Когда в большую драму превращается каждый без исключения произвольный момент сериала, становится очевидно, что перед зрителем классика на все времена. А действительно взрывного, надо полагать, драматического финала сезона получается ждать только с содроганием сердца.
В этой абсолютной здравости взгляда Хогг обнаруживается подлинная болезненность: она режет короткие сценки неловких диалогов с уверенностью опытного хирурга, обрамляет их орнаментом из могильных цветов.
Все-таки на наших глазах творится история — уходит веха, пускай и иронично называющая сама себя «старой развалиной». Немного обидно, что это происходит не при самых выдающихся обстоятельствах, но вообще, провожать коллег с работы — это всегда столь же больно, сколько и банально.
Селенкина ничуть не романтизирует работу закладчика, но пытается дать понять — в криминализированном государстве люди всегда ищут обходные пути.
Помимо эмоциональных триггеров, в нем ничего нет: ни интересных наблюдений, ни людей, за которыми хочется следить.
Когда речь и так находится в центре художественного внимания, логично сделать главным героем стендап-комедию — самый разговорный из творческих жанров.
Здесь слишком много скучных, проходных сегментов, филлеров и режиссерских неудач.
По правде говоря, сериал впечатлит лишь зрителей, не искушенных в жанре азартных игр на выживание. Если брать «Кайдзи» Нобуюки Фукумото за золотой стандарт, то «Игра в кальмара» не выдерживает никакой критики в плане саспенса, интриги и остроумия игровых механик.
Аскетичный реализм разговорного телеромана перемежается короткими видениями и кошмарами, неземные цвета которых надолго отпечатываются на сетчатке. Наконец, на самые умиротворенные моменты припасены по-настоящему шокирующие повороты и извращенные хоррор-образы.
Мы-то этих одиноких грешников, ищущих искупления, повидали уже немало, хорошо представляем их траекторию и в паре узловых моментов, может быть, и хмыкнем над шрейдеровскими сюрпризами. Что с того — режиссер, как и его герои, давным-давно находится там, куда никакое хмыканье не доносится.
Ничего более мощного по силе кинематографического воздействия в этой программе «Кинотавра» еще не показывали и, быть может, больше не покажут.
Из-за того, что фильм Добрыгина намеренно лишен внятного месседжа и по большей части представляет собой набор бытовых сцен, он открыт для гораздо большего количества вчитываний, интерпретаций, трактовок, объяснений.
Если из сюжета сериала и можно сделать нетривиальный вывод, так это то, что даже самая слаженная корпоративная махина действенна ровно настолько, насколько эффективны личные качества каждого без исключения участника. В авторском составе самого «Утреннего шоу», судя по всему, хватает слабых звеньев.
Эмоциональный, искренний и напряженный сериал с блестящими работами актеров на пике своих способностей.
Вялотекущее расследование из «Косы» уместно смотрелось бы на эфирном телевидении, которое можно смотреть фоново, не задумываясь в принципе, что за канал идет по ящику.
Диана — лучшая роль Стюарт, но конкретно в этом случае актерское чудо, кажется, происходит наперекор намерениям сценариста и режиссера. Просто потому что авторам весь фильм изменяет чувство меры.
«Дюна» обещала подарить иллюзию возможности иной жизни, но на самом деле лишь трогает грязными руками грезы о несбыточном — вот такое послевкусие остается от предумышленно важнейшей кинопремьеры 2021 года.
Весь хваленый хоррор Пила — выпученные глаза Дэниела Калуи и Лупиты Нионго; в лучшем случае — прямое прочтение брошюр еще одного напрасно коронованного трикстера полуночных сеансов Джеймса Вана.
Глянцевая многозначительность, которой пропитаны «Воспоминания», — не подходящий тон ни для анемичного триллера с самым невыразительным злодеем десятилетия, ни тем более для фантастической мелодрамы, в которую фильм сворачивает при первой возможности.
Бритком «Вверх дном» плохо поддается соблазнительному пересказу. По факту здесь практически ничего примечательного не происходит, но благодаря чистой островной магии смотрится сериал крайне упоительно.
«Девять незнакомцев» — сериал, вобравший в себя все атрибуты престижного ТВ (кроме впечатляющего ансамбля это, например, видный инди-режиссер Джонатан Левин), а на деле оказывающийся банальной экранизацией так называемого аэропортного романа.
«Кафедра» выдерживает практически идеальный баланс между слэпстиком и литературными отсылками, между семейной драмой и скорострельным злословием, между тонкой сатирой на актуальную повестку и разносом ретроградов.
Еще до того как зритель мог бы быть очарован героями-подростками или хотя бы начать различать их по именам, серии почему‑то начинают концентрироваться на отвлеченных линиях соседей и родителей.
Анимация, хоть и скованна в движении, выдержана в прекрасной ретроэстетике, раз в пару минут сериал стабильно ошеломляет ракурсами и образами. Иногда стоит отключить рациональное полушарие, расслабиться и поплыть по течению авторской фантазии, ровным счетом ничего не понимая в происходящем.
Вопреки первому впечатлению, «Зеленый рыцарь» полон и иронии; где‑то избыточный, но рискованный, талантливый, уж точно незаурядный фильм.
