Станислав Говорухин - Российский кинорежиссер, приверженец старой школы кинематографа, человек на чьих фильмах взращивались поколения. Работы Говорухина классический пример того, как надо снимать кино. Однако это вовсе не приторные академические фильмы, начищенные до блеска. Работы Говорухина являются призывом, каждое творение автора заставляет нас задуматься над какими-либо проблемами современного общества и политического устройства страны в целом. Согласитесь, кино должно оставлять после себя мысль, послевкусие, которое остается надолго. Именно такое кино снимает Станислав Говорухин.
В 2015 году режиссер презентует свой новый фильм, основанный на сборнике новелл 'Компромисс', за авторством талантливейшего автора Сергея Донатовича Довлатова. Не солгу, если скажу, что являюсь почитателем творчества данного писателя, не столько из-за его судьбы, сколько за непередаваемый авторский стиль письма. Довлатов не пишет, он рассказывает истории из жизни, приукрашенные, пыльные, но по своему родные каждому жителю нашей огромной страны. И пускай с годами они потеряли колкость и актуальность, перечитывать едкие, зачастую юмористические афоризмы - одно удовольствие.
'Компромисс' - собрание новелл, которые основаны на опыте работы Сергея Довлатова в газете 'Советская Эстония'. Ироничные истории из жизни одного журналиста, именно так можно охарактеризовать данный сборник.
Картина 'Конец прекрасной эпохи', чуть более чем полностью строит свое повествование опираясь на первоисточник. Не сворачивая с колеи намеченной Довлатовым в восьмидесятых, книга прекрасно переносит книжный шарм произведения на экран. И пускай ты знаешь реплики героев, тебе интересна сама подача материала. Как актер сыграет здесь, как преподнесет свою забавную реплику в этом моменте и так далее.
Режиссер проделал огромную работу над воссозданием той самой атмосферы, которую передавал Сергей Донатович в своих произведениях. Наивный словно слепой котенок, но уверенно двигающийся к 'светлому социалистическому будущему' коммунизм. Тогда и люди были чище, а моральные нормы гораздо выше, нежели сейчас.
Очаровательный, стильный и по-настоящему живой фильм. Триумфальное возвращение Станислава Говорухина на экраны, которое найдет отклик в сердцах тех, кто все-таки решится ознакомиться с картиной. Поверьте, вы не пожалеете.
Ветеран отечественного кинематографа, живая легенда, страстный интеллектуал с трубкой - всё это он - режиссёр картины 'Конец прекрасной эпохи'(2015), которая неоднозначно была принята как критиками, так и зрителями.
Перед знакомством с новой работой создателя таких фильмов, как 'Место встречи изменить нельзя' и 'Ворошиловский стрелок', через какое-то время ставшими культовыми, нужно понимать, что предложенный фильм Говорухина - довольно личный и не претендует на звание the best film ever или must see. Однако, и эта лента способна обрести своего зрителя, но прежде всего нужно обратиться к истории.
Довлатов - один из тех авторов, кто свое признание получил за пределами родины. Он эмигрировал в США, где его работы и издавались. 'Компромисс' Довлатова - это сборник из 12 новелл («компромиссов»). Они создавались в 1973—1980 годах, а в единую книгу были собраны в 1981 году и вышли в свет в Америке. Сюжеты для новелл взяты из журналистского опыта Сергея Довлатова в эстонской газете «Советская Эстония» в 1972—1975 годах. Сам Довлатов обладает удивительным настроением безысходного романтика-циника. В основу фильма и лёг этот сборник новелл.
Вот Союз. Вот Россия. Сколь угодно плотно можно упрекать советское прошлое страны. Настроение в государстве Довлатова, который иронично представляет СССР, как страну политики абсурда, передавая стиль жизни и мироощущение своего поколения, в свою очередь, отличается от настроения Бродского, который в стихотворении «Разговор с небожителем» сравнивает существование в условиях тоталитарного общества с ежедневной бесконечной Голгофой.
