Юбилеи августа: От «Шестого чувства» до «Прирожденных убийц»

Обсудить0

Продолжаем вспоминать великие фильмы прошлого. Микки и Мэлори против закона, Патрик Суэйзи против красной угрозы и Олег Басилашвили против плохих переводов. А также два Ефремова в одной комедии и шесть режиссеров в одном мюзикле! Что стоит пересмотреть в этом месяце, советует заместитель главного редактора журнала «Сеанс» Василий Степанов.

«Когда я стану великаном» — 40 лет

1 августа 1979 года

Инну Туманян нечасто поминают исследователи феминистской истории кино, а зря. Ни один из ее пяти полнометражных фильмов не прошел незамеченным. Худруком ее дипломной работы был Михаил Ромм, а затем она всю жизнь проработала на Студии им. Горького, детско-юношеской, основанной когда-то другим великим режиссером — Маргаритой Барской. В ее «Пятнадцатой весне» дебютировала школьница Татьяна Друбич. А в «Когда я стану великаном» первую большую роль сыграл школьник Михаил Ефремов.

Сегодня эту картину было бы правильно охарактеризовать как яркий пример постмодернизма. В конце концов, сценарий о поэте-хулигане Пете Копейкине представляет собой довольно хитрый палимпсест мотивов и сюжетных ходов из «Трех мушкетеров» и «Сирано де Бержерака» (с вкраплениями оригинальных текстов), но 40 лет назад «Когда я стану великаном» проходил по разряду школьного кино — безобидного и веселого времяпрепровождения. Есть от чего повеселиться и сегодня. Прекрасна, скажем, сцена, в которой Ефремов-старший, исполняющий роль какого-то важного человека из городского отдела народного образования, проводит воспитательную беседу с Ефремовым-младшим, а тот вольготно лыбится. Тем же, кто не склонен к сентиментальному воскрешению в памяти сцен из школьной жизни, хочется порекомендовать это кино как настоящую энциклопедию советской культуры: здесь вам и томик Вознесенского, и гастроли БДТ с Юрским.

«Шестое чувство» — 20 лет

2 августа 1999 года

В истории кинематографа есть немало героев, которые видят мертвецов, но не так уж много тех, кто рискнул обсудить эту проблему с детским психологом (Брюс Уиллис).

Парадоксальность связки смерти с детством, предъявленной Найтом Шьямаланом в дебюте и помогшей ему заработать немыслимые барыши в прокате, в каком-то смысле стала торговым знаком режиссера. Все его фильмы — парадоксы, смысл которых в резком переключении регистра, в твисте, переворачивающем сюжет с ног на голову. В такой мгновенной смене курса автор столь преуспел, что твистом в его фильмах теперь уже кажется отсутствие твиста как такового. В 1999 году финальный поворот «Шестого чувства» сбивал с ног. Спустя 20 лет было бы неплохо найти чистую душу, которой не заспойлерили сюжет, посадить такого зрителя перед экраном и на полтора часа оставить в этом положении, чтобы, вернувшись, проверить выражение лица.

«Красный рассвет» — 35 лет

10 августа 1984 года

Джон Милиус — легендарный ультраконсерватор Нового Голливуда, человек проспавший 1970-е с кольтом под подушкой, подаривший миру «Конана-варвара», а Фрэнсису Форду Копполе — сценарий «Апокалипсиса сегодня» — решает проклятый русский вопрос. Или, точнее, американский. Рассказывает о мире, в котором все рухнуло из-за слабости американской внешней политики. НАТО распался, США под давлением проклятых зеленых вывезли из Германии атомное оружие, армия советских пособников в Латинской Америке доросла по численности до полумиллиона и десантируется в штате Колорадо. Не ждали? Оказать сопротивление этой голодной орде могут только неуловимые мстители из местной школы.

К «Красному рассвету» можно относиться по-разному. Можно смотреть фильм как угарную клюкву или потихоньку ностальгировать (как, например, делают «Очень странные дела») по утраченному времени. Можно упиваться им как ярким примером реакционной риторики на последнем витке холодной войны или разглядеть в нем идеальное кино о пионерах-героях. Главные герои и правда скауты. Рецепты успеха в этом жанре не зависят от идеологического режима. Были бы Патрик Суэйзи да Чарли Шин, и любой агитпроп покажется умным, добрым, важным.

