В одной из сцен Людвиг позирует художнику, встав у парадной королевской мантии. Так и фильм Ноэль и Зера пытается встать рядом с висконтиевским шедевром 1972 года. Ни одной новой мысли режиссерам высказать не удалось, а повторение уже озвученного великим итальянцем лишено эстетической цельности и непередаваемой атмосферы «сумерек богов». Зато есть динамичная биографическая лента, которая придется по душе тем, кто не смог осилить четырехчасовую декадентскую трагедию и хочет увидеть красивую, по-голливудски прислащенную легенду.
Единственное, чего не хватает этому практически безупречному балагану, — совсем чуть-чуть, самую малость той священной глупости, которой была осенена первая серия. Взяв из оригинала всё лучшее, режиссер Чу, видимо, из осторожности посчитал, что заполошная инфантильная невменяемость к главным достоинствам «Броска кобры» не относится.
Несмотря на залихватски азартное название, «Фортуна Вегаса», вышедшая в российский прокат, займет свое место в бесконечном ряду киносказок про золушек, красоток, смешных девчонок и прочих бедных, но гордых американок, которые решают, что «пора что-то менять» и едут покорять Нью-Йорк или Лос-Анджелес.
Без детей на нем делать нечего, а всерьез вникать в проблематику подготовительной группы детского сада (пусть даже в этом качестве выступает доисторический Эдем) — развлечение на любителя. Ни шуток хоть с каким-нибудь подтекстом, ни остроумных цитат из «настоящего» кино — в общем, ничего из того, что обыкновенно позволяет хотя бы относительно взрослому высидеть полтора часа трехмерной анимации.
Из мини-историй или макси-анекдотов (большей частью с эротическим подтекстом) состоит почти весь фильм. В единую картину они никак не складываются, так и остаются мозаикой воспоминаний, но лента смотрится на одном дыхании. Причиной тому — отличная актерская игра (что ни персонаж, то ярчайший типаж), сочный национальный колорит и множество любопытных деталей в интерьерах, одежде, поведении людей.
И более живительного (пусть и с явно повышенным содержанием холестерина) бальзама на душу такого смехового ретрограда, нежели «Толстуха», просто не сыскать. Это во всех смыслах неожиданный, но от того еще более ценный подарок для тех, кто чувствует себя неуютно в пространствах голливудской потехи в ее современном изводе.
Очередная масштабная киносказка, «Джек — покоритель великанов», выходит на наши экраны как раз к школьным каникулам. И не зря: для семейного похода в кино это идеальный вариант. При всей нарочитой детскости сюжета творение Брайана Сингера («Люди Икс», «Возвращение супермена») не заставит заскучать даже взрослых.
Сюжет, которого хватило бы в лучшем случае на 40-минутную серию в телеальманахе средней руки, возмутительная «игра» актеров, но самое главное — весьма дискомфортное и совершенно не забавляющее ощущение разливающейся по экрану глупости персонажей, которую не спишешь ни на экстремальную ситуацию, ни на жанровые условности.
Обещанные в названии «умопомрачительные фантазии» оборачиваются на практике достаточно унылыми номерами самодеятельности. Даже заведомо безупречный Билл Мюррей в ковбойском сегменте «фантазий» напоминает не Клинта Иствуда во власти галлюциногенов, как, видимо, было задумано, а раскрашенного серо-буро-малинового Штирлица из пародии «Большой разницы».
Возможно, проблема в нехватке бюджета — прошлое показано в виде камерных эпизодов, без балов и массовых сцен. А возможно, сказалось то, что актеры в главных ролях заняты не самые яркие. Гведолин и Гидеона сыграли Мария Эрих и Янис Нивенер, прежде подвизавшиеся в немецких телесериалах. Сопереживания они не вызывают, разве что любопытство: когда их герои продвинутся дальше поцелуев в щечку? Однако, чтобы узнать конец истории, смотреть придется еще как минимум два фильма.
Старая как мир история пополнилась еще одной киноиллюстрацией — на этот раз не подтверждающей и не опровергающей расхожую истину о том, что внезапная любовь двух зрелых людей не может принести им ничего, кроме боли.