Новая картина Говорухина является компиляцией не только на «Конец прекрасной эпохи», но и на творчество Сергея Довлатова в целом. Вообще людям свойственно упрекать тех других, кто живут по чуждым канонам того времени. Но вот штука-жизнь интересная: Союз, где инакомыслие народа приравнивалось к государственной измене. Где курили в ресторанах, пили во дворах. Режим, где люди, не имея возможности, обогащались культурно посредством самиздата, находили запрещенные тогда в государстве виниловые рок-н-рольные и джазовые пластинки. Когда жадно и с пристрастием вкушали информацию.
Все составляющие фильма заявляют о ностальгическом настроении по тому и прекрасному, и ужасному времени. Названием для картины послужило стихотворение Иосифа Бродского, в начале фильма идёт видеоряд хроник Хрущёвской оттепели, ознаменовывая начало «прекрасной эпохи». Черно-белая картинка и операторская работа Геннадия Карюка также является данью уважения к фильмам 60-х.
Актерский состав не менее интересен: в центре сюжета герой, внешне очень похожий на автора «Компромисса», его роль исполняет молодой артист Иван Колесников, с чем он прекрасно и справился. Говорухин не побоялся пригласить на главную роль молодого актера, окружив его замечательными артистами на вторых планах: Светлана Ходченкова в роли томной и строгой спутницы главного героя, Федор Добронравов в образе комического персонажа фотографа и спутника Андрея Лентулова (Иван Колесников), Сергей Гармаш предстает в довольно необычном амплуа – в амплуа честного, понимающего обстановку в стране милиционера, а также Дмитрий Астрахан в роли ловеласа Миши Шаблинского.
Экранизация получилась вполне вольной, хотя основная структура сюжета и была сохранена. Говорухин бережно отнесся к тонким и колким диалогам, и запоминающимся персонажам «Компромисса» Довлатова, привнеся нечто новое в сюжет фильма. Непростое дело сплести все новеллы в четкое последовательное повествование. Главное, всё же, это сама атмосфера того времени, которую Говорухин сумел передать не только с иронией по-Довлатовски, но и с любовью и теплом ко всему хорошему и плохому тех лет по-своему, именно потому что режиссер сам жил в ту самую 'прекрасную эпоху' (60-е годы). «Конец прекрасной эпохи» – дань уважения молодости режиссера, тёплая приятная тоска, ностальгия по тому времени, когда, по признанию самого режиссера, «как хорошо мы плохо жили».
Проза Довлатова – особенный деликатес. Его сатира в сочетании с трагикомичностью дают непредвиденный эффект, какой можно очень редко видеть на страницах произведений других писателей. Что там редко – почти никогда. Острота языка и слога, чертовски привлекательные в «несвятости» и некой животрепещущей карикатурности персонажи, нестандартные ситуации и очень глубокие, точные, жизненные выводы… Идея экранизировать «Компромисс» (пусть даже по мотивам) – рискованный трюк. И мой гнусный язык всё-таки повернётся сказать, что Станислав Говорухин… проиграл. Пытался быть чутким, пытался сделать правильно, но потерпел поражение, потому что проза Довлатова по праву считается неэкранизируемой. Её легко представить у себя в голове, но чтобы сыграть и передать атмосферу – тут одним маститым именем и положением в кинематографе не обойтись.
В «Конце прекрасной эпохи» есть прекрасный плюс: уважительное отношение к самой эпохе. Здесь режиссёру можно отдать честь, опустив тот простой факт, что, в силу возраста, он как-то слишком проникся ностальгией, предпочтя прикрыться ею, как спасительной ширмой. Кадры хроники, костюмы и реквизит, типажные актёры… Дебютанты так не умеют. Дебютантам не хватит средств из госбюджета. Поэтому есть в фильме своя непобедимая частичка ностальгической души. Но давайте смотреть правде в глаза: какой бы величины ни была частичка, она, тем не менее, вполне способна сгореть в костре ошибок и недочётов.
