Постановщица выстроила идеальный диалог между разными участниками конфликта, но по итогу, хоть и с вроде бы удачными мистическими, магическими допущениями, сделала его слишком прямолинейным. Из-за этой простоты теряется не только общий пафос картины — поэтическая голосовая часть быстро меркнет на фоне университетской дискуссии, — но и необходимость в видимом многоголосье.