Премия «Оскар» продолжает реформироваться, и в этом году к наградным категориям добавилась еще одна — «Лучший кастинг». Церемония 15 марта станет финалом многолетней борьбы американских кастинг-директоров за признание в качестве специалистов, творческих работников, полноправных участников процесса создания фильма, а не просто техперсонала. Рассказываем, за что именно будут вручать кастинговый «Оскар» и почему это произойдет только в 2026-м, спустя век после появления самой профессии.
Кто вообще такие кастинг-директора?
В американской киноиндустрии директора по кастингу, как правило, отвечают за селекцию всех артистов второго-третьего планов, чьи роли предполагают реплики (в театре они набирают и второй состав труппы). Выбор главных звезд обычно остается прерогативой режиссера с продюсерами и делается еще на стадии препродакшена: звезда — это лицо, под которое даются деньги. Часто эта работа начинается до съемок, на всевозможных встречах с инвесторами. Тогда актер или актриса числятся в титрах и как продюсеры.
Впрочем, бывает, что подобные продюсерские функции берут на себя КД, которые хедхантят исполнителей главной роли и получают соответствующую строчку в титрах. Например, взявшее три «Оскара» «Столкновение» Пола Хаггиса стало возможным благодаря работе кастинг-директоров Рэнди Хиллер и Сары Хэлли Финн. Именно они привели Дона Чидла в проект телевизионного режиссера Хаггиса (кстати, «Столкновение» и писалось как сериал; лишь из-за невозможности найти деньги на полноценный сезон оно было снято в формате кинофильма с нестандартной композицией). Присутствие актера уровня Чидла позволило пригласить в фильм Сандру Буллок, Терренса Ховарда и Мэтта Диллона, получившего за эту роль номинацию на статуэтку.
Неудивительно, что на фоне подобных ярких историй важность галереи третьестепенных лиц для облика и успеха картины кажется неочевидной. Тем не менее рисунок ролей второго плана определяет наше впечатление от фильма не меньше, чем, скажем, работа художников-постановщиков.
Возьмем для примера нынешних номинантов.
Кого и за что выдвинули на первый кастинговый «Оскар»?
На «Оскар-2026» в этой категории претендуют пятеро: Гэбриел Домингес («Секретный агент»), Нина Голд («Хамнет»), Франсин Майслер («Грешники»), Дженнифер Вендитти («Марти Великолепный») и Кассандра Кулукундис («Битва за битвой»). Если верить профессионалам, то наибольшие шансы у Нины Голд. Она уже получила награду своей гильдии. Но главным достижением кастинга «Хамнета» считается звездная пара центральных героев Джесси Бакли и Пола Мескала. Фоновые же персонажи оцениваются критиками как неагрессивный, комфортный ансамбль, не мешающий дуэту и создающий семейную атмосферу на экране (это подается как достоинство). Однако главная актерская пара была личным выбором Хлои Чжао, подхватившей проект после самоотвода Сэма Мендеса. Мескал, которого она прежде не видела в кино, сам вышел на Чжао и добился с ней личной встречи на «Теллурайде», Бакли же, с чьей работой Чжао была хорошо знакома, изначально была выбором номер один.
Если же верить прессе, фаворитом Академии станет Франсин Майслер. Из пятерых претендентов лишь у «Грешников» аж три номинации в актерских категориях. Плюс фильм уже получил награду Американской ассоциации критиков за актерский ансамбль — гремучую смесь звезд черного кино и колоритных непрофессионалов. Вишенка на торте тут — хип-хоп-поэт Сол Уильямс в роли проповедника и блюзмен Майлз Кэйтон в роли его сына Сэмми.