Прежде, чем приступить к сути, я поступлю банально. Выскажусь о героях. Среди них был единственный образ, который попал точно в цель и даже чуть превзошёл ожидания – это Туронок. Глава газеты получился на редкость изумительным и запоминающимся. Сам Довлатов, ставший неожиданно Ленкуловым (хозяин – барин!), представлялся мне совсем иначе: грузным, щетинистым, ленивым, но источающим из всех щелей непоколебимую правду-матку мужиком, вместе с тем любящим поддать, но периодически не теряющим зерно ответственности. Творческим - без печатания на машинке или других заезженных приёмов. Здесь же перед нами - повзрослевший парень, этакий красавчик с лёгким, но не легкомысленным отношением к жизни, являющийся в истории вовсе не ключевой фигурой, меняющей у зрителя восприятие реальности в свою сторону, а лишь частью общей мозаики – и то, простите, не самой яркой. Обидно. Ещё обиднее выглядят коллеги красавчика, не подходящие ему ни по возрасту, ни по характеру, ни по «химии». Им бы с Туронком тусоваться, будь тот статусом ниже, а нравом - мягче. Плюс Ходченкова. Обычная Светлана Ходченкова, ровно такая же, как везде и всегда, только при этом не раздражающая в силу редкого появления на экране и очаровательной блёклости самого персонажа. Остальные – в разной степени скорее приемлемы, чем хороши. Хотя особых претензий к ним нет.
Вышеперечисленные личности населяют вселенную фильма, пытаясь с помощью заученных текстов контактировать друг с другом, но им никогда не удастся создать контакт с самим зрителем настолько профессионально, как получилось когда-то у Довлатова. Ой, перестаньте. Сейчас начнётся: «Не сравнивай ты книгу с фильмом, книга всегда лучше, а попробуй сам сними». Вот в чем казус, товарищи. Возвращаясь к началу рецензии, повторюсь – «Компромисс» не поддаётся идеальной экранизации. И всё же, будь Говорухин менее уставшим от кино, менее подавляемым тяжестью груза времени, менее ностальгирующим – он смог бы найти выход, сделать своё творение пусть другим, пусть своеобразным, но достаточно интересным для просмотра. Взять за основу сборник журналистских баек, связать их в одну цельную историю, подать её красиво – безусловно, это требует мастерства. А «Конец прекрасной эпохи», вопреки любому мастерству, получился слишком скучным, серым и коротким.
Не хочется рассуждать, почему так произошло. Маститые режиссёры не могут быть всегда совершенны в творчестве. Рано или поздно наступает срок, когда свежесть взгляда куда-то улетучивается, а создание фильма превращается в поклонение исключительно режиссёрским интересам. Как в «Снайпере» Клинта Иствуда, когда американский патриотизм в кадре совершенно перекрыл суть самой истории, начав кричать на зрителя: «Смотри, сколь сердечно старина Иствуд любит Америку и её героев! Ты никогда не сможешь ТАК её любить!». Здесь аналогичный случай. Только вместо американского патриотизма – оплот воспоминаний человека, жившего в СССР и не желающего снимать в данную минуту про нечто современное. «Конец прекрасной эпохи» в связи с подобным подходом представляется не как полноценная экранизация, а словно экзаменационный пересказ с добавлением небольшой «отсебятины», именуемой «режиссёрским видением». Проходили, видали, знаем.
Хорошо, предположим, есть шанс отгородиться от Довлатова и взять фильм за шкирку, как котёнка, рассмотреть поближе, прочувствовать подробнее. Могут ли в полной степени понравиться конкретный сюжет и конкретная его постановка? Кому-то могут, не отрицаю. Определённой категории зрителей. Но лично мне не хватило экспрессии, способной превратить фильм в увлекательный рассказ о том, что не должно уйти из внимания. Я не прошу чего-то сверхъестественного – лишь хорошую, цельную, самостоятельную историю, способную на полтора часа наградить либо радостью, либо печалью, либо всем понемногу. Но не скукой. К сожалению, в «Конце…» скука выступает таким ярким связующим звеном между эпизодами, что подобного нельзя не заметить. И если, выражаясь метафорично, «Конец…» с бодрым рвением как следует растрясти, из него кубарем повыпадают куски довлатовской гениальности – вот они, сценки, которые были ещё в «Компромиссе» и тогда, при прочтении, не оставили равнодушным. А вот оставшаяся без кусков «довлатовщины» говорухинская «простыня», вышеупомянутая спасительная ширма ностальгии, которая на самом деле ничего не спасает, а лишь лениво прикрывает неспособность режиссёра снимать так же сильно, как раньше.
