Статьи

«Фантомная боль»: интервью с Тилем Швайгером

Идеальная история должна полностью захватывать зрителей, вырывать их из реальной жизни и направлять их по сюжету, чтобы они ни разу не задумались о том, как играют актеры, например, или как то, что они видят на экране, сочетается с настоящей жизнью… Вот для меня идеал в этом
«Фантомная боль»: интервью с Тилем Швайгером

Тиль Швайгер — один из самых востребованных современных немецких актеров, часто снимающийся как в родной Германии, так и в американском кино, где одним из последних его достижений стало участие в «Бесславных ублюдках» Квентина Тарантино. Кроме того Швайгер давно и весьма успешно занимается режиссурой, например, снятые им картины «Босиком по мостовой» и «Красавчик» были неплохо приняты критиками и снискали любовь зрителей. В преддверии выходящего в прокат фильма «Фантомная боль», где актер занят в главной роли (он играет велогонщика, карьеру которого подрывает несчастный случай) КиноПоиск нашел телефон Тиля Швайгера, и стал мучать его вопросами.

— Тиль, первый вопрос об одном из твоих последних фильмов «Фантомная боль». Что бы ты сам про него рассказал?.. — Мне этот фильм очень нравится. Он и душевный сам по себе, и показывает довольно трогательную историю о том, что можно стать лучшим человеком, несмотря на все несчастья, которые с тобой могут произойти. — А что тебя подбило на участие? Коммерческий потенциал или эта история была для тебя чем-то личным?

Ну, на самом деле режиссер и автор сценария — мой хороший друг. Он написал сценарий и дал почитать мне. И мне сценарий так понравился, что я его трижды перечитал. Очень меня тронула эта история. Я подумал, что на экране она будет красиво смотреться. Потому я и согласился поучаствовать. — А какие истории тебе вообще больше всего нравятся? — Ха… Ну, прежде всего те, в которых я уже вижу кино, которые меня заставляют одновременно и смеяться, и плакать — словом, которые как-то эмоционально вовлекают. Еще мне нравятся всякие экшен-фильмы, просто потому что всегда бывают моменты, когда хочется особо не думать и не переживать — только смотреть, как все взрывается. Такие киношки, конечно, мне тоже нравятся, но если говорить о тех фильмах, которые я хочу снимать сам, то это такие, которые заставили бы зрителей мечтать. — Ищешь как раз ту самую магию кино? — Да. — Тиль, какие у тебя самые яркие кинопереживания были? — Ох, дай-ка подумать… Ну, вот мне нравится в диснеевском «Короле-льве», в конце, когда над скалой поднимают маленького львенка, и Симба становится королем — вот отличный был момент. — Еще мне страшно нравится сцена в «Пролетая над гнездом кукушки» Милоша Формана, когда индеец в финале поднимает ту тяжеленную штуку, разбивает окно и сбегает.

Еще совершенно волшебный момент в «Успеть до полуночи» с Робертом Де Ниро и Чарльзом Гродиным (один из моих любимых фильмов, кстати)… Так вот там есть сцена, где Де Ниро идет к бывшей жене и видит свою дочку впервые за многие годы. Он стоит перед ней и не знает, что сказать… Вот это, наверное, одна из самых сильных сцен из всех, что я видел за свою жизнь. — Еще был очень смешной эпизод в «Мальчишнике в Вегасе», когда один из героев писает в бассейн Майка Тайсона. Ха-ха! Умора! Вы это видели? Это было по-настоящему смешно… — Еще страшно нравится сцена в «Бегущем по лезвию» с Харрисоном Фордом и Рутгером Хауэром на крыше. Когда герой Хауэра говорит, что эта слеза потеряется в дожде. Это что-то… — А у тебя есть какое-нибудь свое представление об идеальном сюжете?

Не могу сказать, что нет… Для себя мне бы хотелось снять кино про Наполеона или Барака Обаму. Но, по-моему, сейчас это не самые идеальные сюжеты для зрительского кино. Идеальная история должна полностью захватывать зрителей, вырывать их из реальной жизни и направлять их по сюжету, чтобы они ни разу не задумались о том, как играют актеры, например, или как то, что они видят на экране, сочетается с настоящей жизнью… Вот для меня идеал в этом.

