Том Хиддлстон: «Кинг-Конг — настоящая икона кино»

До роли злодея Локи 36-летнего Тома Хиддлстона можно было видеть в основном в британских телевизионных проектах. Однако с 2010 года он стал одним из самых востребованных молодых киноактеров. Помимо супергеройских фильмов Marvel Studios, на его счету участие в картинах «Полночь в Париже», «Глубокое синее море», «Боевой конь», «Кориолан», «Выживут только любовники», «Высотка» и «Багровый пик».

В 2017-м Хиддлстон получил первый «Золотой глобус» за игру в мини-сериале «Ночной администратор».

8 марта в российском прокате стартует «Конг: Остров Черепа», где британец исполняет ведущую роль. Именно это кино стало поводом для разговора с ним.

— Обычно вы играете злодеев. Неуютно в образе героя?

— Мне в фильме достался протагонист, и в нем есть такой героический нерв. Он выбирает хорошие решения в противоположность плохим. Это странное отклонение, и оно мне нравится. Кто-то спросил меня на днях, не разочаровался ли я, ведь злодеям достается все веселье. Я ответил, что отлично провел время. (Смеется.) Так что да, это освежающее, новое и волнующее ощущение, и я им насладился сполна.

— Расскажите о своем персонаже.

— Капитан Джеймс Конрад проходил подготовку в Особой воздушной службе, он следопыт, охотник, специалист по разведке и поиску пропавших солдат в джунглях. Участвовал во вьетнамской войне. И так как Конрад сформировался в этой истории, то я открыл кое-что новое для себя, когда проводил исследования упомянутого конфликта для подготовки к роли. Оказалось, что во время вьетнамской войны британские солдаты были направлены в военную школу в Малайзии. Они там тренировали камбоджийцев и южных вьетнамцев. Хотя официальные записи не сообщают о вовлеченности британцев во вьетнамскую войну. Строго говоря, конечно, это так, потому что сухопутные войска туда не входили. Но довольно интересно, что в нашем фильме есть герой, который побывал там и обладает специфическими навыками выживания, чье присутствие требуется на лодке во время этой экспедиции и чье воинское звание не подпадает под власть героя Сэмюэла Л. Джексона, играющего американского полковника. Вот таким человеком и является Конрад. И герой Джона Гудмана, Ранда, который служит в некоей правительственной организации и собирает всю команду вместе, нанимает Конрада, потому что он спец, обладающий навыками выслеживания, а также натуралист и тот, кто знает, что представляют из себя джунгли.

— Натуралист? Ваш герой еще и ученый?

— Не в классическом смысле. Он не похож на Дэвида Аттенборо. Он настоящий следопыт, и этим он меня очаровывает.

— А была какая-то особенная причина, почему вы согласились на эту роль?

— Да. В лучших образцах таких фильмов, как «Парк юрского периода» или франшиза об Индиане Джонсе, вы будто едете на американских горках, но при этом в них есть смысл. Так что предложение было очень привлекательное, и это были новый для меня тип персонажа и новый тип фильма.

— Может, расскажете о том, как тренировались для роли?

— Пришлось попотеть. (Смеется.)

— Через что прошли?

— Особая воздушная служба славится своими мощными физическими тренировками. Чтобы получить аттестацию, вы должны пройти нечеловеческие физические и интеллектуальные тесты. Я не делал ничего такого, чем занимаются реальные солдаты ОВС, но тренировался с бывшими моряками и морскими пехотинцами. Они довольно серьезные ребята. (Смеется.)

— Это, наверное, самая физически тяжелая ваша роль?

— Другие мои роли тоже требовали физической отдачи, просто там это не так заметно. Нынешний образ тоже можно сравнить с ними, но я бы не сказал, что он самый выматывающий. Не поймите меня неправильно, он требовал очень и очень большой физической отдачи. И мне это понравилось. Вообще-то пришлось побегать. Все дело в выносливости и силе. Я говорил с человеком, который раньше служил в армии, а теперь работает военным корреспондентом на BBC, он написал не одну книжку об ОВС. Я отправился поговорить с ним, прежде чем начал готовиться к роли в Лондоне, и он сказал, что такие люди отличаются тягой к постоянной проверке себя на прочность. Они вынуждены испытывать себя в экстремальных ситуациях, потому что только так чувствуют себя живыми. В истории много примеров, когда люди в одиночку совершали кругосветное плавание или вскарабкивались на Гималайские горы, Эверест или Маттерхорн. И, как мне кажется, Конрад — один из таких людей. В начале фильма он немного потерянный, такой человек без цели, но новый опыт дает ему смирение.

— Были какие-то по-настоящему опасные ситуации на площадке?

— Как-то был занятный момент, когда от большого взрыва в лицо мне, Бри Ларсон и Томасу Манну прилетела куча грязи и камней. Подразумевалось, что она пролетит поверх нас, но не в лицо. Я слишком рано поднял голову и буквально прочувствовал взрыв. Напряжение было невероятное. Такое бы я нарочно, наверное, не смог бы сыграть. (Смеется.) И все это время продолжали снимать. Но на самом деле никакой опасности не было.

— Как вы считаете, почему Кинг-Конг до сих пор так нравится людям?

— Он икона кино. Он же ведь чудовище. А они всегда захватывают наше воображение еще со времен литературы. И неудивительно, что по мере развития кино в нем появились свои монстры. Людей привлекают все эти герои, потому что зрителям нравится загадка неизвестности.

— Ваш герой — один из тех, кто понял, что Конг на самом деле не злодей. Почему так получилось?

