Есть, безусловно, какая-то злая ирония в том, что «Голубая луна» получила в Берлине именно приз за лучшую роль второго плана — к тому же в феврале очевидцы недоумевали, за что его отдали лишь ненадолго появившемуся Эндрю Скотту.