Самурай, пленник, шпион, панк и красно солнышко: 10 необычных фильмов про мастеров катаны

13 августа в российский прокат выходит картина «Самурай и пленник» — первый самурайский фильм мастера J-хорроров Киёси Куросавы. Режиссер намеренно отошел от законов жанра дзидайгэки, отказавшись от дуэлей на катанах в пользу детективной истории. Мы решили вспомнить еще 10 фильмов, выбивающихся из канонов самурайского кино, — от черно-белого хоррора до милитаристской попаданческой фантастики.

«Самурай-шпион» (1965)

«Черный фильм» про белого ниндзя

Раздираемая межклановыми войнами Япония готова вновь объединиться под властью сёгуна из клана Токугава. Но есть подозрение, что Токугава инфильтрированы шпионами соперников — клана Тоётоми, только что потерпевшего поражение в битве при Сэкигахаре и мечтающего о реванше. Самурай Саске (Кодзи Такахаси) получает задание найти список всех шпионов, работающих на Тоётоми (он есть у перебежчика). Операция идет как по маслу, но тут на след самурая выходит загадочный ниндзя в белом.

Снятый на пике японской новой волны ревизионистский фильм Масахиро Синоды радикально переосмысляет полувековой канон костюмно-исторического экшена — дзидайгэки. Сюжетная часть написана как параноидальный шпионский нуар, а экшен… Тут достаточно сказать, что поединки на мечах Синода предпочитает снимать на очень общих планах широкоформатного «Грандскопа», больше похожих на описания природы из русской литературы, чем на боевик. Главным элементом сабельной хореографии становится медленное, изнурительное и полное хичкоковского саспенса топтание соперников, примеряющихся для единственного и фатального удара. Мечутся черные тени над черепичными крышами, стелется молочно-густой туман над холодным ноябрьским полем, а мимо замерших в замахе воинов (прием, заимствованный из театра кабуки) меланхолично бредет безумный нищий мальчик с мертвой вороной в руках.

«Красное солнце» (1971)

Абсолютно законный ребенок спагетти-вестерна и Акиры Куросавы

На Диком Западе разгорелся политический скандал: разбойники под предводительством ехидного Гоша (Ален Делон) похищают у японских послов бесценный самурайский меч, привезенный в подарок американскому президенту. По следам реликвии отправляется странный дуэт — самурай Курода (Тосиро Мифунэ) и бывший соратник Гоша, бандит Линк (Чарльз Бронсон), мечтающий прикончить бывшего босса за вероломное предательство.

В 1960-х годах режиссеры вестернов начали активно вдохновляется дзигайдэки: Джон Стёрджес превратил «Семь самураев» в «Великолепную семерку», а Серджио Леоне пересказал «Телохранителя» в революционном «За пригоршню долларов». Режиссер двух первых фильмов бондианы Теренс Янг решил не отставать от коллег и даже позвал в свой самурайский вестерн Тосиро Мифунэ, любимого актера Куросавы. Актерский состав — самое эффективное оружие в арсенале «Солнца». Звездным мужчинам тут помогает Урсула Андресс, самая первая девушка Бонда. За такой кастинг можно простить и слегка стереотипное изображение японских воинов, и явно недоигрывающего Делона.

«Демоны» (1971)

Хоррор-экранизация пьесы кабуки

Самурая Гэнгобэ (Кацуо Накамура) выгоняют из родного клана за долги. А затем его 47 коллег становятся ронинами и отправляются мстить за смерть господина. Но Гэнгобэ с собой не берут. Крестьяне разорившегося самурая собирают для него внушительную сумму, однако расплатиться с долгами Гэнгобэ так и не сумеет: местная гейша решает прикарманить деньги, доведя своего попечителя до подлинного сумасшествия.

Режиссер Тосио Мацумото обратился к сеттингу феодальной Японии спустя два года после выхода своего самого известного фильма — псевдодокументальной ленты о токийском полусвете «Похоронная процессия роз». «Демоны» так и останутся единственной в его крайне экспериментальной фильмографии лентой, выдержанной в канонах конвенционального жанра. 134-минутный черно-белый психологический хоррор затягивает зрителей в водоворот насилия и болезненной эротики.

