Хрестоматийный в своей самцовой вульгарности вестерн, основной претензией к которому может быть только скоропостижное закрытие после третьего сезона, коварно оборвавшее повествование на самом интересном месте.
«Настанет день» — достойное продолжение датской литературной традиции двадцатого века, богатой на тонкий психологизм в описании трагедий маленького человека, его чувств, а иногда и их отсутствия.
Джазовая ритмика криков уличных торговцев, ницшеанские рекламные образы на баннерах и щитах, энергетика городских страхов — все это приводит к выводу, что перед нами весьма удачный выбор для траты времени на один вечер.
«Двуличный любовник» снаружи кажется психоэротическим триллером, но внутри это метафизическое пыточное порно. Как если бы «Пилу» снимал сам Конструктор, будучи при этом не маньяком-инженером, наделившим себя правомочиями бога-судии, а настоящим маньячным демиургом
Печально, если вы вдруг ожидали от смурного костюмного триллера с маньяком и идущим по его следу полицейским чего-то запутанного и головоломного. Запутанное и головоломное почтительно снимает шляпу и удаляется, оставляя нас наедине с гимном эмансипации.
«Голем» — фильм такого рода, который можно при желании и не замечать. Но (тьфу-тьфу) стоит ему исчезнуть — и из образовавшейся на его месте прорехи повеет истинно могильным холодком.
В сказочный сюжет ввели здоровую долю юмора. В итоге «Последний богатырь» смотрится как ситком — комедия ситуаций, что только пошло сказке на пользу.
Понапиханные скопом в непродуманный мир и объединенные недопридуманным сюжетом персонажи, половина из которых вообще не нужна, минимум экшна при максимуме брожений и диалогов, раздражающе говорливый, мерзенький и эгоистичный главный герой — как говорил Николай Озеров (почти), такое фэнтези нам не нужно.
«Двуличный любовник» долго водит зрителя за нос только для того, чтобы огорошить самым очевидным финалом, путь к которому усеян множеством сценарных дыр. Не худший вариант, чтобы скоротать пару часов ближайшего уик-энда в кинотеатре, но тем, кто по старой памяти «идет на Озона», тут ловить почти нечего.
Отличная актерская игра, правдивость изображаемого на экране, тщательно продуманный сценарий, где практически каждая реплика — причем обычно незамысловатая — становится мелким, но поразительно тонким и четким штрихом, высвечивающим новые грани повседневной реальности.
Самый главный вопрос, который ставит режиссер, достаточно смел: это не извечное «почему?», с поиском понравившегося ответа и последующей подверсткой сценария с бóльшим или меньшим мастерством по части достижения поставленной цели. Куда более важный вопрос — «зачем?»
Хроники борьбы гегемона демократии с ошметками коммунизма в изложении Дага Лаймана представляют собой гомерически смешной сатирический эпос. Дядя Сэм его знает, насколько все показанное соответствует действительности, но если хотя бы половина — правда (а скорее всего, правды тут куда больше), то «Сделано в Америке» лупит по этой самой Америке сильнее и больнее, чем иная документалка Майкла Мура.
Далеко не совершенный, но в целом качественный образец кинематографической беллетристики, где исторический факт и вымысел — элементы равно необходимые.
Сделано в Америке» — двоюродный брат «Форреста Гампа». Но если «Форрест» был духоподъемной патриотической драмой, сладким лекарством от всех посттравматических американских шоков XX века, то «Сделано в Америке» — фильм, демонстрирующий недавнюю историю Америки в предельно циничном и критическом ключе.
«Подпольная империя» — тот счастливый случай, когда создателям позволили рассказать историю до конца и достойно закольцевать непростые сюжетные линии.
Когда понимаешь, как в этом фильме можно было расставить акценты, и видишь, что они расползлись, тогда жалеешь, что кино затянуто. Но что-то тебе все равно в нем близко.
Такое визуальное пиршество вам в следующий раз предложат нескоро, а по части интеллектуальной состоятельности и эмоционального накала новая картина канадского режиссера оставляет большинство новых жанровых родственников далеко позади.
Играйте во что угодно, только не в теннис. Если именно к этой мысли подводит по-скандинавски медлительно-задумчивый фильм Януса Меца Педерсена «Борг/Макинрой», то, вне всяких сомнений, он удался.
В центральном мотиве фильма — андроиду кажется, что он человек — сложно не увидеть метафору творческого пути режиссера Вильнева. Он-то думал, что он творец и создатель миров. А оказался всего лишь механическим пианино, за которое все давным-давно придумали по-настоящему талантливые люди.
Режиссерская работа Джулиана Фарино и сценаристская обработка Стивена Бутчарда берут за основу острые и сильные переживания героев восьмидесятых, перенеся события в современную эпоху и, вместе с этим, лишив происходящее всякого драматизма. Симптоматично и грустно, но тем не менее достаточно верно
Педерсена можно похвалить за то, что он долго «разжевывая» две первые части фильма, собирается ближе к финалу. Шайя ЛаБаф и Сверрир Гуднасон играют так, словно они и есть чемпионы тенниса.
Карнавал» — действительно один из лучших сериалов в истории человечества, и здесь двух мнений быть не может.
Здесь редкая для современного искусства магия узнавания изображенного, фильм воспринимаешь как продолжение собственной жизни — им рулит шекспировское «глаза зрачками в душу».
В сердцевине «Ниндзяго» — история о торжестве семейных ценностей и взаимоотношений отцов и детей, разжеванная до состояния каши, которая приправлена большим количеством сладкого варенья. Для детского организма оно, может быть, и ничего, но в «Лего», похоже, забыли, что за билеты в кино платят все-таки люди чуть старше
«Аритмия» — это кино не только прекрасно исполненное (благодаря Александру Яценко и Ирине Горбачевой, которые чудо что творят), простое, понятное, чуткое. «Аритмия» — кино очень важное.
