Есть ощущение, что фильму не стоило выходить за пределы семейного архива.
«Холодное сердце», которое хочется отпустить и забыть.
Никто в мире так умело не использует искусство монтажа в качестве художественного приёма и никто не закручивает повествование в такой плотный узел, как это делает Пак Чхан-ук. Его метод создания кино поистине исключительный.
Кинематографу Линн Рэмси, как правило, не свойственны истеричность и прямолинейность, но ближе к концу кино в них досадно скатывается, заодно сжигая все мосты, по которым фильм пытался донести до зрителя кошмары послеродовой депрессии.
Роуз Бирн сияет на пределе своих актёрских возможностей, её самоотдача впечатляет, её саморазрушение пугает, но именно это превозносит актрису максимально близко к великой «женщине под влиянием» Джине Роулендс.
Каждый герой, а вместе с ним и зритель за просмотром «Маяка» проходит терапевтический разговор с самим собой. Это мощная, комплексная драма, которую будет сложно и болезненно пропускать через себя, но абсолютно необходимо.
Говоря языком Годара: «Новая волна» ― фильм, который невозможно не полюбить, если вы по-настоящему любите кино.
Впрочем, гоголевские, напоминающие фильмы Белы Тарра «Прозрачные земли» — явно не детская сказка. Тема насилия, которая охватывает все фильмы Давыдова, к финалу тоже обретает уже не столь размытую форму.
«На выброс» — универсальная история о вере в лучшее, даже когда вы оказались буквально на дне, о спасательной дружбе, взаимовыручке, и, конечно же, о смене мирового порядка, где мы перестали ценить вещи так, как раньше.
Это точно не узкопрофильное кино про внутреннюю кухню. Это самая настоящая поколенческая фреска, в которой каждый узнает себя. Кино о теплоте человеческих объятий и попытке ухватиться в этом стремительном мире больших перемен за что-то высокое, вечное и вселяющее надежду на светлое будущее.
К счастью, из просто загадочного, аутентичного и не самого оригинального фильма ужасов «Присутствие» к финалу оборачивается во вполне эффектную, актуальную и смелую притчу о том, как девушки выходят за принцев и не замечают, как эти принцы превращаются в драконов.
Перегибающая с драмой музыка, целый картонный фон из пустых мужских персонажей, телевизионная картинка, кошмарные сцены секса, томные взгляды через стекло и даже сновидения, где герои в замедленной съёмке идут по полю и руками касаются колосьев ржи (да, как в «Гладиаторе»). Такой пошлости в фильме больше, чем во всей конкурсной программе прошлогоднего «Маяка».
Нежное, глубоко печальное кино как смертельный выстрел в героический жанр.
Это не весёлое кино с забойными перестрелками и бессмертными героями, это сильнейшая драма о сломленной, как коленная чашечка, жизни с галереей ярких актёрских образов и точечными вкраплениями блистательно поставленных экшен-сцен. Да-да, Аронофски снимает экшен изобретательнее 80 процентов ремесленников, специально нанятых на экшен-фильмы.
С одной стороны, «Выход 8» ? это городская легенда, оформленная под высококонцептуальный триллер в замкнутом пространстве, а с другой ? психологический хоррор о муках выбора и поиске внутренних сил, необходимых для того, чтобы совершить поступок.
Получился приглушённый шпионский триллер с параноидальными нотками «Разговора» Копполы и сдержанным, осторожным Ризом Ахмедом, который тут искусно меняет образы, наклеивает усы, гуляет по Таймс-Скверу в шапке-ушанке. Диспетчерская служба Дэвида Маккензи работает исправно: пользуйтесь.
Очередной безынициативный студийный блокбастер, который лениво попытался зацепиться за семейные ценности и «старый добрый Marvel».
Ганн явно знает, что делает: выступает за дружбу, верит в любовь, сходит с ума от зверюшек, не одобряет культ личности и выступает против военных конфликтов. Если доброта — это новый панк-рок, то давайте сделаем погромче.
С таким проектом, как «Дыши», Okko всё ближе к званию отечественного аналога HBO, который не боится деликатных тем, жанровых экспериментов и доверяет большие проекты режиссёрам с чётким авторским видением.
Из-за схематичного сценария и безыдейной режиссуры рушатся любые попытки авторов «Нормального» поговорить со зрителем на действительно важную тему дефицита эмпатии в современном мире.
Сериал держит в напряжении, снят он в холодных тонах, чем-то напоминает «Герду», открывшую актрису Красовскую и, как видим, задавшую вектор интересующих её образов.
Есть вероятность, что сериал не пойдёт банальным, описанным выше путём и крест на режиссёре ставить не придётся. Но вероятность эта крайне мала, как и диапазон актёрской игры Павла Прилучного.
Дебют Толгурова — прекрасный образец медленного кино, снятого настоящим горцем.
«Северная станция» как медуза: бесформенный организм, который лучше избегать.
Просто куда-то идём, просто чего-то бубним. Вот только попутчиков в таком путешествии у автора вряд ли будет много.