Вообще, обилие ярких типажей в эпизодах — бросающаяся в глаза особенность нынешних оскаровских фильмов. И в этом смысле куда интереснее работа Вендитти и Кулукундис. В «Марти Великолепном» кастинг ярких второстепенных ролей заточен под динамику их отношений с бешеным героем Шаламе (некоторые критики даже считают, что эти персонажи иногда перетягивают одеяло на себя), и непрофессионалов, выбранных Вендитти, сложно назвать людьми, впервые оказавшимися перед камерой. Кевин О'Лири, играющий бизнесмена, мужа героини Гвинет Пэлтроу, в жизни не только акула бизнеса, но и участник телешоу, а Tyler, the Creator (играет таксиста Уолли, друга Марти) — звезда экспериментального хип-хопа Западного побережья, известная своими психоделическими клипами, в которых сам играет полноценные мини-роли.
Кроме навыка работы с не-актерами (оцените, например, второй план «Крушителя», укомплектованный реальными бойцами ММА), Вендитти известна особым умением находить нестандартные лица вроде Одессы Эзайон в том же «Марти Великолепном» или недавно открытой ею уйгурской актрисы Себие Бехтияр. Именно Вендитти занималась кастингом «Бугонии», для которой она, например, нашла Эйдана Делбиса — замечательного актера с РАС, сыгравшего одного из двух похитителей героини Эммы Стоун.
Кассандра Кулукундис тоже славится умением найти нужное лицо в уличной толпе. В частности, она охотно включает в каст местных жителей, если съемки ведутся где-то на локациях. Именно так был заселен городок, рядом с которым скрывается от властей герой ДиКаприо в «Битве за битвой». Тюремную медсестру, которая помогает герою ДиКаприо бежать из-под ареста, играет реальная медсестра, работающая в тюрьме. Другая находка Кулукундис — Джон Хугенэккер, сыгравший в «Битве за битвой» Тима Смита, киллера, посланного убить героиню Чейз Инфинити. Пол Томас Андерсон искал на эту роль актера с армейским опытом, из семьи военных или, на худой конец, реального военного. Хугенэккер не только серьезный актер с шекспировским репертуаром в резюме, но и бывший курсант учебного корпуса младших офицеров запаса. Плюс для своих многочисленных ролей в боевиках (например, в «Джеке Райане») он проходил тренировки с «морскими котиками».
В актерском составе второго плана «Секретного агента», как и в остальных картинах-номинантах, смешаны звезды (Эрмила Гуэдес, Габриел Леони и Удо Кир в ярком камео пережившего холокост немецкого еврея, которого местные упорно считают ветераном вермахта), малоизвестные характерные актеры (в частности, Кайони Венансио, играющий грузчика-киллера с безумными глазами) и фактурные непрофессионалы (скажем, внезапно ставшая звездой 79-летняя Таня Мария, играющая хозяйку дома для беженцев; она уже появлялась в микроскопической роли в «Бакурау», предыдущей картине Клебера Мендонсы Филью). Ансамбль фильма тщательно подобран так, чтобы воспроизвести портрет бразильского общества полувековой давности, каким его помнит сам режиссер.
Тем не менее бразилец Домингес — наименее вероятный победитель. И не только потому, что «Секретный агент» — иностранный фильм, локальные нюансы кастинга которого могут ускользнуть от американских академиков. Другая причина низких шансов «Агента» в том, что Домингес — единственный мужчина из пяти номинантов. Дело в том, что многолетний конфликт между американскими кастинг-директорами и академиками, которые отказывались добавлять новую наградную категорию, не только классовый, но и гендерный. Сегодня профессия кастинг-директора считается внутри индустрии женской, и официальное признание ее академиками (три четверти из которых — это мужчины) понимается внутри цеха как признание невидимого женского труда. Впрочем, ровно в таком же невидимом положении до сих пор пребывают и мужчины — постановщики каскадерских трюков.
Но так было не всегда.