«Район № 9» — 10 лет

13 августа 2009 года

В 1982-м к проблеме апартеида в ЮАР прибавилась еще одна: над Йоханнесбургом зависла огромная летающая тарелка. Она не светилась небесными огнями и не издавала божественную музыку, как обычно это бывает в кино. Внутри было темно и влажно. Это было настоящее тараканье гнездо, пришельцы с хитиновым панцирем и усиками жалобно шевелили жвалами в лучах земных фонариков. Следующие 20 лет эти монстры провели в специальном гетто, поедая кошачий корм, перебиваясь мелким бандитизмом и терроризируя местное население — как черное, так и белое. И вот международное сообщество разрешило ЮАР выселить насекомых на 200-й километр. Операцией руководит мелкий клерк Викус Ван де Мерве.

Дебют специалиста по эффектам и анимации Нила Бломкампа — поразительный пример хай-концепта нулевых: социальная метафора пополам с саркастическим сай-фаем (рецепт Карпентера!). Фильм сделан с любовью к подробностям, отличным CGI, частично подан как мокьюментари. Увы, будущие достижения в карьере Бломкампа окажутся далеки от этого замечательного курьеза, сделанного при поддержке Питера Джексона. Ни прямолинейная антиутопия «Элизиум», ни инфантильный «Робот по имени Чаппи» не будут блистать новизной идей, а сам Бломкамп потеряется в короткометражных компьютерных экспериментах и рассказах о неслучившемся перезапуске «Чужого».

«Калигула» — 40 лет

14 августа 1979 года

1970-е в кино — время куртуазного разврата и порока. После «Декамерона» (1970) и «Цветка тысячи и одной ночи» (1974) Пазолини ставит «Сало, или 120 дней Содома» (1975). Душан Макавеев представляет необузданный «Сладкий фильм» (1974), Валериан Боровчик выпускает на волю куртуазного «Зверя» (1975). Миклош Янчо рассказывает сказки венского двора в своих «Частных пороках, общественных добродетелях» (1976). С Востока веет Осимой, который одну за другой ставит «Империю страсти» и «Империю чувств». Так что не стоит удивляться тому, с каким ледяным спокойствием участвуют в порнографическом пеплуме Тинто Брасса главные звезды британского кино Малькольм МакДауэлл, Хелен Миррен и Питер О’Тул. Не возбуждает ни хронометраж этой картины (два с половиной часа!), ни брутально-серьезный саундтрек, открывающийся прокофьевским «Танцем рыцарей» (из «Ромео и Джульетты»). Буквально через 20 лет тот же музыкальный задник встанет как влитой в балабановское садомазоретро «Про уродов и людей». Тинто Брасс, кажется, действительно хотел снять серьезное кино — в первый и последний раз. Неслучайно Гору Видалу заплатили 200 тыс. долларов за сценарий. Но что-то все-таки помешало. То ли особенности таланта, то ли конъюнктура развивающегося порнорынка, то ли продюсеры из Penthouse, которых автор будет винить за появление в фильме подлинно порнографических сцен. За художника вступятся американские власти, которые попытаются запретить ввоз оскорбительного «Калигулы» в США, и кинокритик Роджер Эберт, который назовет фильм «больным на всю голову, бессмысленным и постыдным мусором» — осуждение, звучащее завлекательней иной похвалы.

«Волшебник страны Оз» — 80 лет

25 августа 1939 года

Шесть режиссеров для одного фильма — не слишком ли это много? Производственную историю «Волшебника страны Оз» можно читать как «Десять негритят»: одного уволили, потому что запорол пробы Technicolor; другого — потому что чуть не отравил Железного дровосека краской с примесью алюминиевой стружки; третий не продержался и двух недель; четвертый оказался Джорджем Кьюкором и удрал делать «Унесенных ветром» (там он, впрочем, тоже надолго не задержался). Съемки длились почти полгода, а до этого почти год ушел на декорации.

