История, устало протискивающаяся сквозь типовые обручи семейного кинематографа — от разгрома в спальне до беготни по опасному конвейеру, разваливается на совершенно несмешные составные блоки и вызывает приступы удушья отсылами к малоприятным (а для нас еще и малознакомым) явлениям массовой культуры.