«Человек ниоткуда» оказывается не условным «вызовом» всем этим жанрам и кинотрадициям скопом, и даже не размышлением о «временеми первых», а, скорее, вечным «салютом» настоящей любви, которая и есть главные движущая сила и воспоминание всех эпох.