Счастливчиком, завершившим проект, оказался Виктор Флеминг, который так насобачился работать с цветом, что заканчивал и «Унесенных ветром» (Селзнику предварительно пришлось выгнать с площадки Кьюкора). Что касается цвета, то «Волшебника» частенько называют первым техниколоровским фильмом на земле. Виной тому, очевидно, то, как драматургия фильма играет на контрасте цветного и нецветного — черно-белый Канзас после урагана расцветает всеми психоделическими цветами радуги. Но трехслойную пленку применяли и до «Волшебника», что, впрочем, не умаляет прочих его достоинств. Персонажи картины со временем превратились в культовые фигуры, чему немало поспособствовала ранняя телевизионная премьера в 1956-м, которая напомнила о детстве поколению, выросшему в бушующие 1940-е. После этого фильм с телеэкрана не сходил, а в радиолах надолго поселилась песня «Over the Rainbow», исполненная Джуди Гарлэнд. В 1970-е к фильму пристрастились и поколения помладше. Некоторые фанаты Pink Floyd, например, считают, что нет на свете ничего лучше, чем прослушать «Darkside of The Moon» во время просмотра «Волшебника страны Оз».

«Дворянское гнездо» — 50 лет

25 августа 1969 года

История, известная нам со школьной скамьи: Федор Иванович Лаврецкий (Леонид Кулагин), полумужик-полудворянин, возвращается из Парижа в родное имение. Дворня отрясает пыль с кресел и паутину с люстр, барин желает творогу со сметаной и присматривается к миловидной двоюродной племяннице (Ирина Купченко), благо жена застряла на чужбине да и вообще, кажется, умерла. Интересная подробность: Андрей Кончаловский, начинавший с неореализма «Аси Клячиной» и «Первого учителя», сделал свой сентиментальный оммаж старинной помещичьей России примерно в то же время, когда в бывшей Британской империи начали снимать свое ностальгическое литературное кино повзрослевшие «молодые рассерженные» Тони Ричардсон («Атака легкой кавалерии», 1968), Карел Рейш («Любовники Айседоры», 1968) и Джон Шлезингер («Вдали от обезумевшей толпы», 1967). Совпадение или нет, но Кончаловский оказался в международном тренде. Мягкие, точные цвета и предвосхищающая поздние метания Терренса Малика камера Георгия Рерберга, интонация рассказа об утраченном рае — все это окажется близко солидной платежеспособной публике по обе стороны океана. Следующий свой фильм Кончаловский поставит по международно конвертируемой русской классике («Дядя Ваня») и потом докажет состоятельность на территории жанра («Романс о влюбленных» и «Сибириада»), чтобы через несколько лет покинуть душный советский чулан в поисках американской мечты. Возвращение из США будет сродни фортелю Лаврецкого: заповедное царство запретов к 1990-м успеет обрасти паутиной и земляникой и покажется режиссеру-классику территорией возможностей.

«Прирожденные убийцы» — 25 лет

26 августа 1994 года

Когда-то давно, четверть века назад, вьетнамский ветеран Оливер Стоун, пусть и расследовавший тайну убийства Кеннеди, считался автором-постмодернистом по типу Тарантино (ну, может, чуть посерьезней). Порукой тому убеждению были «Дикие пальмы» и «Прирожденные убийцы», которые при всем своем сатирическом накале представлялись зрителям девяностых веселой поездочкой в духе «Настоящей любви». Да-да, «в девяностые убивали людей, и все бегали абсолютно голые» — Монеточка все правильно запомнила. Это было кино для продвинутой молодежи (номинация за лучший поцелуй от канала MTV), и молодежь его очень внимательно смотрела. Как стало известно позднее, подвигами Микки и Мэллори вдохновлялись, например, подростки-стрелки из печально известной школы «Колумбайн».

Сегодня красиво стартующий под мурлыканье Леонарда Коэна фильм кажется если не устаревшим высказыванием о вреде медиа и американского мифа, то вполне себе памятником бесшабашной эпохе, когда сексуальные убийцы еще могли катиться по бесконечной американе дайнеров и тюрем в статусе поп-кумиров, проповедуя свой личный закон шума и ярости в ожидании не пули, но просветления. Теперь, когда лихие 1990-е остались позади, Стоун, чей художественный нюх все-таки не подводит, вынужден искать своих героев в коридорах Кремля.