Поезд смиренно уносит Лентулова - прочь из Таллина, прочь от журналистики, уносит, как и любые скоротечные воспоминания, способные возникнуть при просмотре «Конца прекрасной эпохи». Как и любые быстрогаснущие оттенки чувств, безуспешно рвущиеся пробудиться по отношению к поздней попытке Говорухина претворить в жизнь давно ушедшее время. Увы, попытка себя не оправдала, и прощаться с её результатом ничуть не жаль. Езжай, поезд. Стучи по рельсам. Стучи.
Уверен, что этот фильм окажется из разряда тех, что «на любителя». Естественно, картина Станислава Говорухина привлекает внимание необычным форматом, ведь сегодня довольно редко можно увидеть черно-белую киноленту. Плюс ко всему, этот фильм отсылает к старым добрым советским творениям. В первую очередь своим идейным содержанием. Точнее, идеологическим.
Ведь при просмотре становится понятно, как на самом деле было тяжко киношникам. Вот если бы, к примеру, в Партии знали, что в фильме «Офицеры» штаны не красные, а синие, какого бы наказания создателям фильма стоила фраза, вводящая советских граждан в заблуждение? Ведь режиссер знал, что штаны синие, но в черно-белом варианте хоть синий, хоть красный будет выглядеть серым, а значит, можно и утаить сей факт!
Так и в «Конце прекрасной эпохи» - прежде чем написать слово, каждый журналист обязан подумать, а если он подумал не совсем качественно, за него подумают другие, а если дойдет до правоохранительных органов, которые думают оперативно и молниеносно, то горе-писаке совсем несладко придется…
В целом фильм понравился. Он действительно обладает свойством увлечь зрителя в безвозвратно ушедшую эпоху, когда рюмочные были местом скопления не одной алкашни, но еще и интеллигенции, когда написать о доярке-рекордсменке было почетно, а уж быть той самой дояркой вообще просто замечательно!
Единственное, что не особо перекликается между повествованием и описанием, так это «случайные связи» (складывается ощущение, что фильм ими изобилует) и «противоречивый роман с редактором» (роману уделено минимально возможное количество времени).
Впрочем, смотреть Вам. Свое мнение никому не навязываю.
Не рассматривая фильм как экранизацию, не зная, о чем думал Говорухин, снимая его, поделюсь своим ощущением от этой работы мастера: то, что показал нам автор, ну очень проецируется на наступающие времена.
В чем я вижу проекцию? У меня лично есть ощущение, что людей опять, в очередной раз, обманули. Что-то высокое, настоящее уходит из нашей жизни, уступая место повсеместной лжи, которая всё более и более опутывает всё вокруг. Чистое озеро затягивается мутной тиной.
Это в общих чертах; вдаваться в детали – значит, рассуждать о политике, а я не хочу.
Впрочем, возможно, я и ошибаюсь, и режиссер ни о чем таком не думал. Но ведь критерий качественного произведения искусства - это, как мне кажется, когда каждый видит в произведении что-то свое: то, что ему близко и понятно, что его цепляет, о чем болит душа.
Да и Говорухин, по-моему, не тот мастер, который делает фильм без какого-либо подтекста.
Добавлю, что фильм снят мАстерски, как и все фильмы Говорухина. Порадовало, что в диалогах героев отсутствует современный сленг, столь характерный для большинства нынешних фильмов и сериалов, в которых отображены 20-е – 60-е годы прошлого века. У Говорухина с этим все всегда в порядке. Понравилась игра актеров.
Но шедевром фильм всё же не считаю, пересматривать не буду.
'Портрет хорош, годится для кино, но текст беспрецедентное г...но' (С. Довлатов)
Несмотря на крайнее несогласие с политическими взглядами Станислава Сергеевича Говорухина, отношу его к выдающимся российским режиссерам и крепким профессионалам своего дела. Всегда предпочитала посмотреть и вынести своё суждение, даже если просмотр предваряло чье-то (пусть и уважаемое) мнение. Даже напротив, склонна была ожидать противоположного впечатления, таков уж мой парадоксальный опыт в этой сфере. Weekend (2013) ОЧЕНЬ понравился. Считала его лучшим фильмом того года. Имя Сергея Довлатова и цитаты из 'Компромисса' - пароль для отличия 'свой-чужой'. Ну и с этими ожиданиями...
