Пусть камерный и низкобюджетный, но фильм, очевидно, поборется за звание самого страшного кино года — и одного из новых флагманских проектов студии A24.
«Запретный плод» не только изобилует отсылками к Библии и подростковым ромкомам, но и мастерски использует хоррор-штампы — они весьма остроумно и изящно вписаны в формально совершенно неподходящий антураж.
В итоге получается кино под стать книге, зрительское, то есть массовое, но при этом терапевтическое и глубокое, затрагивающее все еще местами табуированные темы и плоскость психологии, которая такая же медицина, как и все прочее, — с той лишь разницей, что самолечение в этом случае тоже допустимо и иногда весьма эффективно.
Уникальное аудиокино, которое как будто бы можно смотреть и с закрытыми глазами, ведь саундтрек, не только музыкальный, но и звуковой — отдельное, самостоятельное произведение искусства.
Подозрение в разные моменты падает на каждого, а финал, с нотками ужастика, снят динамично и также водит зрителя по нескольким ложным концовкам.
Само название фильма указывает на то, что любовь может быть нежизнеспособна, и тогда ей нужно дать умереть.
Очевидные и гуманистический, и романтический посылы невнятны, утопают в сменяющих друг друга музыкальных номерах, способных застрять в голове благодаря запоминающимся поп-мелодиями, но вовсе не из-за текста, который, к сожалению, в этой самой музыке теряет всю свою поэтическую магию и смыслы.
«Хроники русской революции» стали самой глобальной работой Андрея Кончаловского, но не самой лучшей.
Впрочем, если отбросить мысли о неизбежной конъюнктуре, стоит вновь отметить бережное отношение к литературному оригиналу, наиболее полно и достоверно с точки зрения формы перенесенному в этот раз на экран.
Конечно, авторы фильма художественно домысливают историю ее написания, связывая факты реальной биографии художника с деталями вымышленных экранных жизней. Все это не просто украшает ленту, делая ее своеобразным байопиком и биографическим эссе, но и добавляет магии.
Земекис изо всех сил старается не занудствовать по-стариковски, именно поэтому усиленно работает над формой — за ней, однако, по-прежнему скрывается теплый, ламповый режиссерский подход, умение создать удивительную, местами сказочную историю из каждой обычной человеческой жизни.
В итоге получается миниатюрная модель общества в целом и человеческой жизни в частности. Она сжимается до нескольких дней, в течение которых есть шанс придать ей какой-то смысл, совершить маленький подвиг, осуществить чью-то мечту или вовсе замахнуться на глобальное изменение всего вокруг.
Исключительно в рамках творчества Бессона, зрителей же, даже самых неискушенных, новому «Дракуле» удивлять нечем.
Сам факт того, что Токсичный мститель, выглядящий как классический злодей из комиксов, возведен в ранг супергероя, — остроумная находка. Еще и исполнение не подкачало, так что второсортное кино превратилось в маленький шедевр.
Простое и камерное кино — замкнутое пространство и лаконичность кадра создают нужное напряжение, а повторение действий рождает небывалый саспенс.
«Рецептом счастья» вроде как удается соблюсти баланс, и караоке-номера смотрятся скорее органично, чем чужеродно и нелепо.
Не самый слабый актерский состав не вытягивает фильм на уровень высокой драмы. И она остается проходной историей, которой не хватает глубины при всей извилистости.
«Затерянное место» заходит на территорию М. Найта Шьямалана, но в итоге не дотягивает ни до этого референса, ни до прошлых работ режиссера — даже при участии Холли Берри.
Впрочем, претензий никаких у картины нет. Это, можно даже сказать, семейный боевик, смысл которого сводится по большей части к многолюдным перестрелкам в рамках одной сюжетной линии.
«Хозяин» при всей мрачности своего контекста, говорящий на некогда казавшуюся вечно злободневной тему, сегодня выглядит чуть ли не ностальгическим. Устаревшим, беззубым, снятым на каком-то уже мертвом наречии.
Тонкая сатира и комедия на грани трагедии оказывается лучшим языком для разговора о том, что ушло — да недалеко. В фильме Мурешану, впрочем, смешного не так уж много, если не сказать, что совсем нет — разве что абсурд происходящего порой может вызвать горькую усмешку.
С другой стороны, можно и даже хочется воспринимать «Границу» как исключительно мистическую притчу, без второго дна и скрытых смыслов, рождающую подсознательную тревогу и вызывающую желание поплотнее задернуть шторы и не вглядываться ни в бездну, ни в чащу леса — чтобы никто не стал посматривать оттуда в ответ.
Происходящее на экране выглядит довольно нелепо и надуманно, пока не становится понятно, что так и задумано — авторы отказываются от серьезности и дают волю буйной фантазии, так что история превращается в забористый женский боевик, в котором нет ничего невозможного.
Изобретательные убийства, которым позавидовала бы сама Смерть из «Пункта назначения», соседствуют с подростковыми переживаниями, утрированными и местами также комичными, высмеивающими подобные же истории из классических фильмов ужасов — кровь и любовь рифмуются, и всю «глубину» этой рифмы в «Кровавом урожае» выворачивают швами наружу.
Нельзя не отметить весьма удачный кастинг — не только из-за внешнего сходства актеров с реальными прототипами их героев, но и благодаря проработке характеров, среди которых не оказывается в итоге совсем уж проходных и фоновых.
