Фильм похож на конспект из разрозненных идей, шуток и анекдотов, который худо-бедно оформляется в рыхлое художественное высказывание, не особо блещущее откровениями. Местами получается забавно, местами остроумно, но чаще всего пресно.
Избегая морализаторства и манипуляций, опираясь на строгую форму, режиссер создает универсальную историю, которая могла бы происходить в любое время и в любом месте с человеком, пережившим серьезную травму.
Может быть, сюжет сериала не самый оригинальный и увлекательный, но форма, которая привлечет внимание даже тинейджеров к проекту о монастыре, в данном случае оказывается важнее всего остального.
«Эмили» встает в один ряд с костюмными драмами средней руки, для которых сгодилась бы любая героиня — для этого ей необязательно быть известной на весь мир писательницей.
Все попытки Мерфи сделать характеры главных героев сложносочиненными, а их мотивацию неоднозначной, проваливаются.
Несмотря на сложную тему, фильм Сантьяго Митре не пересекает границу дозволенного и не перегибает палку с эмоциональным фоном.
Екатерина Медичи здесь — олицетворение загадочности и постоянного слома зрительских ожиданий: можно угадать, куда двинется история, но поведение главной героини спрогнозировать затруднительно.
«Блондинка» не попадает в разряд классических байопиков «жила-творила-страдала-умерла» и вообще мало интересуется фактами из жизни актрисы. Фильм Доминика — лихорадочное нелинейное повествование, полное образов, видений, галлюцинаций и воспоминаний.
Кажется, что благодатную тему семьи кто только не исследовал в российском кино, однако на фоне других проектов «Контейнер» выделяется гармоничным синтезом реализма и «выкрученной» драмы.
Не позволяет по-настоящему сосредоточиться на происходящем явно сделанный в спешке монтаж, из-за которого сценарий опять же отчаянно «провисает», и зрители не могут проследить, как трансформируется личность героя на протяжении многих лет — от юности к зрелости.
До последнего кадра «Пять дней после катастрофы» держат зрителя в напряжении, заставляя задуматься о том, насколько человеческие судьбы порой зависят от чьего-то произвола и как легко чужие эгоизм и безответственность могут привести к трагедии.
Деплешен будто мучительно набирает воздух в легкие, но не позволяет выдохнуть — ни себе, ни персонажам.
На протяжении двух часов Дени старается сохранять серьезный тон. Но ни режиссерская стилистика, ни игра актеров не спасают от тяжести бесконечных семейных разборок.
Вымученная надуманность происходящего соседствует с пресными эмоциями, театральной фальшью и переизбытком сентиментальности, превышающим все допустимые нормы. Не просто неудачный фильм, это откровенное унижение жанра.
На сегодняшний день «Кольца власти» — одна из лучших фэнтезийных экранизаций в истории сериалов.
Зрителю же останется напряженно наблюдать за происходящим и гадать, кто из двух героев первым переступит черту.
Через опыт Сары Лина Данэм развеивает не только собственные страхи и подавленность в отношении сексуальности и женственности, но и комплексы миллионов девушек, возникающие из-за стереотипов и предубеждений.
Если этот фильм задумывался как «последнее слово» мэтра, то звучит это слово, увы, неразборчиво и неубедительно.
Несмотря на внушительный бюджет и на высокие ожидания аудитории от проекта, «Дом дракона» рискует остаться всего лишь необязательным к просмотру дополнением к «Игре престолов».
«Разводу в стиле кунг-фу» отчаянно не хватает зрелости. На одной социальной повестке далеко не уедешь, важной теме требуется яркая, увлекательная история, которая будет удерживать зрительское внимание.
Константин Селин и его герой, фиксируя реальность и воздавая должное ушедшему прошлому, не страшатся смотреть в глаза призрачному будущему. Кажется, всем нам стоит брать с них пример.
«Красная Африка» — вольно или невольно — подчеркивает абсурдность советской пропаганды. Глядя на хроникальные кадры спустя десятилетия, хочется смеяться и плакать над несостоятельностью пропаганды уже российской.
«Великий «Юнайтед» не просто рассказывает историю одного отдельно взятого клуба, он повествует об английском футболе вообще — о том, как тот зародился, какой путь прошел и почему до сих пор так важен.
Дмитрию Суворову удалось показать трагедию маленького человека, не эксплуатируя болезненные чувства потери и горя.
Французский режиссер попытался снять странноватую сказку о детях, ставших жертвами пороков взрослых.