Семен Трескунов: «Десять лет своей жизни я был ребенком в кино и вот наконец перестал»

Обсудить0

В прокат выходит «Рашн Юг» — комедия о студенте из Воронежа, который влюбляется с первого взгляда в заезжую спортсменку и отправляется за ней в Краснодарский край. Там его ждут приключения и сюрпризы: новые друзья кидают на деньги, паспорт отбирают, а спортсменка готовится к свадьбе, с которой сбегает к бывшему возлюбленному. Незадачливого Ромео сыграл «хороший мальчик» нашего кино Семен Трескунов, и для него это первая взрослая и сложная главная роль после череды лучезарных подростков.

Ярослав Забалуев поговорил с Трескуновым о взрослении, дружбе с Жорой Крыжовниковым, социальной активности и режиссерских амбициях.

— Вы снялись подряд в двух фильмах по сценариям Жоры Крыжовникова. Как так вышло?

— Есть две версии. Первая: пересечение наших жизненных путей является чистой случайностью. Вторая: это судьба. В этом человеке я нашел друга, наставника, мастера и безумно кайфую от каждой минуты, проведенной с ним. Я ужасно горжусь этим знакомством.

— Но «Родные» и «Рашн Юг» появились у вас независимо друг от друга?

— Два или два с половиной года назад меня позвали на знакомство с авторской группой «Рашн Юга», там мы и встретились с Андреем Николаевичем. А потом довольно долго не виделись и встретились в следующий раз уже на «Родных», где познакомились по-настоящему.

— Какова была степень его участия в проектах?

Семен Трескунов и Сергей Бурунов, кадр из фильма «Родные»

— В «Родных» она была чуть больше. Как я понимаю, для него это личная история. Сценарий «Рашн Юга» был написан Андреем Николаевичем со студентами киношколы «Индустрия», имена которых, кстати, я бы очень хотел назвать: Дима Литвиненко, Аксинья Борисова, Егор Чичканов. Мне кажется, они все невероятно талантливые ребята.

— Что вам так понравилось в этих ролях? И в вашем с Крыжовниковым общении?

— Я имею привычку игнорировать любые социальные иерархии, стараюсь общаться не со статусом человека, а с ним самим. И мне очень польстило, что Андрей Николаевич не просто поддержал такой формат общения, но и был в нем очень заинтересован. В нем не было снобизма, он ценил меня как собеседника, интересовался тем, что я говорю и думаю. Что же до ролей, то сценарий «Рашн Юга» сразу показался мне невероятно веселым. Его продают как романтическую комедию, но на самом деле это кино о взрослении. Андрей Николаевич, кстати, говорил, что зритель покупает жанр, а задача режиссера контрабандой пронести в фильм то, что он хочет сказать. Это кино о том, что чувства, которые мы испытываем к другому человеку, неизбежно заставляют нас взрослеть. Если любишь кого-то, то лучшее, что можешь сделать, — позволить человеку быть самим собой и делать выбор. Ну а «Родные» — мой первый фильм, в котором я даже чисто визуально уже не ребенок. Сам я не чувствую себя ребенком уже некоторое время, но визуально это первая моя работа, дистанцированная от школьной формы. Десять лет своей жизни я был ребенком в кино и вот наконец перестал.

— Какая из ролей, по-вашему, стала прорывом если не к славе, то к настоящей карьере?

— Прорыв произошел, наверное, с «Призраком» — его вспоминают до сих пор, что мне очень льстит. Но до него были «Частное пионерское», сериал «Семейный бизнес» на СТС. «Призрак» взял ноту на октаву повыше, но никакого фурора внутри меня не произвел. Меня к тому моменту уже узнавали, так что не было повода как-то слишком зазнаться. Я понимал, что это успех, но не думал, что это magnum opus или что-то такое. Если же говорить о внутреннем прорыве, то это был, пожалуй, «Хороший мальчик». Я пришел на пробы к Оксане Карас, и она выбрала меня, даже не стала пробовать со мной текст. Сказала: «Я хочу, чтобы это был ты, я тебе доверяю». Такое со мной было впервые, чтобы мне сказали, что я профессионально состоятелен. Для меня это очень знаковая работа, показавшая, что я могу всерьез заниматься тем, чем занимаюсь.

— А как вы до этого момента относились к актерству?

