«Не буди во мне киллера» — безобидное летнее кино. Будь оно снято лет двадцать назад, Макса, несомненно, играл бы Жан Рено. Ну что ж, его вполне успешно заменяет четырехкратный номинант на «Сезара» Франсуа Дамьен.
Не стоит ожидать, что «Извне» раскроет все в ближайшее время. Тем не менее, его стремительный темп, загадочные ужасы и талантливый актерский состав делают его одним из самых захватывающих сериалов ужасов, который нельзя пропустить.
Но притягательной атмосферой все и заканчивается. В «МДЖ» по-прежнему дубовый сценарий, развивающийся самым предсказуемым способом из возможных и отсутствие оригинального сюжета (при наличии фабулы).
«Цитадель» мало что может предложить зрителю, привыкшему к более сложным повествованиям, а здесь получающему какой-то проходной боевик родом из 90-х, который прикидывается новой «бондианой».
Так что если как возможность полюбоваться на очередные роли хороших актёров «Любовь и смерть» работает исправно, то с задачей выйти за рамки чего-то большего, чем очередное сериальное «мыло» (пусть и сделанное более качественно), этот сериал, увы, не справляется.
Маньяка залихватски играет Ви Ха-джун, один из героев «Игры в кальмара» (у него прекрасно получается то прикидываться мальчиком-ботаником, то обнажать зубы в незабываемом оскале чудовища). Может быть, один из недостатков «Не слышу зла» — то, что ты понимаешь: в реальной жизни глухонемая жертва не продержалась бы против такого и пяти минут.
«Грызня» — это черная комедия о конфликте на дороге, который становится катастрофой, но это не единственное, что делает этот сериал одним из самых ожидаемых и удивительных дебютов этого года.
В центре истории все равно трудный путь к счастью, но Карас каким-то образом удается не свалиться в стилистику субботних сериалов «России 1» — несмотря на то, что она активно использует клише из библиотечки «Тебе, режиссер сериалов для женщин».
Бондарчук и Андреева будто играют на ксилофоне в четыре руки — и никто из них не промахнулся мимо нужного брусочка, не ошибся с силой удара, не спутал темп.
Но как бы ни старались «Последние из нас» убедить свою аудиторию — и, возможно, самих себя — в том, что он может позаимствовать и улучшить триллеры о зомби, сериал не может предложить что-то действительно новое.
Главный просчет связан с главным героем. Шаляпину в сериале не дали ни истории, ни цели, ни задач, ни тайны за душой.
Вселенная «Фишера» густая и насыщенная, интонация — пронзительно честная и болезненная.
«Комплекс бога» — короткий мини-сериал на 5 серий, но медленный и неторопливый, оставляющий зрителю пространство для собственных размышлений. Гипертрофированный театральный символизм позволяет не принимать близко к сердцу драматические изгибы сюжета.
Даже если все закончится ни шатко ни валко, общественная польза от сериала налицо: в героях Ходченковой и Ворожцова нетрудно узнать даже не соседей или знакомых, а себя. Кто ты — тиран или жертва? И то и другое очень плохо, товарищ!
У Владислава Тирона в моменте выходит отличный Фандорин, умещающий в себе робость и смелость, неопытность и острый ум, готовность к авантюрам и истинное благородство.
Режиссеру 60 лет, и «Надвое» воспринимается как его фундаментальное высказывание о любви.
Интересно, чем закончится попытка взглянуть глазами современного человека на церковный мир. Попытка, судя по первым сериям, уважительная, аккуратная, даже осторожная.
Тарамаев и Львова взялись за вечную тему, упаковав ее практически в фантастический сюжет (ну какие, скажите на милость, дуэли в наш пошлый век?). Но именно этот ход позволил предельно обострить конфликт, сделать его максимально выпуклым.
«Плачь! Плачь! Плачь!» — всю дорогу шепчут тебе в ухо Дарденны. Поразительно, но говорят они это с каким-то леденящим спокойствием. Вероятно, в их картине мира все давно уже дошло до кристальной, действительно святой простоты.
В итоге сериал смотрелся как увлекательная сатирическая пьеса, в которой зритель может и усмехнуться над надуманными тяготами персонажей, и задуматься о чём-то своём, ощутив чувство знакомой тревоги.
Маскируя это настроение жесткой иронией и черным юмором, Волобуев говорит о проблеме если не всего поколения тридцати- и сорокалетних, то очень многих из них: ноющем ощущении собственной никчемности и ненужности.
В отношении серийных киллеров, кажется, Запад идет в правильном направлении — вот и из Джеффри делать симпатягу явно никто не собирается.
Все привычно врут друг другу и сохраняют видимость, что все хорошо. Самое страшное, что Алиса с этим не спорит — она уже выросла настолько, что приняла холодную тошнотворность мира взрослых.
Но есть и у «Игры на выживание» и фирменная черта: сюжетная небрежность, уже второй сезон кряду конфликтующая с элементарной бытовой логикой.
В руках Тодоровского актеры неплохо справляются, почти не вываливаясь за рамки образов в собственное, чересчур наполненное у обоих «я».