По существу. А вот по существу нет кинА вообще. Или есть нечто, не имеющее к нему ни малейшего отношения. Произведения Довлатова с их лаконичностью, юмором мало кинематографичны. Нет сценария. Никакой фабулы, вразумительной сюжетной канвы - экранизация череды рассказов из 'Компромисса' абсолютно не подчиненная никакой режиссерской задаче. По крайней мере её не угадать. Причем здесь 'прекрасная эпоха' 'оттепели'? Зачем эта нелепая нарезка кадров хроники в начале? Ощущение, что это некий 'рабочий материал', наброски, но никак не законченное произведение.
Унылый, безконцептуальный черно-белый видеоряд. Ощущение отсутствия режиссуры и монтажа вообще. Там поснимали, потом там... Склеили... Текст Довлатова обескровлен, звучит абсолютно неорганично. Честно говоря, не представляю, как этого можно было достичь.. Там, где над книгой падаешь от хохота, здесь не приходит в голову даже улыбнуться. В книге все герои настолько представляемы, выпуклы, живы, а в этой попытке визуализации их на моих глазах просто закрашивают серой ретушью.
Актер Колесников профнепригоден. Дай Бог, ошибаюсь, и в рамки образа красивого картонного болванчика с вечной пустой иронической улыбкой и отстраненной манерой проговаривать текст (Довлатовский! Легкий и естественный, как брызги дождя!) его загнал режиссер... Провал полный. Такой пустоты я давно не видела на экране (сериалов не смотрю). Как можно заподозрить, что перед нами -- молодой одаренный писатель? Выпивает он так, что я спокойна за актера. Видимо, он из поколения Пепси. Остальные еще как-то 'вытаскивают' на уровень смотрибельности эпизоды со своим участием (Гармаш, Ходченкова, Ульфсак).
Не хочу продолжать далее. Венец лицемерия и коньюнктуры, что это 'творение' отметили 'Никой'.
Простите, но это:
1. Не по Довлатову.
2. Не по-говорухински (видимо, все-таки это была именно попытка режиссерского 'компромисса', она не удалась).
3. К кино отношения не имеет.
4. Но. Это отличный 'лакмус' для определения того, что у нас творится в кинематографе и в стране.
Посмотрел премьеру на ТВ последнего фильма Станислава Говорухина «Конец прекрасной эпохи». Я не профессиональный кинокритик - я обычный человек из той «прекрасной эпохи». Возможно, это не самый лучший фильм Говорухина или не самая удачная экранизация по мотивам произведений Сергея Довлатова, хотя их всего-то ничего.
Но в ту ночь это был наверняка самый честный фильм по сравнению со всем тем киновраньем, которое, обычно, идет косяком на других наших телеканалах в это позднее время. Правда, боюсь что большинству телезрителей, даже кому под сорок, этот фильм малопонятен и для них он как причудливое ретро про жизнь, которую они не вкусили.
Уже давно поймал себя на мысли, что всю прелесть прозы Довлатова, и его самого близкого литературного собрата Венечки Ерофеева, может почувствовать лишь читатель из того времени, человек из той, уже минувшей пустоты... из той самой «прекрасной эпохи». Наверное, такая же история происходит и с современным кинозрителем, поэтому в кинопрокате этот фильм прошел почти незаметно.
По моим личным ощущениям эта «прекрасная эпоха» пришла к нам с Победой в мае 1945 года и продолжалась два добрых десятка лет до 1965 года... Это было непростое, тяжелое и противоречивое время, но в ту эпоху вера, надежда и любовь были, как говорят, едины в душах большинства наших людей. Но вера и надежда потихоньку таяли, хотя любовь, пока человек жив, бессмертна во всех своих проявлениях... На смену пришла затхлая и неряшливо закамуфлированная пустота позднего советского периода, когда большинству всё уже обрыдло... И люди, кто осознанно, кто-то ни очень, а кто-то даже не заметив этого вовсе, вступили и вступали в компромисс с этой пустотой. Чем это завершилось четверть века назад, мы прекрасно знаем.
