Здесь фон Хорн справляется с главным: чувствует ритм и филигранно подчиняет стилизованный материальный мир, ознаменованный диктатурой знаков и жестов, музыке, содержание которой — чистый хаос. Наверное, в его представлении так выглядит и звучит ад. В нашем теперь тоже.