«Провал во времени» (1979)

Попаданцы против самураев

Взвод сил самообороны Японии приступает к плановым учениям. Лейтенант Иба (Сонни Тиба) и его солдаты отрабатывают внезапные атаки, танковые баталии и спешные высадки из вертолетов. А затем вместе с частью задействованной в учениях техники проваливаются во времени, попадая из спокойных 1970-х в воинственный XV век, эпоху воюющих провинций. Далекие предки солдат — горделивые самураи и алчные феодалы даймё — режут друг другу глотки за верховную власть. Подружившись с одним из местных правителей, Иба и его взвод решают захватить всю Японию. Что, казалось бы, могут сделать катаны и вакидзаси против автоматических винтовок, гранат и бронетехники?

Сюжет попаданческой фантастики режиссера Косэя Сайто — откровенный кэмп категории Б, но не лишенный морали (алчность — это плохо!). Поначалу солдафоны расстреливают ошарашенных самураев как ботов в компьютерных играх. Кодекс чести не может защитить элиту феодальной Японии от артиллерийских обстрелов и танковых залпов. Но затем средневековые стратеги начинают навязывать пришельцам свою войну — Иба теряет не только всю технику, но и лучших солдат.

Сайто снимает неравные баталии с предельным реализмом: экранная жестокость и сложная постановка создают бесспорный эффект присутствия, заставляя зрителей проникнуться симпатией к обманутым самураям.

«Кагемуся: Тень воина» (1980)

Возвращение Куросавы на поле боя

Даймё Киото, Такэда Сингэн (Тацуя Накадаи), умирает от смертельного ранения. Перед тем как испустить дух, он наказывает своим приближенным скрывать свою кончину от жителей города в течение трех лет. Чтобы не волновать народ, влиятельные самураи сажают на трон даймё мелкого воришку, похожего на их лорда как две капли воды.

Акира Куросава — режиссер, превративший самураев в главный культурный экспорт Японии. Его «Семь самураев» и «Трое негодяев в скрытой крепости» повлияли на сотни культовых фильмов — от «Великолепной семерки» до «Звездных войн». Но 1970-е были нелегким временем для режиссера: японские продюсеры утратили веру в коммерческий потенциал его фильмов; десятилетие вообще началось с увольнения Куросавы из масштабного японо-американского блокбастера про Перл-Харбор «Тора! Тора! Тора!». Наконец, на помощь любимому автору пришел Джордж Лукас, уговоривший студию Foх вложиться в продакшен; продюсером с американской стороны поставили Копполу.

Результатом стал трехчасовой постмодернистский шедевр, прячущийся за маской широкоэкранного исторического боевика. Вычурная театральная игра актеров, брехтовское ломание четвертой стены, мастерское использование цвета и света (большая часть сцен снята в деликатном режимном свете, то есть на рассвете или на закате) — неудивительно, что Куросава называл именно «Кагемуся» своим по-настоящему первым цветным фильмом, а каннское жюри вручило ему «Золотую пальмовую ветвь».

«Убийца сёгуна» (1980)

Любимый фильм Wu-Tang Clan

Сёгун-параноик решил избавиться от своего верного палача — Одинокого Волка (Томисабуро Вакаяма). Но отряд ниндзя совершает непоправимую ошибку, убивая не самурая, а его любимую жену. Самурай пускается в бега, взяв с собой в дорогу сынишку (он едет в деревянной тачке с секретом). Подрабатывая наемным убийцей, Волк грезит о жестокой мести.

«Убийца сёгуна» — фильм, которого не было. По крайней мере, во время съемок. Уберкровавое роуд-муви о непобедимом убийце и маленьком мальчике — это американский рекат двух японских фильмов из цикла «Меч отмщения», задуманный актером Робертом Хьюстоном и протеже Энди Уорхола Дэвидом Уайсменом. Предприимчивый дуэт соединил два фильма в 85-минутный гимн насилию, добавив в сюжет закадровые комментарии мальчика и драйвовый саундтрек. Афера удалась на пять с плюсом: «Убийца сёгуна» стал хитом видеопроката, а заодно вдохновил рэпера RZA на десятки семплов для культового коллектива Wu-Tang Clan.

«Пес-призрак: Путь самурая» (1999)

Путь самурая, проходящий по трущобам Джерси

Афроамериканец по кличке Пес-призрак (Форест Уитакер) считает себя самураем. Он чтит кодекс чести, прилежно изучает книгу воинских наставлений «Хагакурэ» и гордится беспрекословной преданностью мафиозному боссу Луи (Джон Торми). Оплошав с очередным заказным убийством, Пес-призрак навлекает на себя гнев всей итальянской мафии — киллер-самурай превращается из охотника в жертву. Но загнанный зверь отказывается сдаваться. Гангстеры-предатели узнают цену нарушенным обещаниям.

