Режиссер подпирает шекспировские метафоры какими-то реалистическими мотивировками, что делает происходящее нелепым вдвойне и укрепляет в подозрении, что худшее, что можно сделать с классикой, — это разыграть ее в «аутентичном» антураже. Так убиваются разом и страсть, и смысл, зато получаются высокохудожественные движущиеся фотообои.