Веселый экшен «Мэйдэй» поначалу вроде бы загоняет героя Браны в несколько комичные рамки прижившейся в перестроечной России «американской мечты», но оказывается чуть более тонким кино разрядки международной напряженности, ставшим сегодня не менее актуальным, чем в конце 1980-х.
Это не «Марио Касас в неожиданной драматической роли», а попытка актёра вместе с режиссёром поставить под сомнение сам механизм экранной маскулинности.
Однако каст, пусть и впечатляющий, не может отвлечь от одновременной умозрительности и банальности детективной интриги. Под видом триллера вновь продаётся семейная драма, даже две, причем зеркально отражающие друг друга.
Биография из серии «Повар. Начало» оказывается историей становления человека, в которой каждый без труда найдет знакомые черты. Даже если никогда не был в Кейп-Коде и не горбатился с похмелья на крохотной раскаленной кухне.
Больше всего Куросаву хочется поблагодарить за радикальный отпор современному кинематографу, с его клиповым монтажом и наплевательским отношением к мизансцене с композицией кадра.
Впрочем, то, ради чего это на самом деле стоит смотреть — Аня Тейлор-Джой.
«Новый день» раскрывается в трогательных бытовых деталях, которые вряд ли вернутся в новых «Мстителях».
Это тот случай, когда простота не оказывается изъяном — а наоборот помогает зрителю отбросить всю лишнюю шелуху и сосредоточиться на архетипическом конфликте, пусть и догадываясь о его исходе.
Такая же наивная вера в чудо отличала и дебют Гавраса «Наш день придет» с вполне сказочным полетом на воздушном шаре в духе «Дома под звездным небом». И это смещение интонации отдаляет «Жертву обстоятельств» от многочисленных современных комедий про чудовищный мир бездушных капиталистов.
«Медведь» превратил производственный ад на кухне, семейные травмы, панические атаки и бесконечные «Йес, шеф!» в культовый арт-мейнстрим с ворохом наград «Эмми». «Секрет Мэдди» берёт эти сложные щи с вывернутыми на максимум эмоциями и превращает их в гротескный фарс.
Что ж, старания одного большого артиста не делают его лучше, но как минимум дают ему право на существование.
Смех над сетевыми псевдоактивистами и вооружёнными реднеками оборачивается слезами. Желательно на публику и при грамотно выставленном свете.
Для хоррора — чересчур претенциозно, для сатиры — слишком драматично, а всякую драму отменяет fat suit в духе «Чокнутого профессора», который носит на себе первую треть фильма актриса Мидори Фрэнсис.
Учитывая собственный опыт Уайльд, легко увидеть здесь биографический подтекст, но интереснее другое: режиссёр не пытается превратить личную историю в исповедь.
«Последний дом» Луи Летерье нельзя назвать очень оригинальным, однако при этом он умудряется обманывать ожидания.
Убрав богов из кадра, Нолан не освободил человека — он оставил его в одиночестве. Одиссей оказывается посреди огромного пространства, которое не кажется бесконечным и загадочным. Оно превращается в универсальное и удивительно тусклое ничто, где человек остаётся один на один с собственной драмой. А это, как ни странно, иногда самая предсказуемая и скучная компания из возможных.
В новой картине Джоко добавил в традиционную тюремную драму со знакомыми по десяткам фильмов сценами в душевой и столовой брутальный хоррор…и комедию.
«Настройщик» канадского документалиста Дэниэла Роэра названием, разумеется, напоминает о фильме великой Киры Муратовой, хотя более уместно вспомнить скорее фразу «Мне нужны уши», неподражаемо прогнусавленную Максимом Сухановым в «Стране глухих».
«Её личный ад», выпущенный студией Neon, чуть ускорился по сравнению с рефновскими сериалами и собрал все фирменные и узнаваемые черты его стиля.
«Стремление к несчастью» — упражнение в свободе слова, выполненное общепризнанным мастером жанра.
При интригующих вводных у Марчелло получилось скромное и неброское костюмное кино с хорошо играющей актрисой в главной роли, отличающееся от типовых образцов жанра разве что обилием крупных планов и электронной музыкой в саундтреке. Хотя поклонников «Мартина Идена» и «Алых парусов» таким точно не удивить.
«Звёздный городок» стремится показать советскую систему без привычной экзотики. Не «посмотрите на этих странных русских». А «вот как выглядит жизнь человека, который принадлежит идее больше, чем самому себе».
Зловещие мертвецы Ваничека именно что жгут, если перевести оригинальное название буквально — только не в одобрительном смысле.
В итоге вместо реального коктейля Молотова в огород капитализма получается милая активистская сказочка с фигой в кармане, которую так приятно обсудить за чашкой капучино на растительном молоке.
Для картины с названием «Пасть» обещанной пасти тут катастрофически мало. Поклонники голодных бегемотиков негодуют.
