«Исчезнувшая» обладает мастеровитостью вышеперечисленных фильмов, ну а об интриге Тома отлично говорит тот факт, что за права на ее экранизацию боролся сам Хичкок.
Фильм Трие в Канне поругивали за то, что она не делает никаких выводов, не выходит на новый уровень обобщения,- но это и есть главный вывод фильма: никаких выводов сделать нельзя, сколько бы информации вам ни дали. Выключите уже наконец эту музыку.
Неожиданная рекомендация: идите и смотрите! Сладкий стыд, который испытываешь за другого,- интересная эмоция с мощным терапевтическим эффектом.
Кажется, что Карцев опрашивает не кинематографистов, а бухгалтеров. Кажется, что фильм Карцева, прежде чем добраться до зрителя, несколько раз был показан цензурному комитету.
Реальная история вызова системе, выдержанная, несмотря на злободневность, в отчетливых ретротонах.
«Парк развлечений» оказался во всех смыслах встречей со старостью лицом к лицу: от фактурной массовки и эффекта погружения до полувековой выдержки, которую принялись ругать, как порой сетуют пожилым на привычки и старомодные взгляды.
Борьба с демоном негативных эмоций пишачем ведется в тех же ракурсах, с которых английский иммигрант Хичкок в 1960-е разоблачал психоз американского гиперконтроля, а уроженец штата Нью-Йорк Карпентер десять лет спустя — хэллоуинское лицемерие обывательских благодетелей. Но жуть и ныне там.
Что случилось в Москве осенью 1993-го? Режиссер не торопится с ответами, хотя явно что-то случилось. Не просто так в одном из эпизодов фильма умение помолчать называют явным признаком ума.
Собственно, говорить о любом писателе общими словами — гиблое дело, но с Кингом не годится совсем.
«Хорошая работа» Клер Дени определенно способствовала рефлексии о колониальности и маскулинности, патриархальности и закрытости — обо всем том, что современное общество пытается как-то в себе изжить, а не носить пулей под сердцем.
При всей монументальности фигуры экранной Голды фильм Наттива менее всего похож на стандартный байопик политического лидера. Этим он предсказуемо вызвал раздражение американской прессы — но Миррен, конечно, играет тут не голливудскую историю успеха, а совсем другую, шекспировскую драму.
Мощнейшие эпизоды, балансирующие на грани сентиментальности и катарсиса, Корээда снимает, не думая о реакции публики, а думая только о своих героях.
Ничего страшнее кровавых струек из девичьей ноздри на экране так и не покажут, да и за кадром экзистенциальных бездн вроде бы не разверзается.
«Схватка с дьяволом» на высокой скорости проносится мимо всех открывающихся возможностей, предлагая зрителям лишь сочувственно помахать мифологемам Лас-Вегаса.
«Гипнотик», высокобюджетный фантастический триллер, придуманный Робертом Родригесом еще 20 лет назад, но и сегодня оказавшийся достойным самого пристального внимания.
В «Личной жизни» мы имеем дело с тонким, чувствительным мастером.
Получается в высшей степени достойно, но по-настоящему сильных эмоций (не говоря уж о мало-мальском катарсисе) происходящее не вызывает.
Озон играючи разоблачает и большинство, и меньшинства, и спектакль, и созерцающее его общество, и жизнь, и смерть, которая, в принципе, такая же пошлая шутка.
Нагнетая градус нервозности и жестокости — в том числе разговорами об охоте и корриде,- Карлота Перида обманывает и тех зрителей, кто судит фильм по обложке. Ни испанской резни бензопилой, ни кровавого мщения в буквальном смысле не будет — хотя ружье, которое чистит отец-мясник перед телевизором, конечно, выстрелит в единственный подобающий для замысла момент.
Показанный на фестивалях в Ситжесе, Турине и Монреале, а теперь выходящий в российский прокат хоррор «На пороге смерти» продолжает славную традицию пугать всем, везде и сразу: бытовым, потусторонним и историческим.
Это прежде всего кино о деятельной рефлексии белого человека, который, презрев все грозящие ему опасности, возвращается в горячую точку, чтобы дотащить свое бремя.
Противостояние Пака и Кима, оказывающихся во всех смыслах по разные стороны баррикад,- дуэль не просто профи с определенным кодексом чести, но людей, ищущих лучшего будущего для страны и мира.
Увы, «Возрожденные» — это screenlife на минималках: режиссер Егор Баранов, ответственный за кинотелесериал «Гоголь», имеющийся потенциал почти никак не использует.
Несмотря на сенсационные достижения в области кинотехники, художественную составляющую сложно назвать современной.
Именно благодаря полифонии голосов, множеству микросюжетов, начинающихся на полуслове и теряющихся за горизонтом, «Земля Алькаррас» не воспринимается плакатно, хотя симпатии Карлы Симон, выросшей в сельской местности, очевидны и во многом справедливы.