Сергей Довлатов устал от компромиссов... Он уехал из СССР в 1978 году, не дожил и не увидел его распада. Однако рискну предположить, что он не желал этого увидеть и для него то время, наверное, было прекрасной эпохой, хотя бы потому, что он был тогда молодым - верил, надеялся и любил.
Ни возраст, ни околополитическая деятельность в составе массовки, приближённой к высочайшему лицу страны, не сбили руку Говорухину – мастер и в сегодняшней России мастер. В сегодняшней – особенно. Картина снята профессионально, всё выдержано в одном ритме, ловко прописаны диалоги, радует глаз прекрасная картинка, а непривычный уже чёрно-белый формат подчёркивает стилизацию под 60-е годы 20 века. Сюжет построен на основе прозы Довлатова (сборник рассказов «Компромисс») и, на мой взгляд, по духу достаточно близок к оригиналу. Во всяком случае, напомнили мне довлатовский язык. Знаю, что фанаты опального писателя набросились на Говорухина за издевательскую, по их мнению, экранизацию, которая исказила, опять же по их мнению, великолепную прозу до неузнаваемости. Я не фанат, а, скорее, наоборот, поэтому не заметил следов насилия и пыток. Что фильм, что первоисточник изящны, атмосферны и… легковесны. Хотя, возможно, они и не претендуют на глубину: миниатюра, зарисовка, слепок с действительности, какой она видится главному герою – журналисту и писателю Лентулову (это в фильме, а в книге, которую я не читал, надо полагать, самому Довлатову). Так вот, хотя название первоисточника («Компромисс», напомню) и предполагает моральный выбор, сопровождающийся душевными метаниями или чем-то в этом роде, лентуловский конфликт с тоталитарным окружением обусловлен, скорее, капризным, детским своеволием, схожим с повадками молоденького жеребёнка, который хочет мчаться туда, куда понесёт его слепая сила желаний, и сопротивляется попыткам как-то угомонить себя. В целом, неизвестному мне доселе артисту Ивану Колесникову со своею ролью справиться удалось. Пользуясь случаем, отмечу весь актёрский состав. Только из-за этого стоит посмотреть говорухинскую работу - нечасто сегодня увидишь в нашем кинематографе такое уровень исполнения. Пожалуй, всем, даже эпизодически появлявшимся в кадре актёрам, удалось создать образ со своим, запоминающимся характером. Неожиданно удивил Фёдор Добронравов, которого я незаслуженно относил к исполнителям хохмочек на уровне «6 кадров». И, конечно, великолепен Борис Каморзин в роли главного редактора эстонской газеты. Но к нему я давно неравнодушен, ещё с небольшой роли квартиранта в фильме Досталя «Облака Рай». Повторю в завершение – с моей кинематографической точки зрения фильм хорош. Ну и хватит хорошем. Пора критиковать.
Виктор Франкл сказал очень верно: «У каждого времени свои неврозы — и каждому времени требуется своя психотерапия». У нас, как и положено, пошли другим путём: свои неврозы лечим, копаясь в неврозах чужого времени. Такая вот «своя психотерапия», которая считает, что если мы будем показывать, как в альтернативной реальности всё плохо, то в сегодняшней станет лучше. Попытка вытеснения, замещения своих неврозов чужими. Психологам понятно, наверное, а я так, на пальцах попытался показать. Имеющий уши да услышит. Почему тот же Говорухин, столь громко возопивший в советское, кстати, время: «Так жить нельзя!» сейчас свой взгляд направил в прошлое? Или он считает, что сейчас всё хорошо? Да нет, навряд ли. Но молчит. Тем самым, своими последними картины косвенным образом заявляя: «Так жить можно!». Ну не посылает же он, в самом деле-то, своим «Концом прекрасной эпохи» сигнал зрителю: видите Лентулова? Тот не смог ничего напечатать, не могу и я снять ничего другого. Не обессудьте. Но это, сынок, фантастика. Вот и всё.
И вроде бы ничего не поменялось - пьют, орут и плачут
Не просто атмосфера, но воссозданная реальность с первых кадров картины «Конец прекрасной эпохи» заставляет удивиться: «Как они это восстановили?» Одобряешь красивую Ходченкову. Улыбаешься Добронравову, чей смех давно полюбил. Видишь еще парочку матерых и выдыхаешь – можно смотреть.
