При всём потенциале визуальных решений, выдающемся актёрском составе, собравшем целое созвездие действительно талантливых исполнителей, фильму решительно нечего сказать зрителю.
«Грозовой перевал» — это размышления о будущем, которое ждёт тех, кто продолжает играть по правилам этого общества, постепенно теряя краски жизни и смазывая собственную личность.
Фильм и мог превратиться в банальную манипулятивную мелодраму, но режиссёр и сценарист в одном лице Наталья Назарова делает из этой истории тонкую интерпретацию «Алых парусов», пропитанную светлой грустью.
Если не обращать внимания на тщательно насаждаемые режиссёром обманные обстоятельства, с успехом оправдывающие главную героиню, и сосредоточиться на её поступках, а не на словах, выяснится, что корни её нарастающего безумия во внутреннем неумении услышать саму себя.
По Пак Чхан-уку трагедия главного героя вовсе не в невезении, не в увольнении, и даже не в несправедливом отношении к хорошему и честному работяге. Его драма — в ригидном отказе выбраться за пределы собственных ожиданий, осмелиться рискнуть и попробовать новое.
В центре внимания режиссёра глухое, в прямом и переносном смысле, одиночество, вырастающее из энтропии любой закрытой системы.
«Кей-поп-охотницы на демонов» — пример идеального попадания в тренды.
Рассуждая о современном обществе, режиссёр приходит к неутешительному выводу: несмотря на столетнюю борьбу за равноправие, принятые поправки к конституции и прочие формальные признаки, мужчины и женщины по-прежнему живут на разных планетах.
Тем не менее, безжалостность режиссёрского диагноза обществу компенсируется её оптимистичным взглядом в будущее.
Откровенный провал с содержанием мог бы компенсироваться удачной формой, но и здесь авторское равнодушие победило желание сделать приличное кино.
Общая невнятность сценария окончательно добивает фильм, предлагая совершенно беззубую концовку, которая пытается хоть как-то связать все сюжетные линии в один бесформенный и ненадёжный узел.
Однако «Еретик» — ни в коем случае ни антирелигиозное кино, его посыл глубже.
Фильм идеально попадает в целевую аудиторию 35+, тех, кто вроде бы честно расставил галочки напротив всех активно одобряемых обществом пунктов — квартира, машина, ребёнок, карьера — но при этом совершенно не в состоянии вспомнить, чем была наполнена их жизнь, помимо вечного достигаторства и попытки вписаться в неизвестно кем поставленные рамки.
Вся прелесть и ужас «Субстанции» в том, что это взгляд от первого лица.
Миленько, но, когда автор повторяет самого себя пятнадцатилетней давности, разочарование превалирует над ностальгией.
Несмотря на то, что ключевым персонажем «Бедных-несчастных» является женщина, её историю можно экстраполировать и на противоположный пол вообще и на личность режиссёра в частности, так что в какой-то степени фильм оказывается символической творческой автобиографией.
Локшин использует «Мастера и Маргариту» как возможность поговорить с Булгаковым и о нём, но поговорить свободно, не ограничивая себя ни общепринятыми трактовками, ни даже рамками самого романа. Там, где у Юрия Кары царят разнузданность девяностых, а у Бортко — почти побуквенное следование первоисточнику, Локшин пользуется возможностями своего времени, чтобы порассуждать о судьбе автора и его произведения.
При всём своём сценарном и режиссёрском своеобразии «Убийца» интересен не историей конкретного, пусть и неназванного, преступника. Двадцать пятым кадром то тут, то там проскальзывает недвусмысленная автобиографичность, и в главном героем под конец становится уже практически невозможно не узнать самого Дэвида Финчера.
Возможно, именно Гильермо дель Торо должен был стать режиссёром, чьего таланта хватило бы, чтобы пробудить интерес к приключениям деревянного человечка у нового поколения и одновременно не примитивизировать происходящее.
Несмотря на то, что сиквел смотрится чуть более цельным, чем первая экранизация, телевизионное прошлое Гарри Брэдбира всё же не устаёт напоминать о себе. Приключения мисс Холмс гораздо удачнее выглядели бы в виде сериала — лёгкого, необязательного, из тех, что когда-то транслировались днём, чтобы их можно было посмотреть сразу после школы.
Фильм, в котором неотвратимо рушится четвёртая стена последними звуками на титрах, которые могли бы быть сыграны в ритме пятой симфонии Бетховена. Пам-пам-пам-пам. Пам-пам-пам-пааам. Судьба стучится в двери. Что вы ей скажете?
Ясно одно — название как нельзя точно характеризует главный месседж, транслируемый Пак Чхан-уком. Уходить — это выбор и самое важное — принятие трудного решения.
Однако материнство — лишь способ подсветить вопрос, который действительно интересует Элену Ферранте и Мэгги Джилленхол: если эгоизм начинается там, где желания одного влияют на потребности другого, каково же жить в подобном мире?
Однако автор не считает нужным отвечать ни на один вопрос, возникающий у зрителя по время просмотра, и становится очевидно, что социальная составляющая ему так же безынтересна, как и взаимоотношения между героями. Ридли Скотт просто снимает кино. Безыскусное и необязательное.
В природе не бывает прямых линий, её архитектурные приёмы существенно сложнее. Но Кеннет Брана каждым своим фильмом доказывает, что он — всего лишь человек. Человек, который вновь и вновь чертит одну и ту же прямую линию, простую и понятную, на которую и нанизывается такой же простой и понятный сюжет.