— Но пока-то ты сосредоточился на комедиях… К примеру, фильм «Красавчик». Он, судя по кассовым сборам, сильно увлек зрителей. А еще он семейный — и для зрителей, и для тебя лично. Как с твоими детьми работалось? — Мне очень понравилось. Прежде всего, потому что это была возможность быть с ним каждый день. Обычно я их только по выходным или праздникам вижу, потому что они живут в Гамбурге. Это не далеко от Берлина, где-то в полутора часах езды на поезде, но каждый день так не поездишь, поэтому обычно я приезжаю к ним на выходные, а потом возвращаюсь в Берлин на всю оставшуюся рабочую неделю. Поэтому когда я работал над этим фильмом, и рядом были дети, мне страшно это нравилось. И, по-моему, мы все отлично справились с фильмом. — Тиль, а расскажи, как тебе актерская игра твоих детей? Только честно! — По-моему, они отличные актеры. Я ими очень горжусь. А младшая вообще играла в «Красавчике» и «Красавчике-2». Она сейчас, знаете ли, большая звезда в Германии, ха-ха. Все её любят. — А кто из детей самый хороший актер? — Наверное, Луна — старшая дочка, которая со мной в «Фантомной боли» играла, и младшая. Если честно, только эти двое хотят быть актрисами. Другие двое – мой сын и вторая старшая дочь, не очень-то жалуют актерство. — Ты из-за этого не переживаешь или как отец понимаешь, что в этом нет ничего страшного?

О, для меня это абсолютно нормально. В смысле я, конечно, был бы рад, если бы они тоже в кино пошли работать, — в кино же ведь много разных профессий, — не обязательно же всем актерами быть. К тому же я бы смог им неплохо помочь… Но я стараюсь на них не давить и не пытаюсь их насильно в кино пристроить, потому что думаю, что будет лучше, если они будут счастливы, занимаясь тем, что нравится. Поэтому, лучше я их буду поддерживать в том, что они себе выберут для жизни. Если они не хотят, то их не нужно делать продюсерами или актерами — какой смысл, если вместо этого ребенок хочет стать врачом или водителем автобуса? — Слушай, ты как идеальный отец сейчас говоришь! — Ха-ха! Не, ну, правда, я бы был только рад, если бы они все стали врачами, а не водителями автобусов, но если они чувствуют себя счастливыми, то я буду поддерживать их. Даже если они захотят учиться на шофера — буду поддерживать… — Я просто почему об этом спросил: ведь каждый второй родитель, который и знать не хочет, кем хотят стать его дети, но он точно уверен в том, что знает, для его детей лучше… — Да, бывает и такое, но это глупо. — Слушай, а ты сам вообще как в кино оказался? С чего все началось? — Первым в моей кинематографической биографии оказался фильм «Манта Манта». Было это в 91 году. Я даже ходил на кастинг. Фильм был про гонки. Он оказался очень успешным, и я подумал: тут все такое интересное, захватывающее… И мне все понравилось с самого начала, в целом. Сначала, конечно, у меня не очень-то получалось и вообще мне это всё не очень нравилось, но потом, к концу, я решил, что надо этим заниматься профессионально… — Так, а насчет продолжения «Красавчика» — «Красавчика-2» что скажешь? Это была твоя инициатива — продолжить этот проект, или продюсеры предложили?

Да я сам продюсер! (смеется) Еще и сценарист, и режиссер. Из-за того, что первый фильм оказался очень и очень успешным, в голове тут же появилось какое-то безумное количество идей. Так что вторая часть была делом техники. Нам хотелось сделать романтическую комедию о том, что происходит после хэппи-энда, которым завершается первый фильм. И вот мы решили показать, что происходит, когда начинается настоящая жизнь. – ну, знаете, когда они начинают вместе жить, и на них сваливается вся эта рутина. И мы сказали: давайте про это сделаем комедию. И сделали. И второй фильм тоже очень успешно прошел в Германии. — А за последнее время кем чаще приходится быть — актером, продюсером или режиссером? Трудно вообще совмещать?

