Занятно, но из всего этого действительно вышел совершенно новый Холмс, чей гений не в дедуктивном копании мелочей, а в невероятном и совершенно очаровательном любопытстве к миру. Это у Дойла тоже есть — непрерывный легкий фанк — только позабылось за морфием, уликами и дедуктивными умозаключениями. И этот Холмс, странным образом, ближе многих прочих к оригиналу — по меркам своего времени великий сыщик был авантюристом и шалопаем, а Англия была жутким и блистательным местом, мало похожим на тот ванильный кекс, который возникает при словах «Бейкер-стрит».