C Фёдором Бондарчуком в фильме «Призрак»

— Сложно описать это адекватно. Я все-таки уже утратил сознание десятилетнего ребенка… Думаю, что тогда это для меня был очень крутой вызов. Я был стеснительным ребенком, который чувствовал в себе силу и не понимал, как ее применить. Кино постоянно выводило меня из зоны комфорта. Приходилось экспериментировать, постоянно тренировать психофизический аппарат. Я получал удовольствие от общения со старшими, от взаимодействия с людьми вообще. Начиная, наверное, с «Призрака», я стал относиться к этому серьезнее, понял, что хочу быть кинематографистом. Уже тогда не был уверен, что хочу быть именно актером, но твердо хотел заниматься кино. Меня в этом плане, кстати, немного штормило. Отец настаивал, чтобы я учился на продюсера, а сам я тяготел к режиссуре. Учился самостоятельно, читал много книжек. После 18 лет снял несколько короткометражек и сейчас могу точно сказать, что рано или поздно буду режиссером. Мой опыт в этом смысле очень помог, в плане взаимодействия с актерами. Георгий Александрович Товстоногов говорил, что режиссер может сам не быть актером, но он должен понимать природу устройства психофизического аппарата. Так что для меня актерство было мощной школой, но я не уверен, что хочу быть актером всю жизнь. В своих короткометражках я допустил все ошибки режиссера-дилетанта, о которых говорил Товстоногов, но отношусь к этому с юмором. (Смеется.) Просто я имел очень приблизительное представление о профессии, а Георгий Александрович говорил, что приблизительность — главный враг режиссуры.

— Вы ведь поступали во ВГИК на режиссуру…

— Я до последнего думал, что поеду учиться в Америку. В детских интервью так много на этот счет наговорил и наобещал, что тем, кто их читал, наверное, странно, что я до сих пор живу в России и поддерживаю Навального. Я действительно очень плотно учил английский, получил визу, но в последний момент испугался. Подумал, что потратил здесь уже семь лет… Знаете, как Крупнов пел: «Хоть иногда, но здесь я вижу своих». Испугался, что не приживусь и лишусь всего того, что уже имею. Решил повременить и поступить во ВГИК. Прошел три творческих тура, но, поскольку совсем не готовился в ЕГЭ, не очень хорошо его сдал. Так что в командном зачете немного не добрал баллов для поступления на бюджет. А платить за образование не хотел принципиально. В общем, со ВГИКом не сложилось.

— То есть сейчас вы занимаетесь самообразованием?

«Рашн Юг»

— Ну да, это привычная для меня модель. Я и в школе из-за работы был вынужден самостоятельно проходить довольно большие темы, но окончил в итоге без троек. Плюс я не очень умею заниматься тем, что мне неинтересно. По-моему, университетское образование предполагает изучение огромного количества ненужных (мне, по крайней мере) дисциплин. Я считаю, что любая информация приходит к тебе в положенный срок. Плюс мир очень ускорился. Я на карантине сидел и смотрел лекции по философии — не уверен, что, сидя за партой, достиг бы нужного мне результата в достаточно короткий срок.

— Вы за шесть лет проделали серьезный путь. В таком возрасте это нормально, но как вы сами это ощущали?

— Тревожно. В какой-то момент после «Хорошего мальчика» я обнаружил, что в моей жизни стало значительно меньше предложений и работы, приносящей истинное удовлетворение. В тот момент я еще пошел работать на телевидение — это тоже был интересный опыт, который при этом отнял у меня массу времени и энергии. Так продолжалось по большому счету до «Родных». Это был довольно травматичный период: я просыпался каждое утро и понимал, что уже не ребенок, но еще и не мужчина, в актерском смысле в том числе, не герой. Внутри себя мне мерещилось что-то уродливое, я не мог понять, кто я, и нанес себе несколько серьезных увечий. Не буду вдаваться в подробности, но я обжегся везде, где это было возможно.

— Надеюсь, что ожоги уже зажили.

— Да, конечно! И по прошествии времени я понимаю, что это был абсолютно вегетарианский опыт. Все могло быть гораздо хуже. Очень повезло в очередной раз.

— У вас есть какие-то ориентиры в профессии?

«Магнолия»

— Мне очень нравится Мягков, нравится Даль. Если говорить о режиссуре, то моим кумиром лет с четырнадцати является Пол Томас Андерсон. С первого просмотра «Магнолии». Во-первых, он самоучка, во-вторых, невероятно обаятельный человек. Ну и, главное, магистральные темы его творчества мне очень близки. Он препарирует человеческие отношения с точки зрения дисфункциональной семьи. Мне это очень близко. Я бы не сказал, что моя семья такова, но я вырос в обществе дисфункциональных семей. Ларс фон Триер для меня, конечно, тоже ориентир.

— Что у вас сейчас происходит?

— Меня стали очень активно звать на пробы. Плюс я самостоятельно делаю одну историю.

— Пишете?

— Да! Мне это очень нравится, моя детская мечта — быть писателем. Я невероятно литературоцентричен. Не знаю, как дальше сложится жизнь, но я испытываю огромное удовлетворение, когда удается что-нибудь написать.

— А что касается актерских работ? Куда зовут?

— Стали чаще звать на проекты для платформ. Я в восторге от того, насколько там более смелые авторы, очень интересно. К счастью, интернет пока не удалось поработить и цензурировать. (Смеется.)

— То есть вас наконец зовут играть взрослых?

«Родные»

— Да! «Родные» осуществили такой мягкий безболезненный транзит в новое качество.