Как возникла профессия кастинг-директора
В эпоху расцвета классического Голливуда позиции КД на студиях-мейджорах занимали почти исключительно мужчины. Такое положение связано с фордистским распределением труда на конвейере по производству фильмов. Методичную работу по учету актерских кадров (составление карточек в бумажных базах данных, каталогизацию досье и т. п.) отдавали женщинам, а непосредственный поиск новых лиц — мужчинам. Да, в 1930–40-х кастинг-директора, точно так же как и сейчас, не занимались главными ролями, которые распределялись между пулом звезд, не выходящих за рамки своих стандартных амплуа и прикрепленных к студиям семилетними контрактами (каждый мейджор держал на контракте примерно 600 актеров). Однако этот пул требовал регулярного обновления и пополнения, и именно за это отвечали кастинг-директора студий-мейджоров.
Необходимость в постоянном притоке новых лиц производители фильмов осознали еще в 1910-е, когда обнаружилось, что зрители выделяют некоторых актеров и даже дают им прозвища (исполнители в раннем кино принципиально не указывались производителями в титрах). Например, первая кинозвезда в истории, Мэри Пикфорд, стала сперва известна публике как «девушка с золотыми кудрями» или Малютка Мэри. После прихода звука кастинговые департаменты превратились в огромные сложные организации, занимавшиеся не только подбором кандидатов на роли, но и их предварительным тренингом. Будущих звезд кастинг-директора искали по всей стране, отсматривая постановки на Бродвее, в театральных студиях и обычных школах, слушая радиопостановки и читая все доступные рецензии на премьеры. Перед кастингом они лично принимали участие в тренингах своих фаворитов, при этом на них еще работала команда рекрутинговых агентов, профессиональных хореографов и преподавателей актерского мастерства.
Сегодня, в эпоху онлайн-баз и зум-кастингов, поиск талантов уже не связан с такими физическими усилиями, а также почти не контролируется режиссером, который не посещает предварительные пробы и полностью полагается на дубли, предоставленные ему кастинг-директором. Однако тренд на работу с непрофессионалами, особенно в так называемом этническом касте, все еще требует интенсивного ресерча на земле. Так, часть исполнителей ролей второго плана для «Серьезного человека» братьев Коэн была найдена кастинг-директором Рэйчел Теннер по синагогам и еврейским школам Миннеаполиса, а в поисках исполнительницы заглавной роли для «Сокровища» Ли Дэниелса кастинг-директора Билли Хопкинс и Джессика Келли прочесывали общественные колледжи и фастфуды Гарлема.
К 1960-м годам студийная система рассыпалась, наступила эпоха Нового Голливуда, и кастинг-директора стали фрилансерами, часто имеющими свои небольшие агентства. В новом мире режиссеры получили исключительный статус авторов, стандарты актерской игры приблизились к психологической системе Станиславского, а условия найма актеров больше не предполагали семилетний гарантированный контракт с определенной студией, что сильно расширило (и затруднило) режиссерский выбор. На помощь пришли кадры из телевидения и нью-йоркского театрального мира, где кастингом традиционно заведовали женщины.
Именно так в индустрию ворвались две легендарные для XX века женщины — кастинг-директора Ширли Рич и Мэрион Догерти. Не будет большим преувеличением сказать, что вся история с добавлением кастинг-категории в оскаровские номинации исходно связана с желанием режиссеров, работавших с Догерти, отдать ей должное и сделать приятно.
Рич начинала в 1950-х с работы на знаменитый дуэт Ричарда Роджерса и Оскара Хаммерштайна и сотрудничала с MGM, потом делала кастинг для бродвейских мюзиклов Гарольда Принса и, наконец, открыла в 1969-м собственное агентство. Она специализировалась на кастинге актеров для маленьких незвездных ролей, при этом открыла, в частности, Шона Пенна, Джеймса Спэйдера, Эдварда Нортона, Тома Круза и Джадда Хёрша. Благодаря ей Пенн и Круз оказались в ролях курсантов в «Отбое», а Хёрш — в крохотной роли копа в «Серпико». Именно Рич собрала по диско-клубам Бруклина «банду Траволты» для «Лихорадки субботнего вечера».
