Но несмотря на эту предсказуемость, «Муху» смотреть весьма интересно. Прежде всего благодаря сыгравшей девочку Александре Тюфяевой: она может быть и уродливой, и прекрасной, и мужиковатой, и женственной. Но еще и потому, что Владимир Котт не ограничивается фотографированием сценария.
В исполнении же лишенных комплексов американских артистов эти нехитрые, но качественные песни создают атмосферу караоке в бутовском шалмане ближе к пяти утра, когда ни у кого уже нет сил соблюдать остатки приличий.
Нельзя сказать, что «День Д» сильно противнее смотреть, чем «Коммандо», сейчас выглядящий довольно архаично. Но там было цельное произведение, а тут сборная солянка отдельных моментов
Необычное сочетание музыкального сопровождения и картинки становится главным прорывом в постмодернистской игре со штампами — сцена атаки производит впечатление пусть не оригинальностью идеи, но хотя бы динамичностью и энергетикой. Впрочем, и по части оригинальности у создателей «Миража» тоже случился единичный проблеск.
Увы, поддержать Джокера в его максимализме некому. Вместо того чтобы сполна насладиться зрелищем этой цельной натуры, артистично претворяющей в жизнь свою эффектную антигуманистическую философию, зритель вынужден два с половиной часа наблюдать за метаниями темного и светлого рыцарей-неврастеников.
В наступившей кинематографической реальности Такэси Китано проходит обследование мозга, доктор выносит неутешительный диагноз: «поломался». И в это невольно веришь.
Однако авторы, кажется, начинали делать фильм с искренним чувством, а заканчивали уже с коммерческими соображениями, которые требуют и полного метра, и жизнеутверждающего финала. Из-за этих соображений «ВАЛЛ-И» становится скучен и банален, и в него вливается совершенно лишняя сатирическая струя, причем только для того, чтобы трансформироваться в теплый успокаивающий душик.
Владимир Котт не удержался от того, чтобы обыграть неразрывную смысловую и биологическую связь мух с фекалиями, видимо, рассчитывая таким образом снизить воспитательный пафос своего произведения и придать ему комический оттенок, но перегнул палку в сторону откровенного фарса.
Трудно было представить, что «Дикое поле» не будет трансформировано в нечто чуждое первоначальному авторскому замыслу. Тем не менее лишенный гипертрофированных авторских амбиций Михаил Калатозишвили оказался идеальным медиумом между бумагой и экраном…
И все же если бы у него не ушло столько сил на Анджелину Джоли, чтобы как-то приспособить ее к делу и в итоге добиться, чтобы она неплохо сыграла, фильм был бы значительно лучше. В нем нет той энергии, которая поражала в последних работах режиссера…
По сравнению с «Днем выборов», который Олег Фомин снял в стилистике фильма-концерта, «День радио» представляет собой уже полноценную производственную кинокомедию из жизни профессионалов с «Как бы радио», не знающих слова «невозможно».
Довольно трудно сохранить ясность мысли в суматошной обстановке «Стритрейсеров», от которых больше всего страдает слух, подвергающийся нескончаемой пытке шумом: мало того, что все время визжат тормоза, скрипят покрышки и ревут моторы, так еще и ни на секунду не прерывается музыка, точнее, рэперское бормотание
«Нефть» содержит минимум технических подробностей относительно нефтедобычи, зато предельно глубоко бурит внутрь человеческой психики, откуда вырываются фонтаны не черного золота, а мутной вонючей жижи.
К моменту, когда отношения между главными действующими лицами приобретают тенденцию опасно подзапутаться, начинаешь догадываться о том самом фокусе, который заставляет смотреть «Джуно» внимательнее, чем десятки аналогичных независимых малобюджетных фильмов, на которые она внешне очень похожа.
Слава богу, пришли специально обученные кинематографисты и увидели натренированными глазами за Фредерика Бегбедера все то, о чем он отчаянно сигнализировал общественности своим тревожным мычанием.
И если читатели Ричарда Матесона будут, скорее всего, разочарованы тем, что с изменением мотивировок, характеров и многих сюжетных деталей история последнего человека на земле лишилась всей философии и идеологии, то зрители, с первоисточником не знакомые, потерю эту вряд ли ощутят…
В общем, сумасшедшие оказываются намного умнее и добрее, чем здоровые люди. Тот, нормальный мир, как раз и делает из людей киборгов, хочет сказать режиссер.
В список лучших фильмов всех времен и народов «Самый лучший фильм» явно не войдет, но на текущий момент отечественного кинопроцесса хвастливое название себя вполне оправдывает.
Авторы старались сделать «Продолжение» многослойным, как селедка под шубой, с тем чтобы при каждом новом просмотре зритель улавливал ускользнувшие ранее детали и подробности, обусловленные и тем, что эпизодических персонажей в новой «Иронии» больше, чем у Рязанова, и они усиливают комедийную составляющую.
Фильм режиссера-дебютанта Ярослава Чеважевского можно спокойно смотреть, не мучаясь угрызениями, что все старания авторов тебя растрогать вызывают обратную реакцию своей навязчивостью. «Кука» никого чересчур не жалобит, а если и подступают иногда к горлу автора жалостливые комочки, то он, как правило, успевает их мужественно сглотнуть и найти над чем бы пошутить, придерживаясь заявленного жанра комедийной мелодрамы.
«1612» — это не экскурс в историю, а исторический блокбастер с элементами фэнтези, плавно перетекающий в густое фэнтези с вкраплениями обрывочных сведений из школьного учебника, с которыми авторы вынуждены считаться без видимой охоты.
«День выборов» все равно дает достаточно полное и правдивое представление о том, откуда берется и из чего делается политическая элита.
Андрей Звягинцев, во втором фильме это очевидно, позиционирует себя как художник с религиозной доминантой. Однако опыт его предшественников показывает, что кино само по себе способно играть роль духовного ритуала. И шедевры кинематографа рождаются на этом пути, а не там, где религиозные постулаты живописно иллюстрируются.
Когда гламурно наряженная фээсбэшница открывает рот и начинает базарить, на секунду возникает ощущение, что ты смотришь телевизор, а не дорогостоящий шпионский блокбастер: няня Вика, наверное сидящая уже в подкорке актрисы, все-таки дает себя знать, как Клим Чугункин, чей гипофиз имплантировали собаке Шарику.
«Агитбригада» — старое доброе классическое кино в лучшем смысле слова: снятое на сибирской натуре, многофигурное, только не road-movie, а water-movie.
