Эннио Морриконе — один из самых известных композиторов в кино, автор музыки к фильмам «Однажды в Америке», «Профессионал», «Хороший, плохой, злой» и «Двадцатый век». 5 мая в прокат выходит картина «Двое во Вселенной» Джузеппе Торнаторе. Саундтрек к ней также написал Морриконе. КиноПоиск решил разобраться, откуда у 87-летнего музыканта берутся силы и вдохновение, которым позавидуют молодые.
Эннио Морриконе — один из самых известных композиторов в кино, автор музыки к фильмам «Однажды в Америке», «Профессионал», «Хороший, плохой, злой» и «Двадцатый век». 5 мая в прокат выходит картина «Двое во Вселенной» Джузеппе Торнаторе. Саундтрек к ней также написал Морриконе. КиноПоиск решил разобраться, откуда у 87-летнего музыканта берутся силы и вдохновение, которым позавидуют молодые.
Многие зрители представляют Эннио Морриконе как таинственного бродягу с губной гармошкой из фильма «Однажды на Диком Западе», чье появление всегда выглядит грозно. На самом деле 87-летний композитор больше напоминает пожилого советского физика — спокойного и опрятного трудоголика-исследователя с умными глазами, которые поблескивают из-под очков.
При ближайшем рассмотрении его биографии и творчества схожесть с ученым усиливается. Хотя Морриконе не поверял алгебру гармонией, как Сальери в маленькой трагедии Пушкина, но он явно всю жизнь старался это сделать. Он критически относится к идее вдохновения, говоря: «Меня вдохновляет сам фильм, а помогает не поэтическая муза, но накопленный опыт. А вдохновение — это выдумка романтиков, которые верят, что творческие идеи художнику диктует едва ли не сам Господь Бог». Возможно, именно это убеждение и позволило ему написать партитуры к такому большому количеству фильмов, что исследователи сбиваются со счета (в самых полных фильмографиях Морриконе упоминают от 450 до 530 фильмов).
Расписание дня Эннио Морриконе не менее строго и рационально: ежедневный подъем в 4:30, зарядка, прогулка по дому, кофе (без кофеина) и отбой в 22:00. В остальное время Морриконе занят работой, количество которой не уменьшается с годами, а растет в геометрической прогрессии. Видимо, за счет того, как легко его гармоничная и тональная, но при этом самобытная и узнаваемая музыка приходится по душе культовым режиссерам с хорошим прокатным потенциалом.
Морриконе / Бертолуччи («Перед революцией», 1964)
По семейному преданию писать музыку Эннио Морриконе начал еще в шесть лет. В 1938 году, когда ему исполнилось десять, Морриконе поступил в консерваторию святой Цецилии, покровительницы музыки, и получил диплом по классу трубы (трубачом был его отец, Марио Морриконе), а после и второе высшее как дирижер. К 33 годам он впервые написал музыку для кинофильма. Его дебютной работой стал «Фашистский вожак» Лучано Сальче. Уже в 1964 году Морриконе познакомился с Бертолуччи. Позже он напишет музыку к фильмам «Двадцатый век» и «Луна».
В том же году Морриконе начал сотрудничать с классиком спагетти-вестернов (и по удачному совпадению своим одноклассником), Серджио Леоне. Именно с ним Морриконе по-настоящему раскрыл свой талант для киноиндустрии. Он не только сочинял мелодии, которые навсегда врезались в память зрителей, но и проявлял изобретательность. К примеру, использовал оригинальные сочетания инструментов (оркестр с губной гармошкой), а то и вовсе вплетал в композиции звуки выстрелов и подбирал необычные тембры — от звона колоколов до хулиганского насвистывания.
Морриконе / Леоне («Хороший, плохой, злой», 1966)
Интересно, что амплуа композитора для вестернов, которое прикрепилось к нему после работы с Леоне, Эннио Морриконе при этом не раз отрицал: «Я не писал музыку для вестернов. Я писал для фильмов Серджио Леоне». Впрочем, не только для Леоне, а еще для Терренса Малика, Брайана де Пальмы, Дарио Ардженто, Оливера Стоуна и других крупных режиссеров. С таким портфолио совершенно неудивительно, что к Морриконе обратился и главный киноман земного шара, молодой и амбициозный Квентин Тарантино, который мечтал заполучить именитого композитора для своих фильмов.
Но до золотой статуэтки «Оскар» за лучшую оригинальную музыку к «Омерзительной восьмерке» было еще далеко. Поначалу Морриконе без особого энтузиазма отнесся к предложению Тарантино. Наверняка суетливый и назойливый почитатель в глубине души раздражал рассудительного итальянца. Разозлило его и дерзкое предложение от Тарантино приехать в США только для того, чтобы написать фрагмент длиной в две с половиной минуты для первой части «Убить Билла». Морриконе отказался, а Тарантино пришлось вставлять в свои фильмы («Бесславные ублюдки» и «Джанго освобожденный») архивные композиции.
Морриконе, «Ancora Qui»
Отношения их все это время оставались напряженными. В 2013 году композитор даже жаловался на Тарантино студентам римского университета LUISS: «Я бы не хотел с ним еще раз пересекаться ни на одном проекте. После „Бесславных ублюдков“ он звал меня работать над следующим фильмом (имеется в виду как раз «Джанго» — Прим. ред.), но я ответил, что не смогу, потому что он дает мне слишком мало времени. Работать с ним — пустая трата сил, потому что он использует музыку крайне необдуманно». И тем не менее через пару лет, во время работы над «Омерзительной восьмеркой», настойчивость Квентина Тарантино все-таки победила, и маэстро сел за рояль. И остался доволен. До этого у Морриконе было пять номинаций на главную кинопремию США, но статуэтка досталась ему лишь в этом году.
Морриконе / Тарантино («Омерзительная восьмерка», 2015)
Хотя имя Морриконе навсегда связано с миром кино, пожилой композитор занят не только саундтреками. Он пишет академическую музыку, дирижирует оркестром (опять же только при исполнении своих работ) и слушает любимых композиторов — Монтеверди, Палестрину, Баха, Луиджи Ноно, Веберна, Шёнберга, Стравинского.
А еще Морриконе неплохо играет в шахматы. Даже в них он демонстрирует свои отличительные черты — упорность, работоспособность и обстоятельность. По ту сторону доски от Морриконе сидели гроссмейстеры Гарри Каспаров, Борис Спасский и Анатолий Карпов. Насчет результатов матчей Морриконе говорит, как всегда, деликатно, спокойно и с достоинством: «В большинстве случаев я имел честь проиграть, ведь я вхожу всего лишь во вторую национальную шахматную категорию Италии». И учитывая, насколько упорно Эннио Морриконе идет вверх в карьере, не собираясь останавливаться даже в 87 лет, кто знает, может быть, скоро невозмутимый композитор с лицом физика и душой ковбоя тоже станет шахматным гроссмейстером.