Если приятное семейное кино все-таки существует, то вот же оно: разноцветное, веселое, без пораженческих скидок на потенциально юный возраст зрителя, с затерянными сокровищами и необитаемыми островами, с говорящими попугаями и морскими волками, с абордажами и дуэлями.
Вышел, кажется, первый российский фильм про бандитов, смотреть который не противно. Первый лет за 15, что-то около того.
По мне, так ничего гаже на экраны давно не выходило… Юмор «семейного» «Агента» не дотягивает даже до последних фильмов Эдди Мерфи…
Этот фильм без возраста — редкий островок «папиного кино» в ошалевшей от постоянных подначиваний Бессона и Голливуда французской киноиндустрии. Больше всего это напоминает фильм производства киностудии «Беларусь-фильм» по заказу Гостелерадио СССР в их лучшие, 70-е годы.
Пытаясь оживить ситуацию, наши прокатчики пригласили дублировать роль Мэлори Тутту Ларсен, а роль трансвестита — Сергея Зверева. Возможно, это самые живые места картины. Но наслаждаться ими с тем же успехом можно и по радио.
Но несмотря на обязательную сцену в бане и на олигарха, расхаживающего в костюме Распутина, от фильма веет чем-то леденящим. На минуточку начинаешь верить, что наша история — это действительно следующий проект режиссера «Шестого дня» и «Завтра не умрет никогда».
П.-Т. Андерсон, еще недавно изобретавший жанр трех с половиной часового фильма, после «Магнолии» меняет курс, но не фокус: с мозаично-собирательного портрета Америки переходит на глубокое бурение американской души. Непонятно, как этот блестящий, хоть и намеренно скромный фильм, получивший приз за режиссуру в прошлогодних Каннах, могли проигнорировать наши кинопрокатчики.
Известный австрийский документалист Ульрих Зайдль, снимавший науч-поп о человеческих патологиях, дебютируя в игровом кино, вроде как забыл сменить объектив и научно-популярной камерой снимает кровавый палп-фикшн повседневности со всеми его клочковатыми страстями, некрасивыми героями, абсурдом, насилием — эффект поразительный. Ничего актуальнее давно не было.
«Терминатор-3» — это самые короткие 110 минут за много лет. Быстрее летит время только на экзамене, когда дают час на подготовку. «Терминатор-3» — это «Компания C-2 представляет…», потом глаза широко открываются, потом, почти сразу, — «The End». Аксиома «продолжение — хуже» дала сбой: в это трудно поверить, но «Т-3» если и уступает своим грандиозным предшественникам, то разве что по части сентиментальности.
Абсурдистская комедия, похожая на грузинское кино 1976 года, вдруг превращается в «Крадущегося тигра, невидимого дракона». Превращение, включающее в себя мюзик-холл, кунг-фу, левитацию и несколько виртуозных спецэффектов, так фантастично, что весь остаток фильма не можешь рта закрыть от изумления.
В первом «Форсаже» авторы, по крайней мере, пытались создать какое-то подобие конфликта; в сиквеле эти условности уже отброшены. «Такси-3» по сравнению с ним — Хичкок.
Во-первых, это — настоящее большое кино. Скорсезе экранизирует ни больше ни меньше как исторический процесс: не вереницу дат, заученных к экзамену, а плоть и кровь. Во-вторых, это дико увлекательно. Как сядете в кресло — так и будете сидеть не шевелясь, пока экран не погаснет.
«Накойкаци» можно было бы показывать на антинаркотических утренниках (в качестве заменителя) — вот только есть одно подозрение. Чего он там сидит годами, этот Реджио, такие узоры можно же тоннами выдавать — в том-то и природа калейдоскопа? И не правда ли, что от первопроходца до проходимца — один шаг?
Это уже удача — фильм, который занимается такими материями. Который верит в судьбу, без арт-хаусного кривлянья и претенциозной многозначительности, как во что-то, что можно потрогать. Или украсть. Во-первых, это просто-напросто интересно…
История про полицейского-мстящего-за-убитую-жену — причем с упором на драму, а не на экшн — вышла какой-то совсем вялой.
«Пуленепробиваемый» — не просто глупый фильм. Это фантастически глупый фильм, самый глупый фильм мирового кинематографа со времен «Детей кукурузы-4». Фильм, достигающий в своей глупости высот, где начинаются нирвана и блаженство.
Почти иезуитское мастерство, с которым работают и Спейси, и Уинслет, и сам Паркер, теряется в ненужных деталях, в избыточном хронометраже. Сочетание триллера с гражданским высказыванием уже не работает так, как в «Полуночном экспрессе» или «Миссисипи в огне».
Я сижу в темном зале и, поскольку фон Триер не крепко меня держит, думаю о своем: а если предположить, чисто гипотетически, такую научно-фантастическую ситуацию, что Ларс фон Триер промахнулся? Напридумывал откровенной чепухи? Наконец, просто с ним стряслась творческая неудача? Может такое быть? Нет, отмахиваюсь я от себя, не может. У людей в таком статусе промахов не случается. Это же Ларс фон Триер.
Одно жаль — Зомби не умеет снимать кино. Точнее, он — не режиссер, не знает, как вызвать ту или иную эмоцию. Жмет на кнопки, но все не на те. Суетится, старается… Но все-таки приятно. Бог с ним, с кино. Это же не фильм, а открытка на День святого Валентина. И не кому-нибудь, а Карен Блэк, косоглазой богине веселого трэша 70-х.
«Море» — недешевое, некустарное, актерское — хорошее кино. Досаду вызывает не оно само, а судьба поднявшей вроде бы голову исландской кинематографии.
«Глубина» — это образцово-показательный трэш, дорогой (по трэшевым меркам) и виртуозно исполненный.
Необъяснимо, как режиссер, у которого были на руках все козыри, умудрился растратить их впустую… Сигала — на курсы повышения квалификации, Сандлера — на свалку, Николсона — на исправительные работы.
Что тут скажешь, этот черно-белый аскетический фильм про мир без женщин — настоящее кино, высокохудожественное. В полной мере «авторское». Не очень, прямо скажем, развлекательное. Когда под очередного Баха ветер сдувает со спящего мальчика покрывало и долго гуляет по комнате, понимаешь: Тарковский свернул-таки мозги всем молодым «авторам» во всем мире и теперь настоящее искусство — это только когда долго течет ручей и пес под дождем мокнет.
Судя по этому неплохому, но тусклому фильму, все у французов прекрасно и в жизни, и на экране — только тогда можно снимать такое прилежное кино, когда есть уже все остальное, от пресыщенности.
Экспериментальный проект, снятый за 200 минут двенадцатью одновременно работающими кино- и видеокамерами, — самый слабый из известных нам фильмов блестящего Кима («Плохой парень»)… Идея интересная, но перформанс так и не превратился в кино.
