Сверхъестественная чуйка в вопросах того, как надо снимать многофигурные авантюрные комедии, чтобы всем было весело, и просто их смотреть, не изменяет Ричи и здесь.
Кавилловского ведьмака будто бы срисовали с тонущих в тестостероне персонажей «Города грехов»: по-бульдожьи выпяченная чугунная челюсть, нашпигованный иголками взгляд и редкие, процеживаемые сквозь зубы, реплики.
Зрителю, который любит в хоррорах прежде всего мастерски нагнетаемую зловещую атмосферу, сериал, скорее всего, придется по душе.
С ремесленной точки зрения фильм обсуждать одновременно трудно, глупо и не нужно. С чисто человеческой, зрительской точки зрения, в конце хочется рыдать и сразу пойти на следующий сеанс.
Главная причина грядущего кассового успеха в том, что попросту сложно представить зрителя, который не захочет порекомендовать эту уморительную, яркую и добрую семейную сказку своим близким.
Если у Apple и получается вернуть телевидению что-то из 1990-х, то это та самая неловкость из-за того, что что-то смотришь, и не находишь в себе силы прекратить
В этом невеликом, но и нескучном фильме есть какая-то магия; он должен был получиться (и не получиться) именно таким, какой он есть. И к этой его магии обязательно стоит прикоснуться.
Скорсезе «Ирландцем» доказал, что и в 77 лет он вообще не потерял режиссерскую хватку и способен снимать криминальные драмы не хуже, чем 30 или 40 лет назад. И что сам жанр гангстерского кино — по‑прежнему актуален и способен будоражить зрителя.
В нарративном смысле «Мандалорец» застрял во вдоль и поперек перепаханном пространстве «саги о Скайуокерах».
Разыгрывая кажущееся искренним переживание по поводу смерти старого телевидения, сериал непосредственно является представителем тех, кто его убивает.
Все это так похоже на все остальные веселые фильмы о подростках-бунтарях и так не похоже на умницу Эмили Дикинсон
Между лихими и старомодными экшен-сценами фильм, увы, рассыпается на куски.
История так ловко закрючкована, изобилует такими неожиданными сюжетными поворотами и флэшбеками, что восемь получасовых серий смотрятся на одном дыхании.
По-настоящему захватывающим фильм делает его ключевой моральный вопрос, а комфортным, несмотря на страшную тему, — юмор.
Гиллиган все так же суров, не делает за нас выводов, не читает героям нотаций, не накручивает библейского или иного символизма.
Это типичная алленовская картина про выбор между разумом и чувствами — сценарий, который главный американский невротик отрабатывает уже не одно десятилетие.
Британские актеры, кажется, просто не умеют играть плохо, и пусть даже на материале русской истории вышла очередная развесистая клюква — зато это первоклассная, свежайшая клюква первого отжима.
Это яростная и остроумная критика сложившегося миропорядка, в котором обладающие властью могут уходить от ответственности, совершившие преступления — скрывать свои тайны, а попросту успешные — пользоваться привилегиями богатства, но уклоняться от любых обязательств перед остальными.
«Брачная история» — в первую очередь фильм двух по‑настоящему сильных актеров, позволяющий Йоханссон и Драйверу хоть ненадолго снять тесные костюмы супергероев.
Это одновременно экранизация и реальных обстоятельств жизни тинейджеров эпохи клауд-рэпа, и экранизация их мечтаний, иллюзий о красивом лайфстайле из сторис знаменитостей вроде Дэна Билзеряна, где все пьют, дуют и трахаются.
Своей почти процедурной драматургией, холодной палитрой и цепкой камерой «Куратор» очень близок к западным сериалам о природе власти.
Почти всегда остроумная, порою страшная и по-своему красивая притча поди пойми о чем. Режиссер и сценарист в хорошей форме, а содержание будьте добры придумать сами.
Сюжет о том, как Максим оставляет дом матери, парадоксальным образом не стал для самого Долана сюжетом о возвращении домой. Потому что старый режиссерский инструментарий ему больше не подходит, а новый он не нашел.
Fleabag смонтирован лихорадочно, если не сказать истерично, но это абсолютно современный, постъютьюбовский киноязык, на котором говорят двадцати-тридцатилетние независимо от прописки.
Смешной, а местами страшный арт-хоррор на очень важную тему. Это история о том, чем суррогатное счастье отличается от живого, требующего сверхусилий.