«Загадочный пассажир» — 60 лет

26 августа 1959 года

Блондинка-скандалистка в чужом купе, таинственный мужчина в черных очках и c проседью, полиция, идущая по следу жестокого убийцы, и несчастный влюбленный в исполнении легендарного Мачека Збигнева Цибульского (его жизнь завершится чуть меньше чем через 10 лет и тоже в поезде — актер не сможет заскочить на подножку уходящего состава и загремит под колеса). По заявке это настоящий нуар.

«Загадочный пассажир» выплывает под звуки переработанного джазового стандарта «Moon Ray» Арти Шоу (он же Артур Аршавский) и может показаться неподготовленному зрителю чем угодно — Хичкоком, Трюффо, — только не польским кино. Так по-западному он красив и стилен. И все же этот фильм — самый что ни на есть классический представитель польской школы кино, умудрившейся подарить и без того избалованной киношедеврами Европе конца 1950-х еще несколько великих картин и авторов. «Кавалерович, — будут писать о нем позднее польские критики, — один из немногих польских кинематографистов, для которых проблема формы имеет первостепенное значение, он всегда в поисках формальных решений». Но не формой единой. Виртуозный финал вырывает «Загадочного пассажира» из тисков хичкоковского (пусть и в мелодраматичном смысле этого слова) восприятия, превращая фильм из странноватого детектива в полноценную метафору польского послевоенного мира.

«Осенний марафон» — 40 лет

30 августа 1979 года

Есть вещи, на которые можно смотреть вечно, и среди них, конечно, пробежка переводчика Бузыкина по новостройкам Васильевского острова под звуки музыки Андрея Петрова. Самый страшный кошмар северо-западной культурной столицы наяву: лучший фильм о Ленинграде с его разводными мостами, интеллигентными врунами и опрятным романтическим алкоголизмом снят москвичами. Студийный логотип с рабочим и колхозницей и имя Георгия Данелии никогда не дадут об этом забыть. Конечно, не без помощи Петрова и Александра Володина, которые помогли перевести невскую тоску на общепонятный язык, и все же.

«Горестная жизнь плута» — так назывался сценарий Володина, и фильм рассказал не только о конкретном заплутавшем в женщинах и собственном вранье советском интеллигенте, но и шире, кажется, обо всем Советском Союзе, пребывавшем на пике летаргического застойного сна. Вот-вот этот сон должен будет оборваться сначала падежом вождей, а затем и эрой столь остро желаемой гласности. То, какой бывает она, эта гласность, впрочем, довольно наглядно демонстрирует зрителям финал фильма.

Смотрите также

Дело техники: Краткая история спецэффектов

11 июня
Дело техники: Краткая история спецэффектов

От Москвы до Плюка: Пересматриваем фильмы Георгия Данелии

5 апреля
От Москвы до Плюка: Пересматриваем фильмы Георгия Данелии

До самых кишок: Краткая история жестокости в кино

30 мая
До самых кишок: Краткая история жестокости в кино

«Волшебника страны Оз» назвали самым влиятельным фильмом в истории

30 ноября 2018
«Волшебника страны Оз» назвали самым влиятельным фильмом в истории

Главное сегодня

Что смотреть в кино: «Тайна печати дракона», Yesterday и «Между нами музыка»

Сегодня
Что смотреть в кино: «Тайна печати дракона», Yesterday и «Между нами музыка»

Опрос: «Друзей» назвали главным сериалом 1990-х

2 часа назад
Опрос: «Друзей» назвали главным сериалом 1990-х

Документальный сериал Джоны Хилла для Instagram и еще 10 новостей дня

Сегодня, 15:27
Документальный сериал Джоны Хилла для Instagram и еще 10 новостей дня

Видео дня: Шварценеггер издевается над ножом Сталлоне

Сегодня, 14:31
Видео дня: Шварценеггер издевается над ножом Сталлоне

«Мы открытая, безопасная страна»: Как Россия планирует привлекать иностранных кинематографистов

Вчера
«Мы открытая, безопасная страна»: Как Россия планирует привлекать иностранных кинематографистов

Хидэо Кодзима посетит ИгроМир-2019 в Москве

Сегодня, 13:31
Хидэо Кодзима посетит ИгроМир-2019 в Москве

Техническое чудо Энга Ли: Первые отзывы на фильм «Гемини»

Сегодня, 11:51
Техническое чудо Энга Ли: Первые отзывы на фильм «Гемини»
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт