кто не знакомы с «Ночью воспоминаний» и любят подобные майндфаки, не будут разочарованы. Ритм не ослабевает, оператор «Бумажного дома» Давид Аскано отменно снимает тёмные углы и узкие коридоры, а актёры по мере сил изображают драматические переживания.
С экранизациями Саморядову с Луциком, прямо скажем, не очень везло — их гремучая смесь магического реализма и вестерна (или истерна) плохо переносится на язык кинематографа. Вот и Члиянц почти не отступает от текста, но промахивается с деталями и, самое главное, интонацией.
Это не просто готический хоррор, а ещё и высказывание против колониализма и культурной апроприации. Вот только то, как это подаётся, иногда вызывает скепсис.
Для героев Эджиофора и Реинсве ходьба в нехоженное стала своего рода продолжением сеанса психотерапии, доведённым до логического конца — что ж, в любой ситуации можно найти что-то полезное. Даже в самой неприятной.
Но если забыть о минусах, это далеко не худшие 90 минут в жанре, где всю серьёзность первой половины искупает «лихая закрученность» второй, а монтаж создает ощущение чрезвычайной ловкости всех героев, которые играючи справляются с самыми сложными задачами.
Поклонники «28 дней спустя», «Поезда в Пусан» и зомби-жанра в целом останутся довольны. Остальные не застрахованы от некоторой скуки, но всё же во время коллективного просмотра в кинотеатре сложно удержаться от всеобщего возбуждения. Нет ли в этом подчинения злодейской воле Ён Сан-хо?
Все люди функционируют в фильме чётко как части часового механизма, и поэтому в них так мало человеческого. Без этого фактора «Грязные деньги» остаются прекрасно работающим аттракционом, снятым словно на автопилоте, без души.
В «Хокуме» намного больше готического духа Роберта Льюиса Стивенсона и Дафны дю Морье, чем пугалок студии Blumhouse.
Всё это несомненно пугает, но в то же время вызывает ощущение попытки прокатиться на всех аттракционах, причём поскорее, перед самым закрытием парка развлечений.
