В любом случае, перед нами особое удовольствие для особых почитателей. Этой весной в прокате оказались сразу два фильма Такеши Китано, от которого подобного выхода уж точно никто не ждал. Отпугнув всех любителей отрезанных пальцев, кровавых точечных сполохов, виртуозной пальбы и прочей специфической японской этики, своими страннейшими, но по-своему невыразимо прекрасными лентами о себе самом, впервые за десять лет Китано возвратился к криминальному танго.
Весь этот искрящийся, взрывающийся, наполненный стремительными полётами мир отличает головокружительная лёгкость. «Железный человек 3» предлагает зрителю весь набор аттракционов, которые может предложить экранизированный комикс. Размышлять над нюансами перезагрузки героя в такой ситуации дело неблагодарное. Похмельный Старк придёт к нам. И не раз. За этим парнем не заржавеет.
Впервые российское кино пополнилось идеальным блокбастером, фильмом, уверенно претендующим на всенародный успех, лишённым при этом карикатурности и псевдопатриотической конъюнктуры.
Сценарист Олег Данилов мог бы утопить свой финал в крови, сделать из героев мучеников по типу «Дорогой Вэнди» Томаса Винтерберга. Но вместо этого предпочёл концовку-манифест, производящую не менее мощное впечатление законченного монолитного высказывания. Единственная опасность этой ленты в том, что она реально представляет собой подробное руководство к действию, способное изрядно пошатнуть неокрепшие детские умы, отягощённые мировой несправедливостью.
«Последний магнат» не может похвастаться совершенством, идеально выдержанным балансом между конъюнктурной начинкой и высоким искусством. Ни Чоу Юнь-Фат, ни Само Хунг не спасают фильм от сюжетной бесхребетности. Ближе к середине, криминальная драма, порой визуально отдающая театральным реализмом «уличных» лент позднего Мартина Скорсезе, захлёбывается в «любовном настроении» героев, в чувства которых зритель рискует попросту не поверить.
Несмотря на то, что «Красный штат» начинается как традиционный слэшер, он не восходит к кровавому финалу жанра gore, крайне обязательному в данном контексте. А почти сразу переходит в область чистой криминальной драмы «золотого века» а-ля «Кровавая мама» Роджера Кормана или «Банда Гриссемов» Роберта Олдрича.
В «Начале» же попытка просуществовать добрые два часа экранного времени во снах, где всё, как говорится, по-другому, выглядит как не слишком сложная компьютерная игра, тяжеловесная, лишённая внятной логики и попросту неинтересная.
Приходится признать, Гай Германика кое-что понимает в страшненькой теме. Искажённый мир девочек — её родной вольер, её вотчина.
И вот экраны заполонила картина, являющаяся золотым эталоном и дурновкусия, и брака, и бессвязного бреда.
И хотя сквозь каждый кадр сквозит тотальный, местами живительный непрофессионализм, за всем этим ощущается некое творческое напряжение, некая метафизическая смысловая яма, куда постепенно, приближаясь к финалу, проваливается и сюжетная линия фильма.
Естественно, что монтаж аттракционов, представленный в фильме, не может ограничиваться одним финалом. Финалов должно быть много, для «приращения смыслов», которые любят поэтические натуры, не любящие бритву Оккама.
