Итоги-2025: версия Зельвенского. Стивен Кинг, Сидни Суини и семейные ценности

В декабре Станислав Зельвенский традиционно вспоминает фильмы и людей, о которых говорили в течение года, а также делится собственными фаворитами.

«Битва за битвой» Пола Томаса Андерсона — самый значительный фильм года, и один из главных его козырей — очередная грандиозная роль ДиКаприо, яростная и смешная. Вполне возможно, это будет его второй «Оскар». 51-летний актер очень редко играет отцов, тем ценнее этот опыт: отношения Боба и дочери-тинейджера (имя не его, дочь тоже не совсем) — эмоциональное и смысловое ядро картины, которая прикидывается политическим триллером, но в первую очередь рассуждает о преемственности поколений.

Не путать с отцом года. Детей у героя F1 не наблюдается, поскольку они ему ни к чему: дети подразумевают передачу эстафеты, а у Сонни полно собственных амбиций. Впрочем, и молодым партнерам по команде, и техническому директору в разводе пригодится его ценный жизненный опыт. Брэд Питт продолжает с успехом отдуваться за всех бумеров, и элегантный, надежный, без сюрпризов, блокбастер Джерри Брукхаймера и Джозефа Косински влетел в кассовую десятку по итогам года.

Темные стороны материнства — одна из важнейших тем в кино после #MeToo. В этом году было несколько ролей на разрыв аорты — от «Я бы тебя пнула, если бы могла», за которую Роуз Бирн получила приз на Берлинале, до горячечного «Умри, моя любовь» с Дженнифер Лоуренс. Но никому не пришлось так тяжко, как жене Шекспира в «Гамнете» Хлои Чжао, и почти шаманская роль Джесси Бакли определяет фильм (в этой категории судьба «Оскара» как будто решена).

К «Орудиям» Зака Креггера могут быть вопросы, но икону стиля этот фильм создал точно: тетушка Глэдис со своим париком, очками и интересными цветовыми акцентами в одежде поселилась в хоррор-пантеоне с такой же уверенной легкостью, как в доме маленького Алекса.

Стеллан получил одну из самых интересных ролей своей блистательной карьеры в «Сентиментальной ценности» Йоакима Триера, где он несносный режиссер, ищущий потерянный общий язык с дочерьми. Билл редко, но исключительно метко появляется в «Оно: Добро пожаловать в Дерри» и прекрасно сыграл усатого преступника поневоле в «Проводе мертвеца», ретрокраудплизере Гаса Ван Сента. Александр — звезда красных дорожек благодаря картине «Седло», где он байкер из мира БДСМ.

Про нынешний политический хаос и ощущение тотальной беспомощности еще будет придумано, дай бог, множество фильмов, но какие-то сняли заранее. Самый безнадежный — триллер Кэтрин Бигелоу, в котором мы вместе с героями, раскрыв рот, наблюдаем за началом ядерной войны. Тем, кто предпочитает апокалипсис, оформленный в более задумчивом экзистенциалистском ключе, можно посоветовать «Сират» Оливера Лаше.

Герой, так или иначе доведенный до ручки и выбирающий путь насилия, появляется во многих фильмах — от «Пойман с поличным», криминальной фантазии Даррена Аронофски про Нью-Йорк 1990-х, до «Эддингтона», чернейшей ковидной сатиры Ари Астера. Самую радикальную трансформацию переживает в замечательном фарсе Пак Чхан-ука «Метод исключения» персонаж Ли Бён-хона: из прилежного семьянина и работящего менеджера бумажной фабрики — в серийного убийцу.

Саркастическая разговорная драма Луки Гуаданьино про cancel culture на примере секс-скандала среди философов Йельского университета избегает однозначных выводов и поэтому вызвала нервную реакцию у значительной части прессы и публики. На всякий случай едва не отменили самого Гуаданьино и его звездный актерский состав во главе с Джулией Робертс.

Линклейтер умудрился с разницей в несколько месяцев презентовать сразу два серьезных фильма, оба про середину прошлого века и оба про художников (правда, один из них находится в самом конце, а другой в самом начале творческого пути). В «Голубой луне» Итан Хоук гениально играет поэта-песенника Лоренца Харта, заливающего виски многочисленные раны личного и профессионального характера. «Новая волна» не без иронии, но с восхищением следит за Годаром, снимающим «На последнем дыхании». Оба фильма — чистое удовольствие. Среди других ударников производства — Стивен Содерберг и Осгуд Перкинс, но у тех результаты более неровные.

«Minecraft в кино», дурная, но обаятельная экранизация видеоигры, срывает банк благодаря мемности. Ребенок-зомби верхом на курице (моб на майнкрафтовском сленге), сражающийся на ринге с Джейсоном Момоа и Джеком Блэком, вызывает всемирное воодушевление подростков. Персонал кинотеатров, в особенности уборщики, недовольны; фильм собирает миллиард.

