Мир твой, ублюдок: Пособие по самоуничтожению
Для начала — главное. Если вы, посмотрев это кино, решил, что Тони Монтана — это образец для подражания, то мне остаётся только посочувствовать вам. «Лицо со шрамом» — это не героическая сага про «пацана, который к успеху пришёл». Это — клиническая история болезни. Это детальный, почти документальный отчёт о том, как жадность, тупость и безграничное тщеславие превращают человека в бешеное животное, которое в итоге пожирает само себя. Это не драма, это трагедия. Нужно понимать контекст. 80-е. Десятилетие избыточности. Десятилетие, когда «слишком много» было недостаточно. Неоновые огни, гигантские начесы, подплечники в пиджаках и, конечно, кокаин, ставший топливом для целого поколения. И вот на этой плодородной почве Де Пальма, решил переснять классический фильм Говарда Хоукса 1932 года. Но если у Хоукса был нуарный, сдержанный, почти элегантный рассказ о бутлегерах времен Сухого закона, то Де Пальма и его сценарист, вечно яростный Оливер Стоун, взяли эту историю и накачали ее стероидами, кокаином и чистой, концентрированной ненавистью. Они заменили итальянских мафиози на кубинских «marielitos» — отбросов, которых Кастро вышвырнул из своей страны. Они заменили запретный алкоголь на кокаин. И самое главное, они заменили мрачные, полные теней улицы Чикаго на залитые солнцем, но прогнившие до основания пляжи Майами. Это не просто косметический ремонт. Это полная смена парадигмы. Фильм с первых же кадров кричит, что он не будет тонким. Он будет громким. Он будет вульгарным. Он будет бить вас по лицу, пока вы не начнете задыхаться от восторга и отвращения одновременно.
Про что кино на самом деле?
Нам показывают «американскую мечту». Вот прибывает в Штаты кубинский уголовник, отброс, которого сам Фидель Кастро вышвырнул из страны как мусор. Прибывает нищим, как церковная крыса. А уже через пару лет он сидит в собственном особняке, купается в кокаине и бабле, а над головой у него неоновая вывеска: «The World Is Yours» — «Мир твой». Красивая картинка, да? Только Де Пальма и Оливер Стоун, который писал сценарий, — не дураки. Они показывают не сам успех, а его цену. А цена эта — всё. Душа, друзья, семья, любовь, разум. Тони Монтана получает мир, но теряет себя. Он карабкается на вершину горы из трупов и кокаина, а когда добирается до верха, обнаруживает, что стоит там в полном одиночестве, окружённый врагами, а единственный его друг — это гора белого порошка на столе. Это кино — не про величие, а про пустоту. Про то, что построенная на крови и предательстве империя — это всего лишь богато украшенная гробница. Это мощнейший антикапиталистический манифест, показывающий, до какого скотства может довести человека неутолимая жажда наживы.
Разбор главного героя: Тони Монтана
Давайте посмотрим на этого «героя» пристально, без восторженных соплей. Тони — это концентрированная энергия, животная воля к власти и свободы. Он не хочет работать, он хочет всё и сразу. «В этой стране, — говорит он, — сначала ты должен заиметь деньги. Когда у тебя есть деньги, ты получаешь власть. А когда у тебя есть власть, ты получаешь женщин». Простая, как мычание, философия. И он ей следует неукоснительно. У него есть какие-то «принципы»? Он сам так думает. Он постоянно орёт про то, что он держит слово, что не трогает детей. Чушь собачья. Это самооправдание ублюдка. Он без колебаний убивает своего босса Фрэнка, чтобы забрать его жену и его бизнес. А дальше — история с его лучшим другом Мэнни, который был ему по-настоящему предан, поэтому не хочу спойлернуть. Его знаменитый отказ взорвать машину с детьми — это не проблеск совести. Это — каприз свихнувшегося от кокаина параноика. Он уже не может адекватно оценивать реальность. Он — бог в своём маленьком мирке, и он сам решает, кому жить, а кому умирать. И этот каприз стоит ему всего.
Тони Монтана — не трагический герой. Он — амбициозный дурак и жадный психопат. Его взлёт — это не результат ума или таланта, а результат звериной наглости и готовности идти по головам. А его падение — абсолютно закономерный итог. Он не проиграл врагам. Он сожрал сам себя изнутри. Его уничтожила собственная паранойя, вскормленная кокаином и тщеславием.
Окружение:
Вокруг Тони — такие же подонки, только калибром поменьше.
Мэнни Рибера. Друг детства, более весёлый и приземлённый. Он тоже хочет красивой жизни, но без того маниакального надрыва, что у Тони. Он — ведомый. Он идёт за Тони до конца и в итоге платит за свою преданность слишком высокую цену. Его судьба — это наглядный пример того, что бывает с теми, кто дружит с бешеными собаками.
Эльвира Хэнкок. Холодная, пустая блондинка. Идеальный аксессуар для нувориша. Она переходит от Фрэнка к Тони так же легко, как меняет платье. Для неё что один, что другой — всего лишь источник денег и кокаина.
Фрэнк Лопес. Старый босс. Уже обрюзг, расслабился. Он пытается учить Тони «правилам игры», но не понимает, что для такого зверя, как Монтана, правил не существует. Он — представитель старой, более цивилизованной мафии, которую сжирает новое, более голодное и безжалостное поколение.
Про атмосферу
Де Пальма, как режиссер, здесь на пике своей формы. Он маэстро избыточности. Его камера движется плавно, почти вуайеристично, смакуя каждую деталь этого гниющего рая. Легендарная сцена с бензопилой — это мастер-класс по созданию напряжения. Де Пальма почти ничего не показывает, но звук и наше воображение дорисовывают картину такого ужаса, что иные слэшеры могут позавидовать. А финал, финальная бойня в особняке это не перестрелка. Это Вальпургиева ночь. Это апокалипсис одного отдельно взятого человека, который, зарывшись в гору белого порошка, решает дать последний бой всему миру. И в этом его падении — больше величия, чем во всех его победах. А музыка Джорджо Мородера гениальна, она идеально ложится на этот визуальный ряд 80-х, создавая атмосферу липкого, порочного гламура.
Итог
Это великое кино. Великое не потому, что оно прославляет бандитов, а потому, что оно с беспощадной честностью показывает всю их ничтожность. Это мощнейшая прививка от романтизации криминала. После просмотра этого фильма ни одному нормальному человеку не захочется быть похожим на Тони. А если захочется значит, пора к доктору. Главная ирония этого фильма в том, что Тони, жалкий и ничтожный в своем финальном падении, стал иконой успеха для миллионов. Люди вешают его постеры на стены, не понимая, что это — не портрет победителя. Это рентгеновский снимок раковой опухоли, сожравшей душу. Настоятельно рекомендую к просмотру. В правильном переводе, разумеется.
10 из 10
13.8 млн 
770.5 тыс 
397.7 тыс 
3