И весь фильм так. Вроде вот удачный кадр, да и музыка неплохая. Актеры такие знакомые. И пленка будто старая, советская. И думаешь – ну вот сейчас будет. И ничего не происходит. Вообще. Один автор написал: «Картина ощущается так же легко и непринужденно, как и советские классические комедии». Бравада и вранье.
Непринужденность и легкость – заслуга лишь в том случае, когда есть над чем задуматься. А если нет материала, что должен переваривать зритель? Уткнувшись в экран, в голове пара мыслей – над чем тут думать и когда будет завязка. Говорите, сатира? Отпускать шутки, слизанные с мастерски поставленных картин прошлых лет, - это не сатира, насколько мне известно, в силу бакалаврского образования. Да, и почему не посмеяться над тоталитарным режимом Союза, когда уже никто не накажет?
Советский до мозга костей фильм «Девушка без адреса» отпускает, казалось бы, непозволительные для социалистического строительства шуточки: «А вы знаете, сколько казенного чая эта лишняя станция выпивает?» И что скажете? Такой ноктюрн сыграть смогли бы на флейте водосточных труб, господин режиссер? Ан-нет.
Зачем там нужна была Ходченкова, если: а) он не любил ее, б) не добивался ее, в) она никак на него не повлияла? Но это придирки и демагогия, которую, впрочем, и разводили герои фильма кадр за кадром.
Да, была цензура. Да, была и есть глупые журналистские задания и командировки. Да, вся интеллектуальная жизнь (была) подчинена рупору ЦК партии. Да, русские пили, пьют и будут пить. Только это не новость. Это не остроумно. Это не мыслетворно. Это уже скучно.
Комедия? Из разряда «Горько 1, 2», быть может. Правда, последние картины вызвали у меня гораздо больше эмоций, а, казалось бы, пьют, орут и плачут.
«Прекрасной эпохой» шестидесятники называли первые десять лет после смерти диктатора Сталина. Закончилась эта условная эпоха «оттепели», как известно, для одних тюрьмой, для других погостом, а для третьих – эмиграцией. Совсем немногие из шестидесятников остались и в стране, и в профессии. Теперь эти немногие снимают кино о своей молодости.
Черно-белое изображение – беспроигрышный режиссерский вариант для фильма, рассказывающего о времени, в котором жили, как сказал поэт, «серые люди с серыми лицами на фоне красных знамен». И режиссер Станислав Говорухин с любовью и скрупулёзной точностью воссоздает в кадре бытовые детали «эпохи оттепели».
Самая большая проблема кинематографа – достойный фундамент, то есть сценарий. И для фильма Станислава Говорухина «Конец прекрасной эпохи» была взята за сценарную основу безукоризненная ироничная проза Сергея Довлатова. Но вот как раз самого Довлатова в этом фильме и не хватало.
Актер Иван Колесников, конечно же, талантлив, но… слишком «мелковат» он для известного прототипа. Довлатов был ОГРОМЕН во всём – двухметровый гигант, боксер-тяжеловес, дерзкий в словах, непредсказуемый в поступках. И журналистом, и писателем Сергей Довлатов был уникальным, со своим неповторимым стилем. Это имя – действительно Эпоха в русской литературе.
Но по сюжету фильма Говорухина главный герой (журналист Андрей Лентулов) получился этаким прилизанным франтом с набором «штампованного» советского поведения. Лентулов скорее напоминает Юрия Алябьева из гениального фильма «Журналист» Сергея Герасимова, чем Довлатова, который писал сборник новелл «Компромисс» с себя.
Поэтому роли второго плана (Дмитрий Астрахан) или эпизодические (Сергей Гармаш, Лембит Ульфсак) выглядят на порядок убедительнее, чем игра главного героя.
После выхода этого фильма даже самые ленивые журналисты «прошлись катком» по личности Говорухина-политика, а не режиссера. И рецензии на кинокартину не имели ничего общего с фильмом. Жаль! Ведь при всех недостатках «Конец прекрасной эпохи» достоин и внимания, и аплодисментов.