Под конец года пришла сенсация из мира слияний и поглощений: Warner Bros. уходит не к Paramount, как все ждали, а к Netflix. Сделка ценой в 83 миллиарда значительно меняет расклад сил на американском, а значит, и мировом медиарынке. Доминирующее мнение состоит в том, что это плохие новости для кинотеатрального проката и хорошие — для подписчиков Netflix, которые получат библиотеку от «Унесенных ветром» до «Друзей» и «Гарри Поттера». Что будет с HBO и HBO Max пока непонятно. Впрочем, сделка еще может сорваться, если вмешаются антимонопольные регуляторы. Кроме того, Paramount, у которой есть поддержка Трампа, тоже не сдается и хочет выкупить акции WB напрямую у акционеров.

Британо-японский конгломерат из вселенной «Чужого» продолжает агрессивно исследовать космическую фауну. В приятно удивившем новом «Хищнике» андроиды WY сталкиваются на далекой планете с молодым яутжа. В амбициозном сериале Ноа Хоули «Чужой: Земля» их корабль терпит крушение, соответственно, на Земле; в центре событий оказывается другая, конкурирующая (и столь же антигуманная) корпорация, но, судя по финалу сезона, «Вейланд-Ютани» решительно настроена выйти на передний план.

Из новостей не вылезал (до какого-то момента) Илон Маск, а на экранах строили козни его двойники. Настоящий глава Tesla, впрочем, так похож на бондовского злодея, что киношные тени явно ему уступают, даже коварный Лекс Лютор в «Супермене» Джеймса Ганна. В сатирическом «На вершине горы», режиссерском дебюте сценариста «Наследников», четверо нуворишей подбрасывают планету как сдувшийся мячик. В провальном сиквеле «Трона» действуют сразу два IT-миллиардера, плохой и для разнообразия хорошая. Кристоф Вальц (у которого за плечами бондовский Блофельд) сыграл озабоченного бессмертием богача в чудном новом сезоне «Убийств в одном здании» и заодно во «Франкенштейне» Гильермо дель Торо.

У Пола Дано в этом году была всего одна роль (не считая камео в «Киностудии»): он играет человека, похожего на Владислава Суркова, в «Кремлевском волшебнике» Оливье Ассайаса — правдоподобной, но поверхностной хронике путинской эпохи с безупречным Джудом Лоу в роли российского президента. И этот фильм еще даже не вышел в прокат. Но в декабре Квентин Тарантино, разговорившись в подкасте Брета Истона Эллиса, вдруг решил сообщить миру, что Пол Дано испортил фильм «Нефть» и в целом он никудышный актеришка (осколками бомбы еще задело Оуэна Уилсона и почему-то Мэттью Лилларда). После этого, естественно, все, у кого есть доступ в интернет, в том числе знаменитости, написали, какой Дано молодец (а Тарантино — наоборот).

Каждый год — год Кинга, но нынешний особенно. Встык вышли (бледноватые) экранизации двух его старинных антиутопий — «Долгая прогулка» и «Бегущий человек». Модный Осгуд Перкинс адаптировал рассказ про игрушечную обезьянку. Вышел сериал по свежему роману «Институт». Подоспело очередное «Оно». Выглянешь в окно — там тоже сплошной Стивен Кинг.

Marvel и DC практически одновременно выпустили в июле свои долгожданные ребуты. У MCU началась очередная фаза, у DCU — и вовсе тотальная перезагрузка. В финансовом смысле получилась ничья: и те, и эти собрали не слишком много, но не катастрофически («Супермен» побольше). Как зрелище фильм Ганна определенно веселее и более мемоемкий (обезьяны-тролли и все такое), у «Четверки» весь пар ушел в декорации. С другой стороны, в следующем году за Marvel выйдут «Человек-паук» и «Мстители», а за DC, страшно сказать, «Супергерл» и «Глиноликий».

Актриса Сидни Суини оказалась в эпицентре культурных войн. Американские правые решили сделать ее своим анти-woke-символом — кажется, без ее особого участия, а просто потому, что она блондинка с большой грудью. С другой стороны, американские левые после рекламной кампании бренда American Eagle, обыгрывающей созвучие слов «джинсы» и «гены», обвинили ее чуть ли не в нацизме. К обсуждению Суини подключался даже президент Трамп. Что интересно, смотреть ее фильмы при этом никто не спешит. Скажем, боксерский байопик «Кристи», с которым актриса явно рассчитывает на призы, провалился в прокате самым жестоким образом.