В медитативном триллере Джима Джармуша нет реальных самураев и японских актеров, но есть чувство глубокого уважения к законам бусидо и классическим лентам Куросавы. Немного комичный герой Фореста Уитакера убивает экс-товарищей под хип-хоп-биты RZA, явно вдохновленные саундтреком к «Убийце сёгуна». Когда Пес-призрак наконец берет катану, фильм Джармуша превращается в послание любви к «Семи самураям», «Харакири» и бесчисленным азиатским лентам категории Б, заполонившим американские видеопрокаты в начале 1980-х.

«Изо» (2004)

Самурайский эйсид-bloody-фолк

Наемного убийцу Изо Окаду (реально существовавший самурай-киллер эпохи Эдо, появлявшийся до этого в знаменитом «Убийстве» Хидэо Гося) настигает заслуженное возмездие: за жестокую расправу над десятками самураев феодальные лорды приговаривают его к казни через распятие. Но Изо не умирает. Его ненависть разрывает ткань времени, перенося из 1865 года в современную Японию. Познакомившись с мягкотелыми наследниками некогда великой нации, Изо вступает на путь боли. Токио утонет в крови.

Фэнтези-боевик «Изо» вывел кино Такаси Миике на принципиально новый уровень эксцентричного безумия. В этой истории о попаданце автор «Кинопробы» даже не пытается жать на тормоза: озверевший Изо убивает невинных с наслаждением истинного гурмана боли, не щадя якудза, женщин и даже детей. «Изо» трудно смотреть, а еще сложнее любить. Садистские наклонности Миике перевешивают выдающуюся визионерскую режиссуру. Необычные углы камеры, филигранная работа художников-декораторов и надрывные гитарные баллады Казуки Томокавы служат одной цели — превратить просмотр фильма в кинематографическую версию бэд-трипа.

«Убийство» (2018)

Еще одно японское «Убийство». Очень тихое

В крохотную деревушку прибывает ронин Савамура (Синъя Цукамото). Он мечтает поднять бунт против сёгуната, но местные жители не хотят отказываться от преимуществ мирной жизни ради большой политики. Наконец Савамура находит идеального кандидата на роль лидера восстания — мастера Цудзуки (Сосукэ Икэмацу), который провел несколько лет в упорных тренировках с катаной. Вот только у Цудзуки есть одна большая проблема: кажется, он больше не способен убивать.

Синъя Цукамото — автор индастриал-боди-хоррора «Тэцуо — железный человек», который частенько называют одним из самых тошнотворных фильмов ужасов в истории. Но в медлительном «Убийстве» уже ничего не напоминает о скрежете металлолома. В фильме о людях, привыкших убивать по приказу, практически нет насилия, но есть идиллия зеленых лугов. Самураи тут страдают больше от психологических проблем, а не от сабельных ран. Взорвавший когда-то японскую инди-сцену Цукамото радикально искажает формулу самурайского боевика, заменяя обнаженные катаны оголенной психикой ветеранов с ПТСР.

«Удар панка-самурая» (2018)

Самурай-лжец против культа гигантского глиста

Ронин Дзюносин (Го Аяно) нагло врет лидеру влиятельного клана. Он убеждает самурая, что тому нужна защита от опасного религиозного культа. Сердобольный воин жалеет молодого воина, впуская Дзюносина в свой дом, а затем узнает об обмане. В наказание ронина приговаривают к смерти, однако после даймё придумывает идею получше — приказывает лгуну создать реальную секту верующих в гигантского глиста, пожравшего нашу Вселенную ( это часть сложной интриги против соперничающего клана).

Сого Исии — один из ярчайших режиссеров 1990-х, в чьей фильмографии нашлось место эстетским хоррорам («Лабиринт снов»), подростковым триллерам («Август в воде») и откровенно безумной фантастике («Электрический дракон 80.000 Вольт»). На первый взгляд, его экранизация угарного романа Ко Матиды — стандартный японский студийный боевик 2010-х с вычурными костюмами и атмосферой наивного веселья. С другой стороны, в каком еще самурайском фильме можно увидеть Короля обезьян? А Таданобу Асано, исполняющего танец живота?