Не погружаясь в бездны сознания, фильм Гозлана служит своего рода отвратительным, но не слишком убедительным дисклеймером, правдивости которому не придают даже выразительные глаза-планеты Нинэ: опиум для народа уже давно продают не в церквях, а во всякого рода «грамах», что никого, впрочем, не избавляет от последствий его употребления.
Повествование ведется подчеркнуто сумбурно, краски сгущаются, уровень абсурда остается на неизменно высоком уровне, отдельные реплики остротой напоминают о лучших сценах «Наследников», но хватит ли Глэтцеру дерзости рассказать нам о мире айтишников что-то новое?
Сериал не дает поводов болеть за семейное благополучие и разбираться в их наследственных установках. Хотя хронометраж в десять эпизодов по сорок с лишним минут позволял либо глубже проработать персонажей, либо уйти в абсолютный сюрреализм.
«Нормал» — крепко сделанный боевик, который порадует ценителей жанра изобретательными экшен-сценами, насыщенным визуалом, остроумными диалогами, которые снижают градус пафоса, и искренностью. А она, как водится, побеждает и холодный расчет, и злую волю.
В итоге «Жизнь все еще несправедлива» — это редкий случай удачного возвращения, которое страдает не от собственной несостоятельности, а от ограниченности. А так, магия «Малкольма» все еще работает!
Этот визуальный удар по психике явно направлен на продажу новой приставки Nintendo Switch и игрушек, нежели на создание качественной картины.
Это фильм-провокация о том, что идеальных незнакомцев не существует. И единственный радикальный акт любви — это не красивая свадьба, а решение принять и остаться.
Хочется верить, что «Заветы» внесут хотя бы небольшой вклад в искоренение тоталитарного Гилеада в общественном сознании.
При этом дебют Антона Мамыкина выгодно отличается от многих похожих недавних опытов отсутствием явного антигероя.
Сопливый сюжет помножаем на трафаретно выписанных персонажей, неестественную подростковую речь, стерильный визуальный язык режиссера Михаила Вайнберга и странные, не работающие ни на каком уровне операторские и монтажные решения: выглядит так, будто оператор иногда ни с того ни с сего вспоминает о существовании голландского угла, а монтажер только ближе к финалу научается завершать сцену затемнением.
Чем действительно ярок и отличен сериал, так это полным женским производством. Именно в таком ключе стоит его советовать.
Смотреть кино Палмасона нужно крайне внимательно, чтобы не упустить ни одного полушепота, полувзгляда, полудетали, что сплетаются в узорчатое кинополотно сплошных метафор.
Здесь нет вымученной любовной линии и нет маскулинного героя из «папиных» блокбастеров, зато есть уютный космическом кокон с миллениальскими шутками, классическим бадди-муви и вышедшей из моды верой в то, что дружба еще способна спасти человечество.
Решить построить вымученный мелодраматичный рассказ вокруг звезды «Убить Билла» и не дать ей ни одной сцены сражения — кинематографическое преступление.
Тем не менее финал для старшего поколения Шелби и, собственно, сюжетной линии Томаса можно назвать достойным. Где-то к экватору лента начинает разгоняться до всеми любимого экшена с перестрелками из винтажных пистолетов, гранатами, угоном породистых коней, эффектным валянием в грязи и сложными мизансценами с параллельным монтажом.
Закономерно невзрачный финал для сериала о герое, который так и не понял, кто он.
Соединив природу с технологиями, а точнее, человеческую и животную адаптацию ко всему этому, «Прыгуны» говорят на современном языке со зрителем. Так, картина ощущается как редкая для современной студии Pixar вещь: оригинальная история, а не продолжение уже изъезженных архетипов и тропов.
Если вы думали, что это очередная драма про 90-е с заезженными штампами, то вы ошибаетесь. «Время Счастливых» — скорее семейный детектив.
«Скарпетту» стоит смотреть, пожалуй, не ради развязки, а ради интеллигентного развлечения для тех, кто хочет увидеть, как звезды первой величины с серьезными лицами разыгрывают абсурд. И как в этом абсурде вдруг мелькнет что-то настоящее — когда Кей снимет перчатки, уставшая от мертвых и живых.
Неожиданности — разумеется, относительные — начинаются, когда в повествование тайным путем прокрадываются подлинный драматизм, оправданный не капризами персонажей, но социальными условностями XIX века, и лейтмотив, связывающий воедино основную сюжетную линию с побочными.
В общем, в жанровой формуле «Военной машины» «Хищник» встречает «Войну миров» и «Звездный десант».
Озон не предлагает радикально новой интерпретации Камю. По сути, он превращает великую повесть в иллюстрацию. Но иллюстрация эта настолько прекрасна, гипнотична и стилистически безупречна, что вглядываться в нее хочется снова и снова.
На выходе — отличный киноаттракцион, закономерно собравший в прокате почти миллиард. Беспроигрышная альтернатива «исчезнувшему» из легального российского проката Голливуду, закрывающая потребность в большом кино.
Выйдя в Международный день борьбы за права женщин, «Невеста!» не успевает угнаться за меняющимся миром и подарить зрительницам своевременный, актуальный подарок.
За счет возвращения основного каста шоу уверенно работает как машина ностальгии. Проблема в том, что ее надо постоянно подкармливать новыми воспоминаниями, новыми живыми персонажами и запоминающимися сюжетными линиями. Батре это пока удается не вполне.