— Вы уже упомянули о своей социальной активности. Как вы все успеваете?

— Периоды активности сменяются периодами апатии. Я же не пишу посты на каждый вызов. Но меня хватает на все, в чем я по-настоящему заинтересован.

— А дискуссии, в которые вы вступаете в социальных сетях, — это сознательно или импульсивно?

— Ну, не могу сказать, что это полностью осознанно. В этом, конечно, больше юношеского безрассудства, чем сознательного желания полемизировать. Но меня всегда возмущали человеческая глупость и невежество. Так что если я вижу какой-то неадекватный тон, то отвечаю в похожей манере. Но сейчас уже понимаю, что в этом нет ничего хорошего. В последнее время гораздо меньше это делаю. Отлично помню, что активно включился в день возвращения Навального. Не мог поверить в то, что происходит. Для меня это было как личное оскорбление. Ну, то есть мне 21 год, нет ни жены, ни ребенка, ни квартиры. Как Папанов говорил: «Ты голодранец!» (Смеется.) Мне сейчас нечего терять, но ведь когда-то это изменится — неужели так будет всегда? Поэтому я включился. Я большую часть жизни борюсь с зависимостями, так что хочу в какой-то момент жизни ощутить себя полностью независимым человеком.

— У вас есть какое-то понимание, как ваша публичная активность вне съемочной площадки соотносится собственно с профессией?

— Мне кажется, напрямую. Я прекрасно понимаю, что хотел бы заниматься искусством, как бы высокопарно это ни звучало. Мне бы хотелось задавать людям вопросы или давать им ответы, находиться в диалоге. Демонстративная аполитичность — это, по-моему, лицемерие. Все, что нас окружает, — результат проводимой политики. От произведений искусства до качества отношений между людьми. Я чувствую ответственность перед аудиторией, которая меня слушает. Так что считаю необходимым делиться тем, что меня волнует, тем, что я узнал. Весь вопрос в уместности реакции. Это тоже искусство.


Автор: Ярослав Забалуев

Фото: Гриша Галантный, Ксения Угольникова

Обычная жизнь в Санкт-Петербурге резко меняется с появлением человека в маске Чумного Доктора
В главных ролях:Тихон Жизневский, Любовь Аксенова, Алексей Маклаков и др.
Режиссер:Олег Трофим
Уже в кино
Купить билет

Смотрите также

Монеточка и барды: О чем новая комедия «Родные» и как ее снимали

Монеточка и барды: О чем новая комедия «Родные» и как ее снимали

6 февраля81
Жора Крыжовников — о «Звоните ДиКаприо!», юморе Достоевского и любви без жалости
Интервью

Жора Крыжовников — о «Звоните ДиКаприо!», юморе Достоевского и любви без жалости

7 апреля 202031
Любовь Аксенова: «Мои поклонники — это нескончаемый шквал любви с той стороны экрана»
Интервью

Любовь Аксенова: «Мои поклонники — это нескончаемый шквал любви с той стороны экрана»

11 января25
Паулина Андреева: «Жена Бондарчука, актриса, еще и пишет — это не вызывает ни доверия, ни любви»
Интервью

Паулина Андреева: «Жена Бондарчука, актриса, еще и пишет — это не вызывает ни доверия, ни любви»

11 ноября 202033

Главное сегодня

Культовое кино

ВидеоКак «Амели» притворяется милой сказкой

Вчера14
Как «Амели» притворяется милой сказкой
Чип в голову или ДНК-тест? 7 способов наладить отношения с помощью технологий
КиноПоиск HD

Чип в голову или ДНК-тест? 7 способов наладить отношения с помощью технологий

Вчера7
Гильдия режиссеров США вручила премию Хлое Чжао за «Землю кочевников»

Гильдия режиссеров США вручила премию Хлое Чжао за «Землю кочевников»

Сегодня, 14:110
Что смотреть дома: «Гуляй, Вася! Свидание на Бали», «Любовное настроение», «Хемингуэй»
Выбор редакции

Что смотреть дома: «Гуляй, Вася! Свидание на Бали», «Любовное настроение», «Хемингуэй»

9 апреля5
Вышел новый «Мортал Комбат». Что о нем нужно знать?

Вышел новый «Мортал Комбат». Что о нем нужно знать?

9 апреля71
Александр Роднянский, Тимур Бекмамбетов, Дмитрий Сыендук и другие лидеры индустрии стали кураторами КиноПоиска
КиноПоиск HD

Александр Роднянский, Тимур Бекмамбетов, Дмитрий Сыендук и другие лидеры индустрии стали кураторами КиноПоиска

9 апреля23
Кинокритики и киноведы подвели итоги 2020 года. Лучший фильм — «Дорогие товарищи!» Андрея Кончаловского

Кинокритики и киноведы подвели итоги 2020 года. Лучший фильм — «Дорогие товарищи!» Андрея Кончаловского

Вчера9
Комментарии
Чтобы оставить комментарий, войдите на сайт