От летнего лагеря до Джейсона в космосе: краткая история франшизы «Пятница, 13-е»

Как появилась «Пятница, 13-е»

Слэшер оформился как самостоятельный поджанр хоррора в 1970-е. Американское общество переживало финальную стадию войны во Вьетнаме и ее последствия, а убийства, совершенные «Семьей» Чарльза Мэнсона, разрушили иллюзию безопасности пригородов. Неудивительно, что фильмы ужасов стали зеркалом тревог и страхов эпохи. «Техасская резня бензопилой» (1974) показала насилие в глубинной части страны. В слэшере Тоуба Хупера родился каноничный для жанра антагонист — убийца в маске.

На смену Кожаному лицу пришел Майкл Майерс из «Хеллоуина» (1978), который воплощал собой образ «зла по соседству». У маньяка в белой маске не было мотивов и глубокой предыстории. Он был скорее пугающей абстракцией, воплощением страхов пригородной жизни. «Мне сказали, что от Майерса ничего не осталось. Ни разума, ни совести, ни понимания», — говорил в фильме доктор Лумис.

«Пятница, 13-е» (1980) абстрагировалась от ужасов одноэтажной Америки и превратила пространство летнего лагеря в ночной кошмар. Этот слэшер снял Шон С. Каннингэм, работавший с Уэсом Крэйвеном над «Последним домом слева» (1972) в качестве продюсера. «Пятница, 13-е» изначально была «Долгой ночью в кровавом лагере», которая стилистически и сюжетно ориентировалась на «Хеллоуин» Карпентера. Однако позже режиссер Шон С. Каннингэм и сценарист Виктор Миллер сделали свой слэшер более оригинальным. «Идея летнего лагеря возникла из моего ощущения, что нам нужно место, где молодые люди полностью отрезаны от помощи взрослых, — это основная идея „Хеллоуина“. Идея о том, что Джейсон умер до начала фильма, также возникла из концепции „Хеллоуина“ — из-за существования предшествующего зла; если я правильно помню, Майкл Майерс убил няню (на самом деле — свою сестру Джудит. — Прим. ред.). Остальная часть истории появилась в результате выбора места действия и идеи о том, что один за другим отдыхающие будут уничтожены самой заботливой (и безумной) матерью в мире, миссис Вурхиз», — вспоминал Виктор Миллер.

«Пятница, 13-е» была революционной и потому, что скрывала от зрителя реальное лицо антагониста вплоть до шокирующей развязки. Создатели фильма часто показывали изощренное кровопролитие от лица убийцы, о чьей природе аудитория даже не догадывалась. После череды ударов ножом Шон С. Каннингэм обнаруживает истинное зло под личиной сломленной горем матери. Из-за халатности вожатых Памела Вурхиз потеряла своего сына Джейсона. После случившейся трагедии скорбящая мать терроризировала лагерь «Хрустальное озеро», когда его попытались снова открыть. По уровню безумия антагонистка была близка к Норману Бейтсу из «Психо» (1960). Голос сына твердил миссис Вурхиз: «Убей, мамочка», и она убивала. У многих франшиза «Пятница, 13-е» прочно ассоциируется с маньяком Джейсоном, который носит хоккейную маску и орудует мачете, но все беды «Хрустального озера» начались именно с Памелы.

Впрочем, ее сын в оригинальном слэшере все же появляется — чтобы шокировать зрителей после хеппи-энда. «Я закончил сценарий, когда однажды утром мне позвонил Шон [Каннингэм] и сказал, что нам нужен „прыжок со стула“ для финала фильма. Я спросил: „Ты имеешь в виду, как рука, вылезающая из могилы в «Кэрри»?“ Шон ответил утвердительно, и поэтому я написал сцену, где Джейсон выпрыгивает из воды, используя практически кадр за кадром концовку „Кэрри“, включая появление [последней] девушки на больничной койке. Я не особенно гордился тем, что так прямо „заимствовал“ сцену из другого фильма, но, оглядываясь назад, могу сказать, что это определенно хорошо сработало», — рассказывал Виктор Миллер.

Эволюция Джейсона и всей франшизы

«Пятница, 13-е» создала золотую формулу для слэшеров о резне в летнем лагере. Фильм Каннингэма популяризировал сюжет «несколько подростков отправляются в глушь, где их преследуют и убивают одного за другим». Кроме того, «Пятница, 13-е» задала новые правила игры для летних хорроров. Жертвами маньяка чаще всего становятся безрассудные юноши и девушки, которые либо раздеваются в кадре, либо предаются плотским утехам.

Вскоре «Пятница, 13-е» уже обзавелась двумя сиквелами, главным антагонистом которых выступил Джейсон Вурхиз. Сначала он носил мешок на голове, а затем заполучил культовую хоккейную маску. Главный атрибут Джейсона появился случайно. Супервайзер 3D-эффектов Мартин Джей Садофф был фанатом хоккея и принес на съемки «Пятница, 13-е — Часть 3» вратарскую маску «Детройт Ред Уингз». Она очень понравилась режиссеру Стиву Майнеру. Маску в итоге видоизменили и надели на Ричарда Брукера, сыгравшего Джейсона в третьей части франшизы. Так маньяк из «Хрустального озера» получил свое фирменное «лицо».

