В итоге, вместо разбора её судьбы через мужскую оптику, мы слышим голос актрисы — иногда она шепчет, иногда говорит с нажимом, — но голос всегда принадлежит ей. Это возвращение истории героине, которая наконец-то рассказывает её сама.