По аналогии с постхоррорами «Уехать однажды» хочется назвать постмюзиклом: зрителя поджидает немало песен и музыкальных номеров, но жанр в данном случае не цель, а средство.
«Одни из нас» — это просто отличное развлечение, а также сильная история, которая доказывает: лучшие «игры/фильмы/сериалы про зомби» — всегда, наоборот, о людях, и только о них.
«Девушки на балконе» — это бойкий феминистический манифест в обертке черной комедии с элементами фильмов ужасов про призраков, со зрелищными убийствами, а также с отсылками к Хичкоку и Альмодовару.
Но как фильм-сон, фантазия, видение проект работает.
Не нормально — не реагировать на возникающие по ходу дела отклонения от нормы и не работать с ними. Об этом и «Переходный возраст» — сериал-вызов, сериал-предупреждение, сериал-провокация. Настоящая «Точка кипения».
Картина Абдрахмановой смертью отца подводит невидимую черту, не выключая в кадре свет и не множа тьму. Напротив, фильм подсказывает путь выхода из опустившегося мрака. А это, в свою очередь, дарит надежду.
В «Пункте назначения» был крепкий саспенс, динамичный и непредсказуемый сюжет, впечатляющие спецэффекты и вразумительная история хорошо знакомого хоррора под новым углом — невидимое зло в образе неизбежного фатума.
Впрочем, важно именно то, что это до мозга костей именно фильм Пон Джун-хо, продолжающий и манифестирующий многие важные для него идеи: корпорации — зло, политики думают только о себе, экологию нужно беречь, животных — спасать, а память — это все, что мы можем оставить после своей смерти.
Картина с Мерфи, обманчиво простая и скромная по форме, вмещает в себя необъятное пространство для самых неуютных, но важных вопросов, отвечая на которые можно внутренне свериться, в каких именно взрослых все мы по итогу выросли.
Вопреки многим легендам о сотворении человека (где из песка, а где из пшена или глины), «Бруталист» оставляет зрителю возможность самостоятельно решить, из чего же сделан герой и он сам: из грубого камня и гибкой глины или из любви и надежды?
Если принять эту необычную композицию, мрачный фильм о возвращении трех живых туристов из загробного мира надолго врежется в память.
«Все спрашивают, как Боб Дилан пишет свои стихи, но на самом деле все хотят узнать, почему они не могут так же». Вот вам и ключ к пониманию мистифицированного Боба Дилана в зеркально точном исполнении Шаламе.
Как итог «Пророк. История Александра Пушкина» — кино скорее экспериментальное, которое вслед за своим героем в вечность не стремится, но что-то важное про прошлое и настоящее, которые в России всегда остро рифмуются, сказать пытается.
«Аватар» — история архетипичная, а потому отчасти вечная.
Во многом оригинальную картину выручила та самая схема «слабоумие и отвага»: совпали время, самобытный и ярчайший талант набирающего популярность Джима Керри и, конечно же, беспечность самой концепции истории, шокировавшая своей пошлостью, но от которой было невозможно сдержать улыбку.
Так сериал с почти криминальной завязкой о «разводе» пенсионера оборачивается не лихой историей о полагающемся возмездии, но гимном человечности.
Однако, если абстрагироваться от концовки, можно сказать: Куарон, привыкший к эпический страстям и масштабам, постарался превратить проходной фемтриллер в классическую трагедию, — и, надо сказать, эта чисто постмодернистская шалость очень даже удалась!
«Конклав» — расчетливый взрослый триллер, который смотрится на одном дыхании и захватывает не хуже романов Дэна Брауна (только здесь меньше фантазий и больше фактуры).
«Догма» встала в один ряд с такими не одобренными церковью фильмами, как «Последнее искушение Христа» Мартина Скорсезе и «Житие Брайана по Монти Пайтон» Терри Джонса.
Но как бы ни обделила индустрия фильм (большинство номинаций так и не обернулись наградами), со временем он стал классикой, которая отлично состарилась. И даже самые циничные критики фильма со временем признали, что из Круза и Питта получился отличный экранный броманс, сыгранный на грани допустимого.
В своем исследовании Трампа Аббаси доходит до буквального анатомического «вскрытия» героя — там, где нет души, остается только тело.
Сериал Ивана Соснина, первого в России мастера кинематографа приятно постукивающих подстаканников с теплым сладким чаем, снят намеренно просто, чтобы с него можно было начать разговор о сложном.
Не исключено, что весь этот издевочный анахронизм вкупе с безвкусной режиссурой Владимира Мирзоева, сомнительными музыкальными решениями и еще рядом спорных моментов — продуманный продюсерский ход.
Считается, что именно «Терминатор» с его точным предвидением будущего торжества технологий породил поджанр техно-нуар: так назывался бар, в котором впервые выслеживает Сару герой Шварценеггера и так же назвали жанр фильмов, успешно скрещивающих технологии, фантастику и боевик.
«Кончится лето» — сокрушительная история о том, как мы все продолжаем ждать ответа на, вероятно, неверно сформулированный вопрос. Может, настало время перестать меряться силами, выясняя, кто сильнее. Потому что в этом сражении победителей попросту нет.
