В итоге получается не выдающийся, но весьма гармоничный микс сериала про подростков, детектива про семейные тайны и мелодрамы про первую любовь и курортные отношения.
Бурнашев, активно экспериментирующий с жанрами и в целом все больше исследующий зрительское кино, замахивается на хичкоковскую интригу и его саспенс. И замешивает приемы американского психологического триллера с якутским мистицизмом и паназиатской эстетикой малайзийской столицы.
Жесткость выбранной повествовательной манеры, как и нарастающее ощущение тревоги, подстерегающей опасности, держащей за горло и героинь, и зрителя, делает сериал не самым комфортным, удобным и приятным зрелищем. Вместе с тем подобная призма — самая честная в контексте темы и сюжета.
Это сериал, который не получится смотреть спиной из-за плотной концентрации действия на минуту экранного времени.
То, что должно стать самой высокой нотой и кульминацией, тонет в череде флешбэков, сновидений, переписок и разговоров, реальность которых остается спорным вопросом. Как и в целом, основной посыл — и преступление, и наказание бессмысленны и надуманны, хоть и не иллюзорны.
В потоке совсем уж низкопробного ширпотреба «жемчужины», вроде «Я отыщу тебя», остаются необходимым «гилти плежа».
Кейдж играет вроде бы неожиданную для себя роль — да и вообще это первый сериал в его карьере — в то же время словно предназначенную для него, так ловко удается актеру удерживаться баланс между фарсом и высоким искусством.
В каждой шутке — а воспринимать происходящее на экране серьезно нет никакой возможности — безусловно, есть доля правды. Но художественное утрирование и преувеличение, причем весьма схематичное, играют с сериалом злую шутку, превращая его в насмешку и пародию.
Это ровная, несмотря на взлеты и падения, история слегка приправлена французским, то есть довольно тонким и мягким, юмором, разветвляется личными, семейными линиями, а оканчивается триумфальным хеппи-эндом. Не было бы победы, не было бы и кино.
Режиссер Дэвид Фрэнкел со сценаристкой Эйлин Брош МакКенной подобрали для сиквела, наверное, идеальную формулу, совместив ностальгию с актуальной повесткой, чтобы угодить и лояльным фанатам, и более придирчивой молодой аудитории.
Пусть камерный и низкобюджетный, но фильм, очевидно, поборется за звание самого страшного кино года — и одного из новых флагманских проектов студии A24.
«Запретный плод» не только изобилует отсылками к Библии и подростковым ромкомам, но и мастерски использует хоррор-штампы — они весьма остроумно и изящно вписаны в формально совершенно неподходящий антураж.
История не превращается в чернушную социальную драму, сохраняя баланс между драмой и комедией — ни то, ни другое не превалирует, а интонация остается бережной, без манипуляций и спекуляций.
С одной стороны — очень рациональное кино, приоткрывающее зрителю порой трагические, но в то же время рутинные подробности работы психотерапевта. С другой — психоделическое путешествие в чертоги разума с отсылками к «Мастеру и Маргарите».
В итоге получается кино под стать книге, зрительское, то есть массовое, но при этом терапевтическое и глубокое, затрагивающее все еще местами табуированные темы и плоскость психологии, которая такая же медицина, как и все прочее, — с той лишь разницей, что самолечение в этом случае тоже допустимо и иногда весьма эффективно.
Целевая аудитория «Времени Счастливых» найдет себя в том или ином поколении: безусловно, это ностальгическая история, но не та, в которую непременно хочется вернуться, а та, без которой не стать самим собой.
Авторы сериала действительно следуют сюжету романа, не меняя ни персонажей, ни хронологию событий — основная работа происходит в плоскости визуальной интерпретации, которая здесь наилучшим образом подчеркивает процесс деградации и распада поначалу кажущегося идеальным, невинным и справедливым общества.
Уникальное аудиокино, которое как будто бы можно смотреть и с закрытыми глазами, ведь саундтрек, не только музыкальный, но и звуковой — отдельное, самостоятельное произведение искусства.
Градус за один эпизод поднимается на достаточный уровень, чтобы удержать внимание зрителя, которому остается гадать, куда двинется история дальше — и кто окажется реальным злодеем, ведь пока под подозрением все.
Синефильство Би Ганя, конечно, упоенное, местами вычурное и надменное, но в первую очередь искреннее: так любить кино невозможно специально или в корыстных целях — только по зову сердца, который подкрепляет необходимое мастерство (в нем автору уж точно не откажешь).
Шпионский триллер обрастает элементами модного тру-крайма, что, впрочем, идет сериалу на пользу: сюжет становится объемнее и не зацикливается исключительно на работе разведки.
История про обмен телами и превращение человека в животное — популярный кинотроп, но авторы «Жеки Рассела» весьма дерзко внедряют фантастические элементы.
Подозрение в разные моменты падает на каждого, а финал, с нотками ужастика, снят динамично и также водит зрителя по нескольким ложным концовкам.
Посыл незамысловатый, но облаченный в причудливую оболочку целого дивного нового мира, построенного на наивных, тонких, чувственных материях. Отторгающего насилие и приветствующего единение во имя высшей цели — сохранения окружающего равновесия и спокойствия.
Само название фильма указывает на то, что любовь может быть нежизнеспособна, и тогда ей нужно дать умереть.