До сих пор непонятно, что это было — роман двух харизматичных артистов с тяжелыми страницами в личной жизни или маркетинговый трюк нового «Голого пистолета». В любом случае, не растрогаться было сложно (нет, не в любом; если маркетинг — это низко). Что касается самого фильма, он вышел лучше, чем боялись, но хуже, чем надеялись. Среди критиков — Дэвид Цукер, настойчиво повторяющий, что их вариант был гораздо смешнее.

Великий комик Робинсон завоевывает все более широкую аудиторию своими странными, слегка сюрреалистическими зарисовками на тему офисной Америки и мужских комплексов. В фильме «Дружба» его герой срывается, когда терпит бедствие его броманс с соседом-метеорологом (Пол Радд). В сериале «Мебельная компания» он натыкается на глобальный заговор, когда падает со стула посреди презентации.

Тем временем Нэйтан Филдер, коллега Робинсона по кринж-комедии (термин, давно слишком узкий для обоих), тоже не сидит сложа руки: второй сезон его «Репетиции», посвященный гражданской авиации, привлек огромное внимание, особенно серия про музыкальные пристрастия героического пилота Салли Салленбергера.

Актеры и особенно актрисы все чаще пробуют себя в режиссуре. Этот тренд был хорошо представлен в Каннах, где в престижной программе «Особый взгляд» столкнулись работы Скарлетт Йоханссон (сентиментальная комедия про старушку), Кристен Стюарт (претенциозное арт-кино про пловчиху) и Харриса Дикинсона. Последний снял «Сорванца» — неожиданно ладную социальную драму в духе Майка Ли с отличной ролью Фрэнка Диллэйна.

Братья Сэфди разошлись в разные стороны, но недалеко: оба поставили фильмы для A24 про неврозы спортсменов. Бенни — «Крушителя» со Скалой в роли чемпиона UFC, Джош — «Марти Великолепного» с Тимоти Шаламе в роли чемпиона по пинг-понгу. «Машина» получила прохладные рецензии и камнем пошла ко дну в прокате. «Марти» пока видели только американские критики и разнообразные приближенные, но они в полном восторге, особенно от Шаламе.

Жанр комедии про отношения пребывает в плачевном состоянии, но все хорошо у Дакоты Джонсон. Актриса, чья мама когда-то играла в «Деловой женщине», а бабушка — в «Графине из Гонконга», своими искрящимися глазами и неуловимо печальной улыбкой освещает «Материалистку», неглупый ромком о манхэттенской свахе, и «Нескромных», уморительный секс-фарс на тему открытого брака.

Самым политизированным фестивалем в европейской большой тройке традиционно считается Берлинский, но сейчас подтягиваются и Канны с Венецией. В Каннах лучшим фильмом конкурса явно была «Сентиментальная ценность», но она осталась с серебром — жюри Жюльетт Бинош решило поддержать иранского диссидента Джафара Панахи и его «Простую случайность». В Венеции сложилась обратная ситуация: общественность дружно требовала наградить «Голос Хинд Раджаб» про Газу, но Александр Пэйн настоял (хотя в его жюри не обошлось без хлопания дверьми) на призе лирическому «Отец, мать, сестра, брат» Джима Джармуша. Забавно, что для Джармуша, как и для прошлогоднего венецианского лауреата Педро Альмодовара, это была первая победа на крупном фестивале.

В этом году ушли из жизни несколько всемирно любимых голливудских ветеранов: Роберт Редфорд, Джин Хэкмен, Дайан Китон, Вэл Килмер. Но самый ошеломляющий эффект произвела смерть Дэвида Линча. О его проблемах со здоровьем было известно, но казалось, что космические силы, с которыми он был на ты, попросту не могут такого допустить.

В блюзово-вампирском хите Райана Куглера «Грешники» Майкл Б. Джордан выдает каждому из своих близнецов-гангстеров индивидуальную харизму. Вообще же, многие актеры в этом году пробовали подобные роли: Де Ниро сыграл сразу двух криминальных боссов в «Мафиози», Тео Джеймс — братьев в «Обезьяне», Эль Фаннинг — двух андроидов, хорошего и плохого, в «Хищник: Планета смерти». Особенно постарался Роберт Паттинсон. К сожалению, все его клоны не смогли сделать «Микки 17» Пон Джун-хо удобоваримым продуктом.

Только человек с осанкой Идриса Эльбы может в один год сыграть британского премьер-министра и американского президента. В «Главах государств» Ильи Найшуллера он чистит рыла гопникам из Беларуси, в «Доме из динамита» Кэтрин Бигелоу готовится жать на красную кнопку.

В прекрасном «Секретном агенте» Клебера Мендонсы Филью о годах диктатуры в Бразилии действует откушенная акулой волосатая мужская нога, которая нападает на людей. В «Хищнике» героиня Эль Фаннинг дает собственной ноге пять (трудно объяснить — надо видеть). Наконец, ноги Педро Паскаля — важный и самый тревожный элемент «Материалистки».