В общем, насколько феминистским по духу был «Секс в большом городе», настолько картина Аганесяна — антифеминистская и доказывающая, что за женщинами, как за маленькими детьми, требуется круглосуточный присмотр. Не говоря уже о том, что от машин и огнестрельного оружия их надо держать подальше. Но именно эта специфика может принести фильму успех: мужчины с удовольствием вспомнят все пословицы в духе «женщина за рулем — хуже обезьяны с гранатой», а их спутницы почувствуют себя настоящими ангелами и королевами на фоне нелепых киногероинь.
Порой совсем неплохо гениальным авторам размяться на легкой комедии, режиссеру Майклу Хоффману — отвлечься от экспериментов с русской классикой («Последнее воскресение»), а актерам — отдохнуть от сложнейших перевоплощений. Отдохнуть и расслабиться на «Гамбите», кстати, и зрителям вовсе не повредит.
И все же проблемы фильма перекрывают проблемы его героев. Видимо, силясь объять необъятное, Апатоу распахал свое творение больше чем на два часа, в то время как материал заслуживал лишь стандартные полтора.
Политической актуальностью достоинства фильма, по счастью, не ограничиваются. Даже если среди потенциальной аудитории вдруг обнаружится некий гипотетический дауншифтер, который остается в блаженном неведении по поводу бен Ладена (а то и собственно цифры 9/11), то даже он вряд ли признает эти два с половиной часа напрасно вычеркнутыми из жизни.
Фильм Антона Мегердичева имеет то неоспоримое преимущество, что он отечественного производства. Это наше метро, наш Центральный округ, наша точечная застройка, от которой город скоро провалится в тартарары, и наши изнемогающие от трафика улицы, панорама которых так удачно вмонтирована в фильм.
В общем, с какой стороны не посмотри, «Маньяк» оказался преизрядной творческой удачей. Но девочкам всех возрастов лучше просто поверить нам на слово.
10 лет назад старший товарищ Винтерберга Ларс фон Триер показал в своем «Догвилле», как добрейшие люди постепенно превращаются в настоящих садистов и подлецов. Для этого им всего-лишь надо почувствовать власть над жертвой. Винтерберг идет еще дальше: его герои так и остаются хорошими, в сущности, людьми, но это не мешает им сделать жизнь Лукаса кошмаром.
Сам по себе сериал, абстрагируясь от потраченных на него денег, не представляет собой ничего особенного: крепкая ремесленная работа, в меру ироническая, в меру саркастическая, в меру (тут уж никуда не денешься) патриотическая — и скорее скучноватая. Однако интересен сам жанр — не просто политический детектив, но — с анализом психологии власти и, далеко не в последнюю очередь, технологии власти.
Хуперу удалось невозможное: замаскировать противоречие между оперной искусственностью и кинематографической реалистичностью. Отчасти благодаря тому, что исполнители главных ролей приносят вокал в жертву актерству, даже в ариях переходя на крик-плач-стон, играя, как говорится, на разрыв аорты.
Обычно фильмы про «стариков-разбойников» идеализируют своих героев и внушают надежду, что даже в старости можно жить на полную катушку. «Реальные парни», несмотря на залихватское название (в оригинале — Stand Up Guys), как раз о том, что в старости, увы, ничего не вернешь — ни былого драйва, ни надежды на светлое будущее, ни душевного комфорта. Да и веселье уже не то.
Динамика повествования не провисает, и зритель с возрастающим напряжением ждет, когда и как Паркер замочит негодяев. А в том, что это произойдет, сомнений нет. Паркер — человек слова.
Хорош ли «Билет на Вегас»? На мой взгляд, нет. Есть ли от него, цитируя классику, какая-либо польза, кроме вреда? По-моему, есть: наглое, беспринципное наступление на территорию так называемого доброго кино. Ведь сколько бы критики ни объясняли, что «доброта» — это не что иное как цинизм авторов, помноженный на невежество публики, толку чуть.
«Ржавчина и кость» стала, скорее, разочарованием фестиваля. Начать с того, что автор жестокого и бескомпромиссного «Пророка» снял слезливую мелодраму, и явно почувствовал себя на чужой территории — настолько, что повороты сюжета фильма порой заставляют вспомнить индийское кино.
Осталась красивая «обертка» — костюмы, декорации, живописность кадра. Иногда оператор чересчур увлекается любованием красотой двух главных героев, и видеоряд становится похож на съемку из глянцевых журналов. Тем не менее режиссеру удалось передать дух диккенсовской Англии и лишний раз напомнить зрителям, что туманный Альбион XIX века был не самым приятным местом для жизни.