Догерти провела 1950-е на телевидении. Она работала над сериалом NBC «Телевизионный театр Крафта», где с ролями одной реплики появлялись юные Джеймс Дин, Пол Ньюман и Уоррен Битти. Догерти же предложила режиссеру Джорджу Рою Хиллу Гленн Клоуз на роль матери заглавного героя в «Мире по Гарпу» (в результате актриса была номинирована на «Оскар»), она же настояла на том, чтобы Шлезингер взял никому не известного Джона Войта на роль «полуночного ковбоя» Джо Бака. В 1972-м Догерти удостоилась своего первого упоминания в открывающих титрах фильма в «Бойне № 5» Джорджа Роя Хилла. Впрочем, и тут всех опередил мужчина: Линн Сталмастер стал первым кастинг-директором, получившим свою строчку «casting by Lynn Stalmaster» в «Афере Томаса Крауна» (1968).
Почему кастинг-директора так долго не имели своего «Оскара»?
Но даже для такой мелочи, как упоминание в открывающих титрах, кастинг-директорам пришлось преодолевать сопротивление Гильдии американских режиссеров. Именно лобби режиссеров в Киноакадемии на протяжении десятилетий препятствовало появлению соответствующей оскаровской номинации. Постановщики настаивали на том, что они сами принимают все ключевые решения по части кастинга. Кастинг-директоров начали приглашать в Академию еще в начале 1980-х, однако не всегда с правом голоса. С конца 1990-х КД трижды пытались добиться своего профессионального подразделения в Академии и своей категории на «Оскаре», и каждый раз им отказывали на том основании, что они вроде как непонятно чем занимаются. Подбор актеров — это, мол, коллективный труд, который нельзя свести к работе одного человека. Fun fact: рабочие интересы кастинг-директоров c середины нулевых защищает профсоюз дальнобойщиков «Тимстерз» — тот самый, что фигурирует в фильме «Ирландец». Ни один профсоюз работников кино не соглашался принять их, считая подрядчиками, а не наемными работниками, в США же подрядчикам запрещено объединяться в профсоюзы. Лишь в 2005-м под угрозой забастовки «Тимстерз» Национальное управление по трудовым отношениям разрешило директорам по кастингу состоять в профсоюзах.
В 2010-м началась широкая общественная кампания за введение новой оскаровской номинации, и дело сдвинулось с мертвой точки. В 2012-м в рамках этой кампании на HBO вышел док Casting by, в котором благодарные режиссеры вроде Питера Богдановича, Мартина Скорсезе или Вуди Аллена превозносили труд Мэрион Догерти, Линна Сталмастера и их коллег (телевидение, кстати, оказалось более эгалитарным медиа, тут никогда не носились с режиссерами, а собственную категорию на «Эмми» наши герои получили еще в 1989-м). Вуди Аллен даже написал пламенное открытое письмо в Hollywood Reporter, где бил низкий поклон своему кастинг-директору Джулиан Тейлор, ученице Догерти.
Через год, в 2013-м, кастинг-директора наконец получили свою профсекцию в Академии. Через еще три, в 2016-м, Академики выдали почетный «Оскар» Сталмастеру, который, таким образом, стал первым кастинг-директором, получившим статуэтку. А в 2019-м президентом Академии стал Дэвид Рубин, отвечавший за кастинг в «Людях в черном», «Английском пациенте», «Талантливом мистере Рипли». Правда, официально новую категорию ввели в 2024-м уже при его сменщице, продюсере Джанет Янг.
На очереди постановщики трюков. Их с уважительной формулировкой «дизайн трюков» начнут награждать с 2028-го. А там, глядишь, вернется и номинация за лучший дизайн титров, отмененная с приходом звука.
Автор: Василий Корецкий (@kor-ko)
Фото: Los Angeles Examiner / USC Libraries / Corbis via Getty Images, ullstein bild / ullstein bild via Getty Images, Hulton Archive / Getty Images, TCD / Prod.DB Images / Warner Bros / Legion-Media, Polaroids by Jennifer Venditti