«Рыцарь семи королевств», помимо прочего, — отличная точка входа для всех, кто пропустил триумфальное десятилетие «Игры престолов» в поп-культуре. На контрасте с тяжеловесным «Домом дракона» сериал работает практически как трамплин, с помощью которого можно угодить прямо в гущу «престольных» событий.
Самоотверженная, отважная и чуткая работа Хабенского превращает Юру в сердце фильма.
В какой-то степени «Левша» — несмешно рассказанный анекдот о неискоренимом желании человека русского непременно ответить на надуманный вызов извне.
Фильм, демонстрируя одно падение и унижение героя за другим, учит: всякое в жизни бывает, главное, чтобы матч-поинт между добром и злом прошел так, как надо.
«Отец мать сестра брат» легко встраивается в общий тренд и при этом предлагает невероятно чуткий взгляд на время, проведенное с близкими.
«Одна из многих» принципиально движется в противоположном направлении от всех остальных «премиальных» сериалов. В них герои ищут себя, здесь же задача героини заключается в том, чтобы себя не потерять.
Маша Шилински изящно балансирует между хоррором о семейных призраках и честной драмой о взрослении в изоляции. В этом году «женский взгляд» еще не был столь откровенно притягательным.
«Метод исключения» не предлагает новаторскую репрезентацию несправедливого капитализма и не становится киноактом social impact, запуская дискуссию и общественные перемены. Однако добавить новые оттенки и интонации к уже десятки раз озвученным тезисам у корейского мэтра получилось.
Дело в том, что третий сезон «Мира! Дружбы! Жвачки!» в 2023 году начал важный разговор, требовавший продолжения, и «Камбэк» это продолжение обеспечивает.
Триер не ударяется в пафосный монолог о прощении отцовских грехов. Напротив, он верит в семейную терапию, силу всесторонней рефлексии и в возможность сообща жить дальше, несмотря на горький опыт.
Его «Новая волна» — оммаж людям, которые сделали такие экранные путешествия возможными. Его Годар, невыносимый, но милый, тщеславный, но неуверенный в себе, изобретательный, но занудный, трусливый и в то же время бесконечно смелый, — один из таких героев. Возможно, главный из них.
Важно сказать, что сейчас время такое: чтобы общаться про «здесь и сейчас», приходится не только слушать кожей, но и разговаривать на каком-то особом языке. «Лермонтов» с успехом это делает. Он весь о «здесь и сейчас»: о смертельной меланхолии, об упрямстве сделанного выбора, о бесплодном поиске настоящего, о возможности и невозможности быть собой, но показывает события почти двухсотлетней давности.
Черно-белые архивы чьей-то молодости, несостоявшейся любви, которую пришлось усыпить, как больного кота.
То, как бесшовно здесь зарифмовано личное и политическое, впечатляет.
Безусловный автофикшн для режиссера и всех ее героев, сюжет отзовется узнаванием у многих, особенно у тех, кому повезло дружить и кому было (или предстоит), с кем попрощаться.
«Скарлет» — аниме для тех, кто не смотрит аниме.
Хмурая, непробиваемая тиранша с 35-летним опытом педагогического «насилия», Мария Павловна в исполнении Ароновой — и пародия, и ода российской педагогике, а также ее способности выживать и трансформироваться в меняющемся мире.
Все зрелище — это замкнутый во вселенной Troma анти-артхаус, аморальный постмодерн на максималках, презирающий все, что было создано и кем-то любимо до, но эксплуатирующий эффективные механики.
Когда вышел «Рестлер», Аронофски говорил: «Этим фильмом я изобрел себя заново». Что-то подобное можно и сказать о «Пойман с поличным», где режиссер впервые открыто позволяет себе неслыханное — откровенно веселиться.
Снимая кино о — не поверите — семейных ценностях, Соррентино делает это с такой глубиной проникновения в душевные движения своих персонажей, с таким юмором, с таким сочувствием к ним, что 133 минуты фильма пролетают в абсолютном счастье. Действительно благодать.
«Чужой: Земля» напрашивается на комплиментарное сравнение с «Андором» Тони Гилроя. Он совместил в себе тональность приквелов и сиквелов «Звездных войн», примирив разношерстные лагеря фанатов саги.
«Дыши» выглядит большим откровением на фоне бесконечного сериального потока мрачных триллеров или незатейливых комедий на отечественных площадках.
Как и следовало ожидать от сериального ремесленника, вещь выполнена мастеровито, но не несет в себе никакого авторского начала.
Безусловно, это блюдо оригинальной рецептуры, только сильно пересоленное и пережаренное, а потому малосъедобное для всех тех, кто не входит в пузырь фестивальных поклонников Раду Жуде.
Проблема в том, что в утомительном вихре сменяющих друг друга событий и персонажей, между которыми практически отсутствует интеракция, второй сезон «Уэнсдэй» ощущается невероятно пустым и в то же время избыточным.