Достоинство фильма и в том, что он, пусть и по касательной, но говорит о трагедии Ирака, нисколько не демонизируя даже похитителей.
Неизвестно, задумывал ли Шэнкс такой перекос сознательно или это вышло случайно. Но из-за него авторский взгляд становится предвзятым, и вместо глубокого анализа человеческих взаимоотношений во всей их сложности автор предлагает стереотипный семейный ситком, для пущего веселья «украшенный» физиологичной бутафорией.
В общем, лучший манифест традиционных семейных ценностей, чем это полуторачасовое побоище, и представить себе трудно.
Не исключено, что именно так выглядели первые спектакли о злодействах Суини Тодда в театрах 40-х годов XIX века, что обеспечивает фильму не обязательно задуманный авторами, но тем не менее работающий эффект погружения.
Режиссерский дуэт не пытается вдохнуть новую жизнь в заслуженный жанр боксерской драмы, а скорее следует по стопам многочисленных предшественников, но при этом спотыкается на каждом шагу.
«Увидеть Париж и…» по большому счету тот же «Гуд-бай, Ленин», только уцененный до грошового качества, лишенный неподдельной грусти, умеренной злости, незаурядной изобретательности и, что самое главное, социальности оригинала.
Если бы безбожно затянутый караоке-бенефис Егора ограничивался прологом «Плагиатора», его еще можно было как-то пережить. Но Мегердичев сделал караоке своим творческим принципом, липкий, нерасчленимый ком песен в одной на всех тональности «умца-умца» катится по экрану два с лишним часа.
Все это было бы смешно, если бы не было так скучно.
Все бы ничего, мало ли бывает вторичных фильмов, но главная проблема «Горячей штучки», в отличие от первоисточников вот уже почти сорокалетней давности, заключается в вопиющей антипатичности главных героев.
Нет причин отрицать искренность намерений Кроненберга, но печально наблюдать, как они вязнут в гламуре и разлагаются подобно телам усопших.
Вольфганг — ребенок необычный и удивительный, чего никак не скажешь о фильме.
Хоть авторы и изучили подлинные документы, обряд изгнания бесов скуки из зрителей им точно не удался.
Сочетание текста и видеоряда на экране можно, конечно, чисто технически назвать «фильмом», но, если судить по нему, нейросети еще не скоро смогут вытеснить из кинематографа людей с воображением и талантом.
Фантастическое допущение в сюжете дает автору возможность поговорить о кризисе в современной семье и растущем разрыве между детьми и родителями, что он делает без лишнего морализаторства, но и без особого оптимизма.
Авторы попытались добавить истории о дружбе человека и зверушки более широкие смыслы, но справиться с ними не смогли.
И хотя «Материалистка» в большей степени кино идей, а не людей, здесь находится место не только ироничным, а то и саркастичным наблюдениям, но и подчас неожиданным включениям настоящего человеческого тепла.
«Как стать миллионером» не столь серьезен — это слегка абсурдная трагикомедия «маленького человека», бросившего вызов могущественной системе, но не из каких-то идейных соображений, а исключительно ради денег. Без сатирического взгляда на устройство этой системы здесь тоже не обходится, но в целом интонация фильма вполне добродушная.
Однако режиссер, стремясь высказаться по каждому из этих сложных и неоднозначных вопросов, каждый раз выбирает самые шаблонные и поверхностные ответы. И в результате, подобно своему герою, запутывается в собственных идеях и окончательно теряет ясность мысли.
Фильм при всей своей сентиментальности показывает и оборотную сторону всепоглощающей материнской любви. Однако все же не демонизирует ее и позволяет своим персонажам дать друг другу свободу — лучше поздно, чем никогда.
Тут становится окончательно понятно, что весь двухчасовой фильм затевался ради десятиминутной дуэли на огнеметах ближе к финалу. Выглядит она и правда впечатляюще, и в качестве отдельного видео — без балерин, кикимор, убийственных отелей и даже Киану Ривза — была бы еще лучше.
Если поначалу Флэнаган намеренно озадачивает зрителей, заставляя их так же, как героев, строить догадки о причинах вселенской катастрофы и задаваться вопросами, на которые нет внятных ответов, то дальше по ходу фильма он словно перестает доверять аудитории.
Сама же Агата ждет от искусства в первую очередь хорошо рассказанной истории, и именно такую Пиани предлагает зрителям, завершая ее вполне остиновским, а значит, единственно правильным финалом.
«Чудо» — это вообще ключевое слово спортивного жанра, по банальным лекалам которого фильм «Быстрее ветра» и скроен.
Нет, Фурману точно надо самому пройти курсы излечения и от аквафобии, и от пирофобии — и от режиссерского бессилия.
Смотрится «Нэчжа 2» на удивление бодро благодаря выверенному ритму и выразительной анимации (особенно впечатляют масштабные сцены сражений). Но от попыток понять все, что здесь происходит, людям, не росшим на китайской классической литературе, лучше отказаться сразу.