Ну, знаешь, я могу выбирать — сейчас много и возможностей, и предложений. Но я все эти роли актера, режиссера, продюсера, сценариста и т.д. три с половиной года совмещал – фильм за фильмом, фильм за фильмом, фильм за фильмом... В один прекрасный момент я решил, что в этом году хочу просто сам выбирать, чем заниматься и, пожалуй, больше сниматься, а не снимать самому. Я работаю в кино-производственной-компании, и мы там разрабатываем сценарии. Вот хотим делать третью часть «Красавчика», но в этом году не хочу брать на себя производственных обязательств, хочу сделать паузу, уделить какое-то время себе, глубоко вдохнуть и немножко понаслаждаться жизнью. — Тиль, а деньги на фильмы сейчас легко собирать? Труднее ли стало снимать кино в «эпоху кризиса»? — Тяжелее не стало. Не знаю, как у вас, в России, но у нас кинотеатральные сборы и количество зрителей прилично так увеличились, представляете? «Красавчик» вообще показал лучшие результаты за десять лет! Видимо, из-за кризиса люди стали меньше ездить отдыхать, но чаще ходить в кино. А в России как? — Похоже, что так же — продюсеры рапортуют о «начале конца», но количество проданных билетов падать пока не собирается. Кстати, твои фильмы у нас тоже неплохо прокатываются и зрители тепло их принимают. Еще я слышал, что многие жалели – мол, тебя в «Бесславных ублюдках» было меньше, чем хотелось бы. — Ну, я знал, что мой персонаж должен был быстро погибнуть по сценарию. Квентин Тарантино сказал, что хотел бы, чтобы он прожил дольше, но если бы ему довелось дожить до конца фильма, ничего хорошего бы не получилось — люди, которые говорят по-немецки, умирают. Хотя, конечно, хотелось бы дотянуть до конца… Но, в целом, мне очень нравится мой герой. Его было весело играть. — А тебе не кажется, что в американском кино тебя эксплуатирует, как «идеального немецкого офицера»?

Ага, есть такое. Но хорошее здесь в том, что я никогда нацистов не играл. Знаете, вот отказался от всех ролей этаких настоящих нацистов, которые мне предлагали, потому что ненавижу их. И вот как-то в один момент появляется Тарантино и говорит: «Эй, а не хочешь сыграть того, кто мочит нацистов?» И я сказал: «Да-а, хо-хо (злобно хохочет)! Да, я в деле!». — Ну, у тебя классно получилось. — Спасибо. — Тиль, из всех персонажей, которых ты играл, какой самый любимый? — Мне по-настоящему нравится мой герой из «Достучаться до небес» и главный герой из «Босиком по мостовой». — Отличный выбор. А если говорить вообще о твоих фильмах — какие любимые? — Ну, если под участием понимать еще и то, что я мог быть не только актером, но и режиссером, то — «Босиком по мостовой», наверное. А если брать те, где я был только актером, то это, пожалуй, — «Бесславные ублюдки». — Ха, а «Достучаться до небес» — нет? — Ну да, но это был первый фильм, к которому я написал сценарий, и который я продюсировал, и, в общем, я его делал вместе с Томасом (Яном)… Ну да, его я тоже люблю… Но по-другому. — Скажи, а персонаж «Фантомной боли» — Марк, с тобой лично что-нибудь общее имеет? Ну, в плане характера, разумеется. — Он считает, что в его травме виноваты все остальные — только не он сам. Вот в чем у меня с ним общего точно нет! Он не пытается достичь своей цели – он просто сдается, и так происходит каждый день… День за днем… И вот это — полная моя противоположность. Если я чего-то хочу, я стараюсь разными путями этого достичь, как бы тяжело это ни было. А общего с ним у меня… Ну вот в начале, он, знаешь, такой дамский угодник. Девушек, как перчатки меняет… Во мне такого есть немного… — Так ты все-таки плейбой или семьянин? — Да, наверное, что-то среднее... Я точно никакой не плейбой и, скорее, семьянин. Это у меня в жизни главная цель и главная мечта такая — иметь большую семью. И у меня, в общем, и есть большая семья. Несмотря на то, что мы с женой разошлись – мы это вроде как не афишируем — мы все еще хорошие друзья, и я каждую свободную минуту стараюсь с детьми проводить. Отдыхаем, вот, вместе. Но, с другой стороны, я очень свободолюбивый, и, знаешь, мне хочется оставаться свободным… — А ты никогда не задумывался о том, как выглядит со стороны бренд «Тиль Швайгер»? — Да, знаешь, я о себе все только как о человеке думаю… Вот, честно, я ни разу не задумывался о том, какой из меня бренд… Хм… Бренд «Тиль Швайгер»… Не знаю даже…

Ну в том смысле, что ты, к примеру, можешь быть самым популярным актером в Германии или самым известным германским актером в мире? — Не, ну я знаю, что я такой и есть. (смеется) Но, вот честно, специально ни разу не задумывался о том, какой я там крутой актер и какая из меня крутая звезда. Я так вообще стараюсь не думать, потому что это не делает мо жизнь лучше, знаешь ли… Я больше думаю, какой фильм сделать следующим, и как улучшить очередной сценарий, над которым работаю. Вот как-то так...

Комментарии (43)

Новый комментарий...

 
Добавить комментарий...