— Я думаю это из-за того, что он следопыт. Я перед съемками прочитал захватывающую книжку. Она так и называется — «Следопыт». Ее написал Том Браун, и это история его взросления в Пайн-Барренс, штат Нью-Джерси, рассказывающая об уважении к природе и более глубоком понимании простых вещей, которые мы все знаем, а также об иерархии природы и силе, ее почти божественности. Он уважает естественный порядок вещей. Человеку бессмысленно противостоять Конгу, ведь для Конрада он олицетворяет саму суть природы. Мой герой просто пытается довести всех до берега, посадить их в лодку и отчалить. Не в его интересах мстить Конгу.

— Почему актеров часто влекут такие экстремальные персонажи, как Конрад?

— Как актер, я считаю, что все дело в силе рассказывания историй. Верю, что самая лучшая драма, хотя это и непросто, может вызвать у человека ощущение катарсиса, потому что именно так мы исследуем нашу природу. И некоторые лучшие фильмы, книги и пьесы всегда ставили человека в экстремальные обстоятельства. Таким образом мы смотрим в лицо самим себе.

— Как работалось с Сэмом Джексоном?

— Есть причина, благодаря которой он смог сделать так много фильмов. Он абсолютный профессионал и любит то, что делает. Мне кажется, он действительно знает, как можно установить связь с аудиторией. И еще он просто отличный актер.

— А с режиссером Джорданом Вот-Робертсом у вас не было проблем? Это ведь его первый высокобюджетный фильм.

— Он прекрасен. Я чувствовал себя очень благодарным ему, потому что у меня было 12 месяцев на подготовку, и я видел так много версий сценария. Приятно было так глубоко участвовать в разработке проекта. Это была честь для меня, и я насладился происходящим сполна. Я пришел в проект на очень ранней его стадии, и в процессе люди спрашивали моего мнения и интересовались моими идеями. Это действительно здорово, потому что ты чувствуешь свой вклад в рождение идеи всего фильма. Например, это была моя придумка сделать Конрада британцем, чем я очень горжусь. Считаю, что это хорошее решение. Но Джордан и правда хорош. У него невероятное визуальное чутье. На раннем этапе я видел очень много его концепт-артов и раскадровок, которые он полностью придумал сам. Меня они очень впечатлили. Его талант к визуальному поражает. 15 месяцев ушло только на препродакшен проекта, так что он был более чем готов. На площадке с ним было легко, потому что он начал делать всю свою домашнюю работу давным-давно. В этом отношении я чувствовал себя спокойно. Здорово, что Джордан всегда настаивал на съемках в реальных местах. Зеленого экрана в фильме должно быть по минимуму. Он лично отбирал территории для съемок в течение девяти-десяти месяцев.

— Кинг-Конг в «Острове Черепа» отличается от других его версий, которые мы видели раньше?

— Это совершенно новый взгляд на персонажа. Здесь есть свои острота и стиль, которых не было в этой истории раньше. Фильм не рассказывает о работе актрисы и кинопродюсера в 1930-е. Он вообще не похож на «Кинг-Конга» из 1970-х с Джессикой Лэнг и Джеффом Бриджесом. Это история о приключении, выживании и надежде, которая имеет классическую структуру, но при этом обладает совершенно уникальным и личным взглядом. Это то, чего мы действительно добивались, желая сделать что-то по-настоящему свежее. И весь экшен происходит на острове, Кинг-Конг его не покидает. Он олицетворяет собой ужас, а потом и величие. Это его путешествие через фильм — то, как он становится символом силы и природы.

— Что вы думаете о том, как Конг пересекается с Годзиллой в других фильмах?

— Их противостоянием займутся, после того как уже выйдет «Остров Черепа». Я знаю, что такой фильм есть в планах Legendary, и это здорово. Давно такого не было. Если сделать все правильно, то получится круто.

— Есть ли у вас любимая версия Кинг-Конга из предыдущих лент?

— Если честно, то мне все нравятся. В каждой из этих картин есть замечательные моменты. Смотреть «Кинг-Конга» 1933 года — настоящее удовольствие. Там совершенно иной стиль игры, постановки, и я наслаждаюсь этим. В этом фильме совершенно особенный дух, который очень трудно воспроизвести. Вот этот вид абсолютно невинного развлечения — отправить людей в приключение и дать им хорошо провести время. Визуальные эффекты в «Кинг-Конге» великолепны для своего времени, они изменили саму идею того, что люди могут показать на экране. Обожаю этот фильм. Еще люблю эпизод из «Кинг-Конга» Питера Джексона, где Ти-рекс запутывается в лозах. Я запомнил этот момент, когда смотрел фильм в кино. Как они вообще разрабатывали физику этого эпизода, претворяли ее в жизнь и добились такого правдоподобия? Довольно впечатляюще.

— Вот вы упомянули о невинном развлечении. А каким вы видите кино как развлечение сегодня?

— Я верю, что кино — это и форма искусства, и развлечение. В редких случаях их получается сочетать. И это здорово. Кстати, на съемках я разговаривал с Сэмом Джексоном о «Парке юрского периода», хотя и забыл, что он в нем снимался. (Смеется.) Мы разговаривали об этом фильме, пока поднимались по горному хребту на другой стороне нашего лагеря, и там оказалась та же долина, где они снимали эти перепуганные стада динозавров с Сэмом Нилом и детьми, преследуемыми Ти-рексом. Такие совпадения могут быть очень трогательными и забавными.

«Конг: Остров Черепа» я бы мог назвать невинным развлечением. (Смеется.) Мне кажется, что в нем это есть, и люди его полюбят. Вообще в кинопроизводстве сейчас невероятное разнообразие. Если вы любите только фильмы определенного рода, то всегда найдете подходящий именно вам. Уже необязательно идти в кино на что-то, на что идут все. И, честно говоря, я от этого в восторге. Люблю сниматься и в маленьких, и в больших фильмах. Я никогда не хотел быть однотипным актером.