После четвертого фильма, «Пятница, 13-е — Часть 4: Последняя глава» (1984), география франшизы начала расширяться, а ее мифология — приобретать сверхъестественный окрас. Помимо летнего лагеря, Джейсон Вурхиз начал атаковать людей в пригородах и мегаполисе. Из антигероя с детской травмой он, как и Майкл Майерс, превратился в бессмертное зло, от которого не спасает даже молитва («Пятница, 13-е — Часть 6: Джейсон жив!»). За десятилетия Джейсон обрел статус мифического «санитара леса»: антагонист раз за разом возвращается, чтобы восстановить порядок в мире, который с годами становится только громче, свободнее и сексуальнее. Когда до франшизы добрался кризис идей (убийца застрял в образе сверхъестественного монстра), режиссер Джеймс Исаак достал козырь из рукава — фантастический взгляд на концепцию маньяка. Снятый им «Джейсон Х» (2000) предложил развлекательный блокбастер в духе «Чужого», только с маньяком в хоккейной маске вместо ксеноморфа, но фантастическое переосмысление «Пятницы, 13-го» не смогло реанимировать франшизу. «Джейсон Х» был нелепым во всем, начиная от сеттинга и заканчивая сюжетом о бюрократе, который хочет использовать «безграничные регенеративные силы» Вурхиза в собственных целях.

Кроссовер и перезапуск

Взбодрить изжившую себя серию слэшеров удалось кроссоверу «Фредди против Джейсона» (2003). Фильм, объединивший вселенные «Кошмара на улице Вязов» и «Пятницы, 13-го», показал легендарное противостояние двух хоррор-икон через гротеск. Слэшер, который снял Ронни Юй, сделал молодых людей еще тупее и похотливее, чем обычно. Юмор был на уровне «Очень страшного кино», а кровавая баня разыгралась на фоне схватки травмированного буллингом Джейсона и демона из ада Фредди Крюгера. Кроссовер стал культовым, потому что столкнул главных монстров одного поколения и предложил неожиданное прочтение лора «Кошмара на улице Вязов» и «Пятницы, 13-го».

Подражатели и последователи

В 1980-х произошел настоящий бум слэшеров о резне в летнем лагере. Некоторые из них пытались быть оригинальными, другие — подражали хоррору Каннингэма. В «Сожжении» (1980) отдыхающих терроризировал маньяк с ножницами. Его личную мотивацию оценила бы мать Джейсона. Миссис Вурхиз мстила за существование «Хрустального озера» после гибели сына, а обезображенный после жестокой шутки подростков Кропси из «Сожжения» спустя пять лет начинает убивать ребят из соседнего лагеря.

«Безумец» (1981) тоже вдохновлялся идеей о зловещем отшельнике, который преследует вожатых. В «Спящем лагере» (1983) убийца атаковал тех, кто домогался и травил девочку по имени Анжела. Вслед за «Пятницей, 13-м» слэшер шокировал зрителей финальным твистом, раскрывающим не только реальную личность убийцы, но и его идентичность. «Кровавая игра» (2000) эксплуатировала эстетику 1980-х и позаимствовала из «Пятницы, 13-го» сюжет о рискованном возрождении летнего лагеря.

В XXI веке хорроры берут за основу сюжет о серийном убийце, который охотится на подростков, но добавляют туда новое измерение. «Последние девушки» (2015) представляют собой слэшер в слэшере и, подобно «Крику» (1996), бодро проходятся по жанровым клише. Главная героиня попадает в популярный фильм ужасов о маньяке в летнем лагере, в котором снималась ее мать.

Польский хоррор «В лесу сегодня не до сна» (2020) высмеивает зависимость детей от гаджетов, пока те пытаются пережить очередную ночь в глуши, где обитают мутанты. «Улица страха. Часть 2: 1978» (2021) разбавляет ностальгию по «Пятнице, 13-му» (невыносимых подростков убивает маньяк с топором) мистическим сюжетом о проклятии ведьмы. А «Подростковый секс и смерть в лагере „Миазма“» (2026) переосмысляет связь слэшера и сексуальности. Фильм Джейн Шёнбрун работает как любовное письмо жанру, но при этом рассматривает знакомые тропы в новом контексте. Героини в «Миазме» получают удовольствие от близости, только если дают волю эротическим фантазиям о слэшерах. Одна из них представляет, как маньяк из ужастика о летнем лагере наблюдает за ней во время секса, а затем убивает. Другая — представляет себя «последней девушкой». Шёнбрун делает оммаж «Пятнице, 13-му» и в то же время говорит о природе желания и обретении идентичности через одержимость жанровым кино.

Как «Хрустальное озеро» работает с наследием «Пятницы, 13-го»

Создатель и шоураннер Брэд Калеб Кэйн («Оно: Добро пожаловать в Дерри») рассказывает историю становления Памелы Вурхиз, которая теряет своего единственного сына во время летней смены в детском лагере. Сходя с ума от горя, женщина ступает на путь насилия. «Хрустальное озеро» раскрывает трансформацию антагонистки первой «Пятницы, 13-го» — из заботливой матери особенного ребенка в одержимую маньячку. В центре внимания сериала оказываются ее терзания и прогрессирующая жестокость.