Не сразу приходит понимание, причем тут Гоголь — да еще и с «Носом». Но фильм Хржановского — это одновременно и ода русскому авангарду, и схематичное обнажение излюбленных приемов данного направления.
Это в конечном счёте не столько кино, документирующее протесты в Беларуси летом 2020-го, сколько высказывание на тему того, насколько важно артисту свобода самовыражения.
Чёрно-белая палитра вызывает ностальгическое чувство по миру, где ещё недавно можно было без проблем прилететь из Кореи в Германию, обняться с давними друзьями, встретив случайно их на улице, и не следить за социальной дистанцией.
Юмор и тонкий подход всегда были залогом верного способа задокументировать нелёгкое время в такой форме, чтобы к нему хотелось возвращаться — пусть исключительно в ознакомительных целях и через экран монитора.
При всей тривиальности предлагаемых в фильме выводов, к ним порою ведут достаточно прихотливые пути.
Достойное пополнение коллекции камерных театрализованных фильмов, чьи сценарные недостатки с лихвой компенсируются отличными актёрскими работами.
У героев Disney всегда с самого начала имеются подводные камни в виде каких-либо страхов и противоречий, на преодолении которых и строится сюжетная линия личного развития. Но в «Райе…» проблемы главной героини не просто глубже, но и куда более актуальны.
Фильм выглядит так, будто он смонтирован из home video или будто в семье Билли постоянно живёт оператор, на которого никто не обращает внимания. В результате происходит полное погружение публики и в творческий процесс, и в быт, и в какие-то личные переживания.
Складывается впечатление, что создатели «Тома и Джерри» расшиблись в лепешку, чтобы создать кассовый продукт.
При просмотре складывается такое впечатление, что ребята весь выделенный бюджет прогуляли на Бали, а в последнюю неделю съёмок опомнились и попытались придумать хоть что-то на скорую руку.
В фильме есть что-то подзабытое и настоящее — существующее вне зрительских запросов, актуальных тенденций и кинематографических штампов.
В «Родных» есть всё для тёплого семейного просмотра — душевная история, хороший юмор под любую аудиторию, знакомые каждому из нас реалии русской жизни, понятная мораль, музыка и даже рыжий из «Иванушек». Чем не новый образ эталонной народной комедии?
«Куда ты идёшь, Аида?» превосходно исполняет роль бронзового памятника не только ужасающим событиям, коллективная вина за которые лежит на всём человечестве, но и несломленному духу главной героини, которая упрямо верила, что сможет изменить неизбежность.
Происходящее на экране можно считать взрослой рождественской историей, можно интерпретировать как философскую притчу или даже как злую социальную сатиру.
На этом фоне становится яснее и общий замысел фильма. Непрофессиональные критики чаще всего упрекают создателей ленты в «безыдейности», но это мнение ошибочно.
Лента Йенсена застревает непонятно где — на территории серого триллера с нелепыми шутками и слабым сценарием.
Если «огниво» ассоциируется в мультфильме с миром потребления, ставящим превыше всего власть денег и преходящую славу, то «огонек» означает внутреннее пламя сострадательной души, которую не жалко положить за круги своя.
Идея фильма, мягко говоря, не нова, вся притчевость становится очевидной ещё в первой половине, поэтому уповать остаётся лишь на важность фильма.
«Побег» одинаково успешно работает и как продукт артистической свободы, и как исчерпывающее публицистическое высказывание на тему опыта беженцев во всём мире.
Режиссёр Сиан Хедер показывает здоровые, крепкие семейные отношения, в которых нет никаких преград для взаимопонимания и поддержки.
Рамин Бахрани сумел снять фильм одновременно о том, как жить нельзя, и о том, как жить надо. Его герой в одних вопросах растет над собой, в других — совершает ужасное падение.
«Охотнику на монстров» вряд ли стать новой франшизой, даже несмотря на то, что он клянчит продолжение своим финалом.
В конце концов, фильм настолько радикально расходится со здравым смыслом, что «Дать дуба в округе Юба» начинаешь уже воспринимать как полуторачасовой рекламный ролик аффирмации.
В общем, «Палмер» — это фильм-консенсус с тремя «Д»: доступный, душевный, дружелюбный. Используйте с умом.
Петр Тодоровский-младший перетряхивает обывательские представления о чуде, которое не выдерживает проверкой современными реалиями.
